Нора Филдинг - Волшебный сон любви

Продавщица пожала плечами, но растерянный молодой мужчина был очень красив, и ей захотелось помочь ему.

— Может быть, вы имеете в виду Патрицию Дойел? Но она бывает здесь очень редко. Ей же принадлежит не один этот магазин, а целая сеть, — просветила Чарлза продавщица и добавила: — Хотите, я дам вам телефон офиса?

В следующую секунду Чарлз уже звонил в офис. Ответили ему практически мгновенно. У Патриции оказались отлично вышколенные сотрудники.

— Патриции Дойел сегодня не будет, — услышал Чарлз приятный женский голос.

— А завтра? — нетерпеливо спросил Чарлз.

— Сожалею, у нее что-то случилось с родственницами. Она уехала в Бостон. Пока не известно...

Но Чарлз не стал слушать дальше. Он уже знал, что предпримет. Он поедет в Бостон! В этом маленьком тихом городке недалеко от залива Уош в Восточной Англии, откуда в XVII веке английские пуритане отбывали в Америку, немного жителей. Найти Патрицию Дойел не составит большого труда.

Через четверть часа лорд Чарлз Айлингтон уже мчался на бешеной скорости на своем «порше» серебристого цвета за своей принцессой.

А Элис решила воплотить в жизнь свою идею: отправиться к Тому и в лоб спросить, когда он успел связать себя брачными узами с этой шлюхой, и если это событие уже произошло, то предложить поменяться местами с ней. Как умудрился ее братик втрескаться в нее по уши?! От мысли, что эта стерва сейчас у Тома и они живут вместе, сердце Элис сжималось в болезненном спазме.

Слезы наворачивались на глаза, губы дрожали, но Элис все-таки нашла в себе силы вести свой новенький красный «остин», внешне точно копировавший модель, которая была так популярна в шестидесятые-семидесятые годы XX века.

Ее единственный возлюбленный, ее первая и последняя любовь не может оказаться женатым на этой стерве. Элис не могла обмануться в его чувствах к ней. Ей уже двадцать четыре, она взрослый человек со сложившейся психикой и взглядами. Поэтому она ответственно может судить, что Том тот человек, который сможет составить ее счастье.

Она не позволит своему братцу, который все еще считает ее маленькой дурочкой, разбить ей сердце и навеки лишить счастья. Элис давно хотела прекратить вмешательство Чарлза в свою жизнь, но даже мать стала на его сторону.

— Пойми, доченька, — ласково сказала она, когда Элис в очередной раз пожаловалась на занудство Чарлза. — Он же твой старший брат и желает тебе самого лучшего!

Но когда Элис примчалась к ней в Стаут-хаус, их родовое поместье, с просьбой повлиять на брата — Чарлз почему-то возненавидел Тома всеми фибрами своей души, — мама посоветовала ей приехать к ней вместе с Томом, чтобы она сама могла взглянуть на избранника своей дочери. Элис тогда на крыльях любви примчалась в Лондон, позвонила любимому, и сердце ее возликовало, когда она услышала неподдельную радость в голосе Тома.

— Элис! Родная, я заждался тебя!

Но свидание, которого она с таким нетерпением ожидала, разрушило ее надежды. Ей хватило одного взгляда, брошенного на Тома, чтобы понять, что в их отношениях что-то сломалось.

Открытый сияющий взгляд его честных глаз потух. Он был смущен и как будто стыдился самого себя. Только одно мгновение при виде Элис Том встрепенулся, радостно к ней потянулся, но тут же потупил взор и весь сжался.

Не успели они устроиться за столиком ресторана, в котором договорились встретиться, как к ним подошла высокая, очень красивая молодая дама. Одета она была, с точки зрения Элис, отличающейся безупречным вкусом, несколько вызывающе. Сильно декольтированное ядовито-розовое платье слишком плотно обтягивало ее гибкую фигуру, а украшенные стразами того же цвета черные туфли на высоких каблуках выглядели вычурными. Держалась она очень высокомерно и сделала вид, что Элис не заметила. Том при виде ее сконфуженно вскочил, а незнакомка нежно поцеловала его прямо в губы.

— Прости, мой котик, — проворковала она низким грудным голосом. — Зашла пообедать и увидела тебя.

Обращение розовой твари, как про себя окрестила подошедшую даму Элис, было пошлым. Элис ожидала от Тома, что он одернет зарвавшуюся нахалку, но он промямлил до приторности сладким тоном.

— Моя кошечка, я рад... Очень приятный сюрприз...

Да уж, сюрприз так сюрприз, вроде той неожиданности, которую преподносит иногда мамина кошка на кресле в гостиной, подумала Элис, а вслух нашла в себе силы сказать:

— Познакомь нас, Том.

Но Том смутился еще больше, напомнив ей того страуса, про которого говорят, что, пряча голову в песок, он спасается от опасности.

— Кто это, Том? — спросила, удосужившись наконец ее заметить, «розовая тварь». — Одна из твоих нищих санитарок? Если ей так интересно, скажи, что меня зовут Пат.

Неужели эта тварь имеет в виду меня? — подумала Элис. Одетая просто, но как всегда с отменным вкусом и так, что любой понял бы, что вещи на ней очень дорогие, возмутилась до глубины души. На миг даже поведение Тома померкло перед этим оскорблением.

— Сразу видно, что твоя расфуфыренная дешевка родилась на помойке, — процедила сквозь зубы Элис и, гордо вздернув голову, встала из-за стола. — Уверена, что вам доставит удовольствие доесть за мной, — бросила она на прощание, обращаясь к «розовой твари».

Она ушла не оглянувшись. Вдогонку ей раздался издевательский женский смех. В порыве негодования Элис решила расстаться с Томом, но потом нежное женское сердце нашло в пользу любимого массу доводов для оправдания.

Элис еще немного колебалась, звонить Тому или нет, как узнала в больнице, где работал Том, что он заболел гриппом, который очень тяжело протекает.

Не прошедшая обида на Тома не позволила Элис сразу кинуться к нему домой. Пусть та тварь за ним ухаживает, мстительно думала она про себя. Но ближе к полуночи любовь взяла верх над всеми другими чувствами. Элис представила себе больного Тома — беспомощного, неприкаянного, лежащего с высокой температурой. Его мучает жажда. Он зовет Элис. Просит пить. Но никто не идет к нему. Она от него далеко, укрылась в особняке брата. А Том, возможно, в этот момент близок к смерти.

Слезы навернулись на глаза Элис. Оставаться на месте она больше не могла. Элис кинулась к нему и нарвалась на ту стерву. Она никогда не думала, что после такого унижения снова вернется туда. Но факт остается фактом. Она опять едет к Тому.

И вот наконец его дом. Здравый смысл призывал Элис повернуть назад, но, не вняв его голосу, она смело двинулась вперед, в квартиру Тома.

— Элис, — рванулся к ней Том, но тут же остановился.

— Твоя жена дома? — По дороге к Тому Элис решила выложить свой план им обоим одновременно. Какую бы неприязнь ни вызывала у нее «розовая стерва», но она все-таки женщина, а ум прекрасной половины человечества быстрее и гибче. Том мог так же, как и Чарлз, начать нести несусветную чушь про порядочность, которая в этом случае заставит их всех только страдать.