Лейни Рич - Улыбка святого Валентина

Бев сложила свой карточный веер и передала карты Мэгс.

– Почему ты не присаживаешься? – обратилась она ко мне.

– Питер сейчас спит в моей спальне? – вновь спросила я.

– Да, деточка, – беспечно ответила Мэгс, тасуя колоду. – Он выглядел таким усталым, когда объявился у нас. Бедняжка!

– Не знаю, что уж ты ему наговорила, Порция, – вставила Бев, – но вид у него был ужасный.

– Значит, по-вашему, это я во всем виновата? – спросила я, не веря, что все это происходит со мной наяву.

Наступила тишина. «Барышни» глядели на меня такими глазами, что у меня не осталось никаких сомнений в том, что они считают меня «плохим парнем».

– Я вам не верю! – вскричала я.

Мэгс вздохнула и положила карты на стол.

– Я не понимаю тебя, Порция! Что на тебя нашло? Разве не ты говорила мне на днях, что мечтаешь о постоянном мужчине?

– Так, значит, это ты организовала всю эту комедию? – Я в ярости уставилась на нее.

Мэгс раздула ноздри и напыщенно произнесла:

– А что тебя, собственно говоря, не устраивает, деточка? Приятный молодой джентльмен приехал ради тебя в Трули и сделал тебе предложение. Я думала, что ты обрадуешься!

Мэгс фыркнула и снова взяла карты в руки.

С трудом уняв нервную дрожь, чувствуя, что она чего-то не договаривает, я спросила:

– Мэгс! Вы опять что-то задумали?

Она посмотрела на Веру и Бев, улыбнулась и поинтересовалась:

– А разве Питер тебе ничего не сказал? Я почувствовала, что меня мутит.

– Если нет, тогда эту новость сообщу тебе я. Мы посоветовались и решили сделать его нашим управляющим.

– О Боже! – выдохнула я.

– Питер поживет у нас, пока не освободится квартирка над торговым залом, – изучая свои карты, сказала Мэгс. – Или пока его кто-нибудь не приютит. – Она выразительно взглянула на меня.

– Вы меня разыгрываете? – не поверила я. – Это шутка? Или вы наняли для меня мужа?

– А что в этом особенного? – пожала плечами Бев.

– Мы надеялись, что управляющим станешь ты, когда тебе наконец надоест бесконечно грызть гранит науки. Но ты пока не проявила никакого интереса к работе в «Пейдж», поэтому...

– У меня просто не укладывается все это в голове! – простонала я, борясь с позывами рвоты.

– Давайте разбудим бедного Питера, – предложила Мэгс. – У него был такой трудный день! Сам он, разумеется, не объяснил, что именно произошло между вами. Но тебе следовало бы быть с ним более любезной. На мальчике лица не было! Послушай, Порция, ты играешь или нет?

Я раскрыла рот и молча уставилась на всю эту безумную компанию. Вера сокрушенно причмокивала губами и покачивала головой. Бев никогда еще на моей памяти не выглядела такой довольной. Мэгс беззаботно улыбалась, словно бы ничего особенного не произошло.

– Спокойной ночи, «барышни»! – сказала я и пошла назад к дому. Мэгс догнала меня уже на веранде. Я обернулась.

– Он славный мальчик! – выдохнула она. – И он тебя любит!

– У тебя совсем крыша поехала! – вскричала я. – Когда же ты прекратишь подгонять мою жизнь под свои мерки? Разве ты не понимаешь, что из этого ничего не выйдет?

Она погладила ладонью рукав своей шелковой блузы, взглянула мне в глаза и сказала:

– Но у тебя ведь тоже пока ничего не ладится? Не так ли?

Я отвернулась от нее и пешком отправилась в «Пейдж», наступая на каждую знакомую мне с детства трещину на тротуаре. Идти мне нужно было шесть кварталов.

Глава 8

– Значит, ты так и не разговариваешь с ними с тех пор? – спросила у меня Бьюджи во время оздоровительной прогулки.

– Нет, – покачала я головой.

– А как поживает Питер?

– Он сейчас у «барышень». А я к ним не хожу.

– А ведь прошла уже целая неделя, – сказала Бьюджи. – У тебя определенно началась депрессия.

– Ты так считаешь? – Я поддела камушек носком туфли. – А по-моему, я вполне бодра и здорова.

– Ну а что насчет Йена? – поинтересовалась подруга, скептически ухмыльнувшись.

– Его я тоже с тех пор не видела. Ты единственный человек, с которым я общаюсь. Если не считать телефонного разговора с моим факультетским куратором. Эта женщина была достаточно тактична, чтобы сделать вид, будто она поверила, что я почти завершила работу над диссертацией.

– А когда защита? – полюбопытствовала Бьюджи.

– В декабре. Но пока работа готова только вчерне, – неохотно объяснила я.

– Черт бы тебя побрал, Порция! Хочешь перечеркнуть двенадцать лет учебы? – возмутилась Бьюджи.

– Да с чего ты это взяла? Пока еще время у меня есть. Откровенно говоря, я собиралась защищаться в декабре, чтобы получить шанс быть представленной в качестве претендента на одну вакансию, открывающуюся будущей весной. Но теперь...

– Что еще стряслось?

– Даже не знаю, как бы это лучше объяснить... А который сейчас час?

Бьюджи посмотрела на свои наручные часы:

– Восемнадцать минут восьмого. Ну, говори же!

– Нам пора возвращаться, – поторопила я, потому что мы шли в направлении фермы Бэббов. – Послушай, а почему мы гуляем именно по этому маршруту? – спросила я. – Ведь можно пройтись и по Ривер-роуд, там тоже чистый воздух. Мне бы не хотелось столкнуться нос к носу с Йеном.

Разумеется, я покривила душой, но должна же приличная девушка держать фасон!

– Он по утрам работает, – напомнила мне Бьюджи. – Но уж если тебе так этого хочется, завтра пойдем другой дорогой. Если только прогулка состоится, – с улыбкой добавила она, выразительно поглаживая себя по животу. – Мне кажется, это случится именно сегодня.

– У тебя каждый день такое предчувствие, – съязвила я.

Мы гуляли ежедневно, а схватки все не начинались. У меня даже возникло нелепое подозрение, что Бьюджи вовсе не беременна, а просто неприлично растолстела и пытается похудеть.

– Но сегодня предчувствие исполнится, – уверенно сказала она. – Потому что сегодня – мой день уплаты налогов.

– Вчера ты говорила, что в день уплаты налогов нормальные люди не рожают, – уколола ее я. – А позавчера ты собиралась родить, потому что было полнолуние. А...

– Ты хочешь поссориться со своей лучшей подругой? – перебила меня Бьюджи. – С кем же тогда ты будешь общаться?

Я промолчала. Она замедлила шаг.

– До фермы отсюда рукой подать. Неужели ты хочешь повернуть назад?

Мы одновременно замерли и молча посмотрели на север.

Меня так и подмывало дойти до фермы и проведать Иена, угоститься кофе, поболтать о пустяках по-соседски, даже попытаться починить его ограду, давно нуждающуюся в ремонте. И я готова была побиться об заклад, что Бьюджи борется с желанием схватить меня за волосы и, не обращая внимания на мои вопли, волоком оттащить меня туда. Мы разом тяжело вздохнули и переглянулись, уже давно научившись читать мысли друг друга и понимать друг друга без слов.