Инесса Клюшина - Танцуя в огне (СИ)

Гуля заметила за собой, что улыбается. Неважно то, что произошло сегодня! Глупости, недоразумения! Главное — она сидит сейчас рядом с Антоном, и он делится с ней сокровенным. Как когда-то давно…

— Я иногда такое танцую на корпоративах…осторожненько, и после всегда что-нибудь веселое, — сказала она.

— Да, видел. Ты о восточном танце своем? Класс. Завидовал тебе, сидя в сторонке. Это здорово, когда у тебя искренне получается давать разные эмоции. А я, кажется, со всеми своими трюками разучился…

Слова поразили Гулю. Как ей может завидовать Антон? Чему? Эмоции — они и в Африке эмоции…

— Ты? Антон, ты что?

— Ничего удивительного, — Антон подлил Гуле кипятка в кружку, — издержки производства. Я поставил на зрелище, на огонь… Знаю людей, которые работают с серьезными идеями. Но это должно быть к месту на праздниках, не напрягать зрителей! Ведь не всякий танец просмотрится на корпоративе, где люди хотят легкости и веселья. И зрелища. Но нужно расти не только вверх, но и в глубину. Я эти четыре года деградировал, сам чувствую. Слишком много шоу и огня, и мало танцев с внутренним содержанием. Так нельзя. Я даю много драйва, но это почти единственное, что могу дать зрителям. А снова вытаскивать эмоции из себя, как оказалось, сложно. Мой новый номер танго, например…

— Я так и знала, Тоша, что ты это мне скажешь! — расхохоталась Гуля, — только не говори, что место твоей партнерши до сих пор вакантное! В жизни не поверю!

Прищур голубых глаз, мимолетная улыбка, от которой у Гули екнуло сердце. Целеустремленный Антон идет к цели вопреки обстоятельствам…

— Допустим, не совсем вакантное. Твоя Ира — сильная в техническом плане девочка. Но она, как бы это сказать…принцесса. А я хочу попробовать станцевать с королевой.

Брови Гули поползли вверх. Вот почему Антон многого добился — он не умел отступать.

— Тебе сколько раз говорили, что ты упертый, как баран?

— Тысячи. Ты согласна? Мы разберем этот танец и станцуем его здесь. Не для выступления — для себя. Это будет интересно! Я включил в него новые крутки, которые ты вряд ли знаешь. И еще хочу попробовать пару фишек на взаимодействие, которые я побаиваюсь делать с Ирой. Ты выучишь постановку за пару занятий, там нечего делать! Подожжемся в сквере около твоего дома и пройдем с горящим реквизитом, как делали сто лет назад…

— Что потом?

— До этого мы пока не дошли.

Гуля колебалась, но упоминание о новых крутках и фишках заинтриговало. Она выучит их и сможет вставить в свои танцы, тем самым разнообразив их еще больше! Ей выгодно подобное обучение!

А еще Тоша очень помог сегодня. Отказать ему невежливо…

— Л-ладно. Попробуем.

Глаза Антона будто полыхнули огнем, и радостная улыбка сделала его похожим на мальчишку.

— Забили! Завтра с утра начнем, пойдет? Я подъеду сюда, и мы начнем разводить номер. Или ты работаешь?

— Нет. Хорошо, завтра так завтра…

Настоящую причину, которая заставила ее согласиться на предложение Антона, Гуля предпочла проигнорировать.

Глава 14

Звонок Гуля услышала не с первого раза. Не открывая глаз, протянула руку к сотовому.

— Алло, — произнесла сонно.

— Гуля! Гуля, где ты? — голос отца чуть дрожал от хорошо принятого вчера на грудь.

— Я в гостях ночевала.

— Когда ты придешь?

— Папа! Часа через два. Или три. Это для тебя так важно? Что-то ты меня вчера вечером не очень ждал…

— Не помню. Ничего не помню…

— Яс-но, — Гуля недовольно покрутила головой, открывая глаза, — я сказала — скоро буду. Часа через три.

Положив трубку, посмотрела на часы, и тут же подскочила с дивана. Одиннадцать! Ничего себе поспала!

Гуля встала, оделась и, убрав подушку с одеялом обратно в шкаф, открыла дверь, ожидая увидеть где-нибудь Антона: он же обещал приехать утром.

Ни в танцевальном зале, ни в раздевалке, ни в душевой Антона не отказалось. Гуля успокоилась: значит, утро у Антона начиналось поздновато, и Гуля успеет в душ.

Вчера Антон, услышав, что Гуля согласна репетировать завтра с утра, быстро попрощался и уехал. «Завтра вечером выступление, надо выспаться», — сказал, будто извиняясь. Гуля пожала плечами: что ж, понимаем. Выступление — это святое.

После отъезда Антона она закрыла дверь танцевального центра и легла спать. Подушкой и одеялом Тошки пришлось все-таки воспользоваться: без них бы Гуля не заснула.

Сейчас же, при поиске полотенец, она заметила в шкафу не только гель для душа и сами полотенца, но и мыло, шампунь, бритву, зубную пасту и щетку — все это Антон оставил здесь на случай своего внезапного ночлега. Она позаимствовала у него, кроме геля для душа и полотенца, еще шампунь, и направилась в душевую.

Пока промывала волосы шампунем с очень резким свежим запахом, пока намыливала тело руками — мочалки она не нашла — соображала, как бы потактичнее отказаться от предложения. Потому что согласиться на подозрительную авантюру в два часа ночи в немного неадекватном состоянии и согласиться на нее с утра, на трезвую и расчетливую голову, — две большие разницы.

Антон пристал к ней, как репей, с новым номером! Танго — и чтобы непременно с Гулей. С королевой, ну-ну. Как будто сто раз не танцевали вместе на площадке четыре года назад. Обтанцевался с королевой Антон, если уж точно представить ситуацию. Перетанцевал даже.

Обычно на таких выступлениях — еще неумелых и непродуманных — Гуля находилась в одной части площадки с горящими веерами или веревками, а Антон крутил кометы — огромные пои, похожие в деле на ярчайшие световые шары — в другой ее части. Потом они менялись местами. Взаимодействия у них почти никогда не было, вот это — правда. Женька не парился по поводу композиции номеров и хореографии. Вышли, поработали с огнем, ушли. Поклонились, все похлопали, фаерщики получили деньги.

Как же отказаться-то, а?

Гуля выключила воду и тут же услышала музыку. Пока она мылась, приехал Антон.

Вытершись и просушив полотенцем волосы, принялась одеваться. Хорошо хоть с одеждой в душ зашла, повесила на дверной крючок, прежде чем шагнуть в душевую кабину. Не забыла захватить с собой сумочку: там большая косметичка со всем необходимым.

Если бы Гуля не уволилась вчера, сегодня она сидела бы в это время на работе и исподтишка наводила красоту. Теперь, повернувшись к зеркалу, Гуля красилась в Антоновском душе.

Зеркало помогло ей заметить фен: он висел на гвоздике, и его отражение Гуля заметила сразу. Высушив волосы, расчесавшись и заплетя волосы в косичку, наконец осмелилась открыть задвижку душевой и выйти из нее.