Влюбляться нам нельзя - Кира Фарди

Я слушаю Сашку с открытым ртом. Кого он из себя строит? Детектива? Зачем? Влад ничего не успел сделать.

– После грозы доказательств уже не найдем, – бормочу себе под нос.

– А вы что-то потеряли?

– Осмотреться все же надо, – решительно заявляет Сашка, паркуясь у здания офиса.

Мы входим внутрь, администратор удивленно поднимает брови. Макаров прямиком направляется к ней.

– Галина Николаевна, у нас возникли проблемы.

– Какие?

Сотрудницы кемпинга, сидевшие за соседними столами, подняли головы.

– Мы можем поговорить без свидетелей?

– Прошу сюда.

Дама провожает нас в отдельный кабинет. Мы с Сашкой, перебивая друг друга, рассказываем в подробностях случившееся этой ночью.

– И что вы хотите от меня?

– Первое: можете съездить с нами в кемпинг, я хочу осмотреть место, где все случилось и сфотографировать его, – Сашка хмурится, но голос его не дрожит, наполнен силой и уверенностью в своей правоте. – И второе: выступите свидетелем в нашу защиту. Вы же видели, сколько нам с Полиной пришлось убирать.

– Ну, вы даете! – качает головой дама. – Еще и в полицию меня тащить собрались? Увольте, ни за что!

– Нет, что вы! Съездите с нами на место, чтобы наши слова не выглядели пустыми.

Чего добивался Сашка, я не понимала, но доверяла ему безоговорочно. Хорошо, что прекратился дождь и выглянуло солнце, иначе болтаться по мокрым зарослям – то еще удовольствие.

Кемпинг и берег озера выглядели после дождя и урагана печально. Везде валялись сломанные ветки, листья, мусор, угольки из мангала.

– Нам сюда, – Сашка решительно шагает по дорожке в сторону леса.

Я видела ее только ночью, днем ни за что не нашла бы путь. Но Макаров – настоящий следопыт: ни на миг не останавливаясь, он приводит нас к тому дереву, возле которого все и случилось.

– Вроде бы все как обычно, – пожимает плечами администратор.

– Стойте здесь, я сфотографирую, – Сашка поворачивается ко мне. – Полина, вспомни в деталях, как все было.

Он начинает щелкать камерой, а я оглядываюсь. Так, здесь мы стояли с Владом, а тут я споткнулась о корень. Но следов уже нет. Совсем. Их смыл дождь. Смотрю на остальных, они ждут от меня каких-то слов, а мне и сказать нечего.

– Об этот корень я споткнулась, упала на мох, – Сашка фотографирует. – Влад попытался навалиться, я выскользнула.

– Ужас какой! Вот мерзавец! – у Галины Николаевны лицо превращается в болезненную гримасу.

– Но сами видите, следов нет.

– Дальше! – требует Сашка.

– Влад дернулся, я ударилась носом о собачку куртки, – показываю всем царапину.

– Отлично, подними голову, – приказывает Сашка. – Паш, запиши: проверить собачку на наличие частиц кожи.

Я распахиваю удивленно глаза. Ничего себе! Да кто юнцу позволит проводить такое расследование. И с горечью понимаю: Макаров цепляется за соломинку.

– Саш, это все… нелепо, – говорю ему. – Никто нас не будет даже слушать.

– А мы попробуем защититься. Рассказывай.

– Ну, я вскочила, побежала, – боковым зрением увидела, как Пашка включил диктофон, и почувствовала себя на интервью, даже занервничала. – Влад бросился догонять. Схватил, потащил в те кусты.

– И ты не сопротивлялась? – ужаснулась администратор и зябко повела плечами. – Почему не кричала, не звала на помощь.

– Кричала, только он ладонью закрыл мой нос и рот, не дал даже вдоха сделать.

– Ни фига себе! – охнул Пашка. – Да по Козлу обезьянник плачет!

– Но я бороздила пятками по земле.

– Где? – Сашка осторожно раздвинул ветки, оглядывая землю.

И тут мы увидели след. Он был влажный, но все еще хранил форму по всей длине. Макаров сфотографировал все, что сумел. У меня в душе зародилась надежда. Может, и правда, что-нибудь удастся доказать.

От звука рингтона подпрыгиваю. На этот раз звонит папа.

– Полина, это безобразие! Где вы? Полчаса уже прошло.

Сашка выхватывает мобильник, включает громкую связь

– Иван Михайлович, можете выслушать меня спокойно. Я все объясню. Вокруг вас сейчас люди?

– Да.

– Уйдите куда-нибудь и просто слушайте, – на несколько секунд он делает паузу. – Мы вернулись в кемпинг за сбором доказательств.

– Каких? – в голосе папы звучит растерянность.

– Мы с Владом подрались, это правда, но, поверьте, причина была серьезная.

Сашка замолчал, переводя дыхание, словно сказанное далось ему с трудом. Но он не оправдывался, просто излагал факты.

– Я слушаю внимательно, – напомнил о себе отец.

– Козловский пытался изнасиловать Полину.

– Нет! Зачем ты сказал? – закричала я и дернулась к Сашке, он выставил перед собой руку, не подпуская к телефону.

На другом конце наступила мертвая тишина…

Я слушаю шумное дыхание отца и умираю от ужаса. Что теперь будет? Зачем Сашка это сказал?

«Свою шкуру спасает, – закрадывается подленькая мыслишка. – Ведь если в его спортивном клубе узнают…»

Не хочу так думать, но ничего не могу с собой поделать. Даже представить страшно, какие слухи поползут и по школе. Растаяла, дура, от его обаяния, а он ножом… в спину.

– Повтори, что ты сказал? – хрипло спрашивает папка.

Я настораживаюсь, превращаюсь в слух, представляю, что творится сейчас в его голове.

– Это была всего лишь попытка, не волнуйтесь, но хочу, чтобы вы об этом знали, – продолжает добивать отца Макаров. – Не понимаю, почему Козловский в больнице, но ночью он был вполне здоров и вменяем. Иван Михайлович, эта информация только для вас, но если на вас будут сильно давить родители Влада, подумайте, как ее лучше использовать. Мы с Полиной хотим подать встречный иск, а для этого нужны доказательства.

– Я тебя понял, Александр, – наконец отвечает папка. Его голос звучит по-деловому, и я с облегчением выхожу из ступора. – Может, позволите решать проблемы взрослым?

– Нет, здесь вопрос чести. Да и мы уже не дети.

– Ладно. Сколько времени вам надо на возвращение?

– Мы закончили, но администратор кемпинга согласилась нам показать видео с камер наблюдения, – Галина Николаевна сделала круглые глаза и покачала головой. – Поговорите с ней, пожалуйста.

Сашка сует мобильник в руки растерянной дамы. Он вообще действует решительно и смело, руководит всеми, не спрашивая совета и разрешения. Мы с Пашкой только успеваем переводить взгляд и охать.

И мои мысли плавно меняют направление. Я снова любуюсь своим парнем, чувствую себя защищенной и сильной.

Отец договаривается с Галиной Николаевной о ксерокопиях видео, чем здорово нам облегчает задачу.

– А ты нахал, паренек! – сердито возвращает телефон Сашке она. – Так и сделал меня свидетелем.

– Простите, но при выживании все средства хороши. Я не хочу рыдать в сторонке и утирать слезы платочком. И еще, мы можем попасть в дом?

– А туда вам зачем?

– Пожалуйста.

– Чего там ему надо? – шепотом спрашивает Пашка.

Он, как и я, находится в шоке. Смотрит на Макарова восхищенными глазами, того