Сто оттенков ночи (СИ) - Майер Кристина

В следующую секунду я оказалась прижатой к стенке кабинке.



— Не так, — уперлась я руками в его крепкий торс, когда он хотел поднять меня.

Опустилась перед ним на колени. Ворон прикрыл глаза и застонал в голос. Намыленными ладошками обхватила член, некрепко сжав, повела вверх затем вниз. Пена стекала ему на бедра. Кода мыла не осталось, я принялась воплощать в жизнь свою фантазию.

Несколько раз языком прошлась по венам, прежде чем обхватить головку губами и погрузить орган себе в рот.

— Е-е- в-а-а, — выдохнул Игнат. Его рук опустилась мне на затылок.

— Так? — спросила, хотя сомнений, что ему нравится у меня не возникало.

— Да. Охеренно! — Схватив свободной рукой у основания член, он провел по губам головкой, высунув язык, лизнула плоть. Ворон зарычал. Он чуть надавил на затылок, я приоткрыла рот, и он не глубоко толкнул его мне внутрь.

Необычно, но приятно. Делала приятно ему, и сама не оставалась равнодушной.

Сомкнув губы, втянула член чуть глубже, обвела головку языком. Представив, что держу во рту большой леденец, я принялась его облизывать и сосать. Обе руки Игната легли мне на затылок, он полностью доверился мне. Ворон стонал, иногда с его губ срывался мат, но это звучало, как будто он тащился от того, что я проделывала с ним. Воспринимала его мат, как оду в свою честь.

— Мелкая, тормози! — простонал он. Прежде чем первые капли успели бы сорваться, он освободился из теплого плена и, рыча, излился на дно кабинки. Вода тут же все смыло.

Игнат поднял меня и прижал нежно к себе.

— Мелкая, — поцеловал меня в губы. — Я на тебе помешался. Лечению мой диагноз не подлежит. Пока я не затрахал тебя, пойду готовить ужин. Мою идеальную девочку надо покормить.

— Тебе понравилось? — я хотелось услышать комплимент из его уст.

— Я никогда и ни с кем не терял голову, а с тобой только так. — Я разомлела от его слов, грохнусь сейчас тут в обморок от счастья.

Быстро искупавшись, он оставил меня одну. Я приняла спокойно душ, пошлёпала голой до комнаты. Нашла его футболку в шкафу, надела и отправилась за ним в кухню. Если лягу, обязательно усну, а мне хотелось перед расставанием в три дня каждую секунду провести с ним.



Глава 23

Игнат

Спорить с Евой оказалось бесполезным занятием. Я уже дал обещание поставить ей четверку за экзамен, даже если она на тройку не расскажет, а она все равно отказалась до среды переезжать ко мне.

Не отпускало меня неприятное ощущение, что родственников Евы принять будет не так-то просто. Посмотрим, что она расскажет мне после экзамена. Что за всем этим скрывается? Я бы мог навести справки, так и хотел сделать, но решил, что она сама должна мне открыться. Не думаю, что этот Кузьмин хирург-маньяк.

Во вторник на занятия Мелкая пришла в короткой юбке! Издевается! Хорошо, что это последнее занятие и обсуждать мы будем экзаменационные вопросы.

— Сегодня я отпущу вас пораньше. Разберем вопросы и вы свободны. Советую не терять времени даром, а готовиться. Кто еще не сдал отработки, остается и сдает.

— А у кого отработки? — спросил Березов.

Пройдя по списку, я назвал фамилии и количество отработок. Не пропустил и Кузьмину.

Ева на меня возмущенно посмотрела и насупилась.

— А кто не сдаст? — спросила Мелкая.

— До экзамена не допущу. — улыбаясь ответил ей. Никакой отработки у нее нет и быть не могло. Я соскучился и хотел ее поцеловать.

Мелкая достала телефон и принялась что-то зло печатать. Пришлось сделать вид, что мобильный в ее руках я не вижу.

Сев за стол, я незаметно для студентов прочитал Сообщение. Отвечать не стал.

М: Мне к экзамену готовиться, какая отработка, Игнат Валерьевич?!

Она злилась. Я ловил на себе ее возмущенные взгляды. Хотелось скорее остаться с Мелкой наедине, чтобы вместо гнева увидеть в ее взгляде страсть.

