Слава против измены - Саша Девятова

и ты обо мне. Хочу знать точно, где ты родился, каким было твоё детство, что происходило дальше, до самой нашей встречи. Все подробности, то, что ты считаешь неважным и ненужным для меня, я хочу это знать. Сейчас.

Не смотря на то, что мой голос дрожал, в нём было достаточно силы, чтобы Серж понял, что я не шучу.

— Давай присядем, — примиряюще предложил он, указывая рукой на диван. — И всё же я принесу воды.

Я села. Настрой был серьёзным. Я понимала, что он сейчас снова может начать сочинять, как с родителями, но надеялась, что он этого не сделает. Проверять было негде. Он приехал в наш город не так давно, и с момента своего появления заработал здесь безупречную репутацию. Его знали во всех кругах. И когда я собиралась за него замуж, говорили о нём только хорошее.

— Держи, — он вернулся с кухни и дал мне в руки стакан с прохладной водой. — Я не помню себя совсем маленьким, и спросить о моём детстве мне не у кого, — начал он, и я затаила дыхание.

В его стакане была совсем не вода, но видимо этим он решил себе помочь снять напряжение, а может быть и страх. Не скрывают прошлое просто так.

— Где ты родился? — решила я задать отправную точку нашего совместного путешествия в его прошлое.

— В документах значится Киров, но помню точно, что сменил несколько детских домов. Я был непростым ребёнком. Дрался, до крови, жестоко, — он сделал большой глоток и откинулся на спинку дивана, привлекая меня к себе и обнимая свободной рукой за плечи.

— Ты защищался? — я читала в сети про воспитанников детских домов, про обстановку внутри этих учреждений, про то, какими оттуда выходят.

— Может быть сначала. Недолго. Потом уже я бил на опережение. Там либо так, либо ты лох. Последним я быть не хотел, поэтому действовал быстро, и не раздумывая.

— А воспитатели? Они что, совсем не следили за порядком?

— Слав, там другие порядки, совсем другие, там не так как у вас, под бочком у родителей. Там каждый сам за себя. Не расслабишься ни днём, ни ночью, если не хочешь, чтобы тебя опустили. Там было трудно, но я приспособился, — он горько усмехнулся. — Одна отдушина была, тётя Зина, нянечка наша. Не знаю, за что она меня так любила, но всегда жалела. Знаешь, как она меня называла?

— Как? — осипшим от волнения голосом спросила я.

— Мой Сержик. До сих пор вспоминаю её тёплую грудь, к которой она крепко прижимала и гладила по голове. Очень добрая была. Как ты, — он замолчал и снова сделал большой глоток из стакана.

О чём я сейчас думала? Я представляла его маленьким, лет шести — семи. Представляла тётю Зину и то, как она жалеет этого мальчишку. Я погружалась в его прошлое вместе с ним.

— А что было дальше? После детского дома?

Глава 34

— А что было дальше? После детского дома?

Он крепко сжал пальцы на моём плече и внимательно посмотрел на меня:

— Тебе кратко?

— Ну, хоть как-нибудь, — ответила я, чувствуя, что разговор даётся ему с большим трудом.

— После было ещё хуже, в ментовку попал, квартиру просрал, в больнице переломанный лежал, потом привык. Стал чаще мозги включать. Прибился к местному авторитету, поднабрался опыта, скопил средств и к Москве потянулся. Хотелось жизни красивой и с нуля, чтобы никто не знал. Чтобы никто не смог узнать. Вообще никто. Но я не думал, что это будет так сложно, даже ты хочешь правды. Зачем она тебе?

Я не знала, что ему ответить. То, что он сейчас вкратце рассказал о своей жизни «до», никак не вписывалось в мою прошлую картинку, которую я сама себе нарисовала. Я думала он из состоятельной семьи, долго учился, потом создал свой бизнес, а оказывается всё совсем не так.

Я вспоминала все те разговоры, в которые я пыталась выведать у него про жизнь до меня. Он всегда отвечал размазано, общими фразами и старался быстро перевести тему на другое. Я не придавала этому особого значения, и оказалось очень зря.

— А где ты получал образование? — задала я мучавший меня вопрос.

— На улице и в переходе, — улыбнулся он. — Слав, чтобы создать бизнес не нужно образование как таковое, нужно уметь брать ответственность на себя и найти образованных людей, дальше они уже сами всё делают, а ты контролируешь.

— А вдруг обманут? — нас с детства учили, что если не обучаться, то тебе ничего в этой жизни не светит, но мой муж открыл мне совершенно иную реальность.

— Всё нужно контролировать, а там, где не догоняешь сам, нанимаешь тех, кто понимает. Но не буду врать, кое-чему я всё же учился, но не в вузе и не несколько лет. Сейчас много концентрированных курсов и есть возможность изучать эти вопросы онлайн. Я пользовался этим методом. И скажу тебе, он экономит много времени.

В комнате повисла гнетущая тишина, Серж медленно пил из стакана тёмно-янтарный напиток, я погрузилась в глубокую задумчивость. Только сейчас, узнав, что прошлое моего мужа не так радужно, как я себе его представляла, я начинала догонять откуда все эти бесючие меня черты и поступки.

Он был холоден и сдержан не потому, что такой, ему приходится притворяться таким, чтобы никто не узнал его настоящего.

— А что будет, если правда всё-таки выплывет наружу? Если кто-то из твоего нынешнего окружения узнает о тебе настоящем? Ведь то, что ты не рос в семье не так важно, сейчас все это понимают и нормально к этому относятся. Ты добился многого, тебя уважают, я не думаю, что будут привязываться к твоему детству.

— Слав, тебе этого не понять, можешь даже не пытаться, — отмахнулся он и чмокнул меня в макушку. — Мне от тебя достаточно того, что ты рядом, что ты меня любишь, и не предашь. Построим дом, родим деток, всё будет хорошо.

Он говорил это спокойно, и в то же время я чувствовала, что это спокойствие не только для меня, но и для него самого. Серж будто сам себя настраивал на благополучную жизнь, будто не верил, но упорно убеждал себя в том, что у него всё получится.

— А больше там ничего страшного не было, я имею в виду твоё прошлое? — ощущение недосказанности витало в воздухе, я интуитивно ловила его, а моё любопытство пыталось достучаться до мужа, чтобы узнать всё, что он от меня скрывал ранее.

— Я сказал тебе всё, что