Фальшивая невеста мажора - Мария Николаевна Высоцкая

ползут мурашки. Сейчас он ведет себя обыденно, можно сказать, приветливо.

– Что-то не так? – спрашивает с искренним удивлением, отчего я начинаю и правда чувствовать себя сумасшедшей истеричкой.

– Ты серьезно? Ужин?

– У меня хорошая стрессоустойчивость. Пошли уже.

– Ты издеваешься сейчас, да?

– Нет.

Марк обходит меня стороной и правда идет открывать дверь, чтобы забрать доставку.

Я остаюсь стоять на месте, и все, что могу, это хлопать глазами, потому что весь этот абсурд в моей голове не укладывается.

– Вызови мне такси!

– Я думал, ты уже поняла, что не вызову, – бросает, проходя на кухню, и я начинаю семенить следом.

Марк вытаскивает из коробки контейнеры с едой и ставит все это на стол. Запах чего-то теплого и мясного начинает сводить с ума. Я не ела с утра. Сначала не хотела, а потом, пока собиралась в театр, некогда уже было.

– Ты не имеешь права меня здесь держать, – продолжаю стоять на своем, но смотрю при этом на сочный кусок стейка.

– Я тебя не держу. Ты можешь уйти. К батарее не привязана.

– Там холодно, вообще-то, и ты мой телефон выкинул…

– Тогда оставайся.

Он садится за стол и берет в руку вилку. В этот момент мой желудок издает громкое урчание, чем привлекает насмешливый взгляд Валиева. Чтоб его!

Поджимаю губы и, подогнув под себя ногу, опускаюсь на стул.

Ладно, может быть, я чуть-чуть и поем…

Отрезаю кусок мяса в одной тарелке, а в другой наматываю на вилку спагетти в сливочном соусе, не забывая насадить на нее парочку мидий, и отправляю все это в рот. Проголодалась я, конечно, больше, чем ожидала. Хочется съесть все и сразу. Пока жую, невольно наблюдаю за Марком.

Он на меня не смотрит. И это хорошо. Но меня так и подмывает спросить. Снова. Хотя почему нет?

– Зачем ты меня поцеловал? – упираюсь локтями в стол, чуть подаваясь вперед.

Он ловит мой взгляд. Вытирает губы салфеткой и, мне кажется, даже слегка улыбается.

– Разве это был поцелуй?

Марк откладывает приборы и полностью копирует мою позу. Наши лица вновь оказываются запретно близко. Огненный шар в груди разрастается. Я чувствую тепло на кончиках пальцев и подтягиваю выше рукава худи.

– Смущаться тебе не идет, Ева.

Он говорит спокойно, но довольно тихо. Я затаиваю дыхание, чувствуя, как буря между нами стихает, трансформируясь во что-то новое. Хрупкое, нежное…

– Ты же не сделаешь это еще раз? – смотрю на его сомкнутые губы и не слышу ничего, кроме колотящегося сердца.

Эта резкая перемена пугает еще больше. Буквально пять минут назад я была готова убить его прямо здесь, а сейчас… Что же изменилось теперь?

– Почему?

Марк вытягивает указательный палец, прикладывая его к внутренней стороне моего подбородка. Его глаза блестят неподдельным интересом. А может, я себе это только придумываю?

– Очень вкусные макароны, правда? – отодвигаюсь подальше, теряя прикосновения его пальцев, и немного неуклюже отправляю в рот еще одну вилку спагетти. – Сливочные такие…

– Трусиха.

– С чего бы?

– Действительно.

Глава 19

Марк открывает бутылку минералки и делает пару глотков прямо из горлышка. Смотрю, как дергается его кадык, и прикусываю кончик вилки зубами. Вот и что мне теперь делать?

В голове все кувырком. Понятия не имею, о чем говорить и как вообще держать лицо в такой ситуации. А она у нас та еще… Одни вопросы. И ответов, между прочим, нет.

– Что будет, если Руслан раскроет наш обман?

– Ничего.

– В смысле?

То есть он хочет сказать, что все время до этого меня просто запугивал?

– Он не узнает. Я уже нашел объяснения всему, что сегодня произошло.

– И что это?

– Правда.

– Ты расскажешь ему правду?

– Конечно. Твой бывший парень просто не смог смириться с вашим расставанием и решил выяснить отношения самым примитивным способом.

– Ну и где тут правда?

– А разве не так? Как думаешь, зачем еще он туда притащился? До этого его все утраивало, уверен, он был не против срубить бабла на тупом богатеньком отпрыске. Верно?

Марк говорит вроде и серьезно, а вроде и шутит. В его реакциях я пока тоже не разбираюсь. Зато пялюсь на сложенные домиком пальцы, которые он держит над столом, упершись в деревянную поверхность локтями.

Стыдно признаться, что он практически угадал. Макс и правда был не против вознаградиться материальными благами за мой счет. А я-то, дура, верила, что он не такой, как все.

– Не так!

Ну не говорить же об этом Марку. Ни за что не признаю, что он прав. Никогда.

– Ладно. Утешай себя своей ложью и дальше.

– Что? Не много ли ты на себя берешь?

– Думаю, в самый раз. Так что там с поцелуем?

– Губу закатай.

Валиев улыбается. Очень медленно отодвигает тарелку к стене и, вытянув руку, окольцовывает мое запястье.

– Пусти, – мой писк звучит запоздало.

Марк уже потянул меня к себе, и край стола впечатался мне в ребра. Не больно. Просто ощутимо.

– Ты либо очень глупая, что маловероятно. Либо отлично прикидываешься дурой, Лейкина. Слепой дурой.

– Сам… дурак. Мне больно, – смотрю на его пальцы, обвитые вокруг моего запястья.

– Снова врешь.

– Чего ты от меня хочешь, а?

– Давай встречаться.

– Что?

Если до этого я пыталась выдернуть руку из захвата, то после его слов замираю. Чувствую, как непроизвольно опускаются мои плечи, а уголки губ ползут вниз, вырисовывая на лице не просто удивление, а скорее целую трагедию.

– Несмешные шутки.

– А кто сказал, что я шучу?

Марк продолжает держать мою руку. В месте, где он касается, кожа корит огнем. Как-то в детстве я пролила тарелку только вскипевшего супа на пол, какая-то часть жидкости попала на руку, как раз в зоне запястья. Было очень больно. Хотелось плакать. Но еще ужаснее стало потом, когда на этом месте вздулся огромный пузырь. Он тоже болел, а еще был неприкрытым напоминанием моей оплошности и неаккуратности.

Прямо как сейчас. Я была слишком легкомысленна и неаккуратна с Марком с самого начала. Воспринимала все не всерьез, даже когда он угрожал мне этой дурацкой распиской.

Теперь же он перешел на новый уровень своей изощренной игры, в которой просто вынудил меня участвовать.

– Нет, – сглатываю и все же выдергиваю руку. Скорее, он мне это позволяет, но значения это сейчас не имеет. – Спасибо за ужин. Пока.

Уверенно поднимаюсь со стула и, ускорившись, иду в прихожую. Если не ошибаюсь, то отсюда идет маршрутка не до самой общаги, придется пройти пешком, но я справлюсь.

Надеваю свои неудобные туфли, мельком взглянув на себя в зеркало. Да,