Отпустил студентов, попрощался до завтра с теми, у кого не было задолженностей и отработок. Для оставшихся строго произнес:

— У каждого из вас есть двадцать минут моего времени, советую его не терять. Кузьмина остается, остальных попрошу выйти.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Это нечестно! — подошла она к столу, глаза ее яростно сверкали.

— Иди сюда, — взял ее за руку и притянул к себе. — Я соскучился, целую своего мужчину и иди, готовься к экзамену. — Усадив Мелкую на колени, обхватил ее за ягодицы. Ева улыбнулась, потерлась попкой о стояк, и сама меня поцеловала.

Времени на «отработку» я выделил мало, поэтому старался эти двадцать минут использовать полностью. Я пытался ей напиться, чтобы дотерпеть до завтрашнего переезда. Хотя, меня сжигало желание разогнать всех и разложить ее прямо на столе…

А что мне мешает?

В любой момент, к нам мог кто-нибудь заглянуть, но меня это не остановило. В этот момент мой мозг уже отключился. Я чувствовал в ней острую потребность. Тормоза сорвало. Подняв Мелку, я уложил ее животом на стол. Стянул колготки с трусами, раздвинул ноги. Вид шикарный! Рехнуться можно.

— Нас услышат. — она не сказала нет. Моя девочка!

— Никто не посмеет войти! — задрал юбку с халатом и смял в руках упругие половинки ягодиц.

Спустив с себя медицинские брюки вместе с трусами, надел презерватив. Упругим членом стал водить по нежным складкам. Мелкая тихо постанывала. Проник в нее одним жестким толчком.

Блин, у меня словно секса полгода не было!

Она и так тугая, а сейчас сжимала меня изнутри так, что от удовольствия темнело в глазах. Не снижая скорости, я ритмично быстро вколачивал в нее свой член по самые яйца. Чтобы Мелкая не закричала в голос, зажал ладонью ей рот.

Она пришла к финишу первой. Сделав еще несколько толчков я, сцепил зубы, чтобы от удовольствия громко не зарычать.

После секса мне нравилось держать ее в объятьях, но сейчас на это не было времени. Скинув презерватив, я помог ей одеться, поправить одежду. Заправив локоны за уши, я поцеловал ее в лоб. Целовать в губы было чревато.

— Не помешаю? — неожиданно открылась дверь в аудиторию и вошел Смолов.

От его взгляда не ускользнуло ничего. Вроде мы были одеты, но наша поза красноречивее слов говорила обо всем, что здесь происходило.

Мелкая испуганно отступила, но я не позволил ей отойти. Надоело прятаться, так даже лучше.

— Видимо, помешал. — но выходить из аудитории Борис не стал. Его рот сжался в тонкую линию, брови товарища насупились, он гневно воззрился на нас. — Я приходил за результатами анализов, думал, загляну к тебе, а тут…

— Борис Евгеньевич, входите. Ева, я вечером к тебе заеду. Можешь идти. — взглядом постарался ей донести, что задерживаться из-за этого не стоит.

Ева собрала свои вещи, прихватила презерватив, завернутый в бумагу.

— До свидания, — попрощалась Мелкая, но ей никто не ответил.

— Игнат, — начал он сразу, как только Ева вышла в дверь. — До меня доходили слухи, что ты неверен Альбине, но я в них не верил. Не думал, что ты до такой степени беспринципен, что заводишь шашни со студентками.

— Тогда до вас должны были доходить и слухи о том, что ваша дочь тоже никогда не была мне верна, — холодно произнес я. Он вроде пытался сделать вид, что возмущен таким заявлением, но сдался. Значит знал. — Я не завожу шашни со студентками. С Евой у меня все серьезно. И прежде чем строить отношения с ней, я объяснился с вашей дочерью.

— А нас вы не собирались проинформировать? Борис выглядел расстроенным. Я мог понять его ярость. Сейчас он видит во мне предателя.

— Мы собирались.

— Мне нужно немного времени, чтобы все это переварить и решить, как поступать дальше. — завуалированной угрозы в его словах я не услышал. — Но сейчас речь не об этом, — продолжил Борис. — . На следующей неделе медицинская конференция в Лондоне. Я пришел заранее предупредить, что на нее отправишься ты. Постарайся к концу недели завершить все свои дела. К следующим выходным вернешься. С главным я поговорю.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})