Холодная. Книга 1 - Инна Инфинити

— Ну что ты, Егор! Я как услышал твою песню, а потом шипение Кристинки на тебя, сразу понял, что она слишком строга. Ладно, молодежь, — отец поднимается с места, — вы как хотите, а я спать. Тяжелый был день.

Папа жмет Егору руку и удаляется к себе.

— Я уже тоже хочу спать, — говорю погрустневшему Кузнецову. — Прости, но я сегодня очень устала.

Парень молча кивает и направляется к выходу. Уже у двери он оборачивается и спрашивает с тоской в голосе:

— Кристин, а у меня совсем нет шансов, да?

Я тяжело вздыхаю. Сейчас я не хочу продолжать игру в «Переговорщика». Егор хороший добрый парень, и у меня нет желания использовать по отношению к нему приемы отца.

По правде говоря, Кузнецов очень даже симпатичный. Меня не торкает в его присутствии, но я не могу не признать, что внешне он хорош. Высокий блондин с карими глазами, ходит в качалку. Я знаю, что в школе он нравится многим девчонкам. Достаточно зайти на его страницу в ВК и все сразу станет понятно. Постоянно кто-то ему то песни на стену кидает, то картинки. Фотографии в Инстаграме собирают сотни лайков и комментариев — и все от девушек.

— Я не знаю, Егор… — Я не могу смотреть ему в глаза и опускаю их в пол. — Может, когда-нибудь попозже. Но точно не сейчас. Мы заканчиваем 9 класс, нужно готовиться к экзаменам. А потом на все лето я уеду в Лондон в языковую школу. Смысл сейчас начинать встречаться, чтобы потом на все лето расстаться?

Он делает ко мне шаг и аккуратно, будто боясь меня спугнуть, проводит ладонью по моим волосам. Я не отстраняюсь. Его прикосновение мне не противно, наоборот, даже немного приятно, и я осмеливаюсь снова посмотреть ему в лицо.

— Я готов ждать, сколько нужно, Кристин, — он так грустно улыбается, что у меня сжимается сердце. — Просто скажи, что у меня есть шанс.

Я не знаю, что мною движет в этот момент. Жалость? Или все-таки симпатия к парню? Или, может, стремление утереть нос всем девчонкам школы и отхватить себе первого красавца? А, возможно, желание, чтобы кто-то всегда касался моих волос так же нежно, как Егор сейчас?

Я не знаю. Но тем не менее что-то заставляет меня сказать:

— Давай в сентябре, когда начнется школа, куда-нибудь сходим? Мы вернемся с каникул, будет 10 класс, в котором нет экзаменов, и времени станет побольше.

Мгновение — и Егор словно воскрес из мертвых. Он подхватывает меня на руки и кружит по гостиной. Я не могу сдержаться, чтобы не залиться смехом.

— Хватит, хватит, — голова кружится, но я все еще смеюсь. Искренне и по-настоящему. Как не смеялась уже очень давно.

Кузнецов ставит меня на пол, но не отпускает, а притягивает в свои крепкие объятия. Я обнимаю его в ответ. Он утыкается в мои волосы и мычит:

— Кристина, я самый счастливый сейчас.

— Да подожди ты, мы же еще никуда не сходили.

— Все равно. Я устрою нам самое крутое свидание! Вот увидишь. Я все сделаю, чтобы это было лучшее свидание в твоей жизни.

— Конечно, это будет лучшее свидание в моей жизни, у меня же вообще еще ни одного не было!

— Да? — Егор резко отстраняется и берет в руки мое лицо. — Правда? Это будет твое первое свидание?

— Да, — я улыбаюсь. — Я же говорила, что я не из тех, кто пускает слюни по мальчикам.

— И ты обещаешь мне, что до нашего свидания ты никуда и ни с кем не пойдешь?

— Обещаю.

— Даже, когда будешь три месяца в Лондоне, — он хитро прищуривается.

— Егор, обещаю. Мое первое свидание будет с тобой. Но не сейчас. Попозже.

— Я буду ждать, сколько угодно… — Он мягко проводит пальцами по моему лицу. От этого прикосновения током меня не прошибает, как обычно такие моменты описывают в книгах, но тем не менее все равно кажется приятным.

— И еще, Егор, — я стараюсь придать своему голосу максимум серьезности, — если мне когда-то придется выбирать между учебой и отношениями, я всегда выберу учебу. Я всерьез рассматриваю поступление в вуз в Америке или Англии. Если я все же решу уехать, не говори, что я тебя не предупреждала.

— Кристина, мы еще не начали встречаться, а ты уже думаешь о расставании.

— Я просто предупреждаю тебя, чтобы потом не было обид. Если я решу учиться за границей, меня никто не остановит.

— Я знаю. Но даже если через два года ты уедешь, я все равно хочу провести их с тобой, — Егор грустно улыбается, и я вижу в его глазах тоску.

— Спасибо, что понимаешь меня. — Я беру его за руку и веду к двери. — А теперь прости, дорогой гость, но я просто дико устала и валюсь с ног. У меня был чертовски сложный день!

— Спокойной ночи, Кристин, — Кузнецов расплывается в счастливой улыбке, поднимая с пола свою гитару.

— Спокойной, — нежно отвечаю я и закрываю за ним дверь.

Но это еще не конец дня. В комнате меня поджидает отец. Он уже переоделся в спортивные штаны и футболку и аккуратно сидит на краю кровати. Отец не часто заходит в мою спальню. В основном мы с ним проводим время на кухне, в библиотеке или на его этаже.

— Папа? А ты чего меня поджидаешь? — Я искренне удивляюсь. Я настолько устала, что заваливаюсь на кровать прямо в одежде.

— У меня к тебе серьезный разговор, дочь, — начинает папа взволнованным тоном.

— Что случилось?

— Мои слова на кухне о заботе и поддержке… — отец запнулся и замолчал.

— Ну, что твои слова? — Мне не хочется снова говорить о Егоре. Я все еще мечатю принять ванну с лавандовой пеной, а потом крепко уснуть.

— В общем, Кристиночка, я в тот момент был искренен. — Он глубоко вздыхает, — дочь, я встретил одну женщину…

И в этот момент мой мир рушится. Сон как рукой сняло, и я подскакиваю на кровати, вытаращив на отца глаза.

— Что значит «встретил одну женщину»??? — Я отказываюсь верить, что эти слова означают именно то, о чем я подумала.

— Кристина, дочка, — отец накрывает своей ладонью мою, — мне никто никогда не заменит твою маму. Но жизнь идет, ты растешь. Скоро станешь совсем взрослой и, может быть, уедешь учиться в другую страну. Ты думала, что тогда я останусь совсем один?

Я молчу. По правде говоря, нет, я об этом не думала. Наша с папой семья состоит из двух человек, и я была уверена, что именно