Сто оттенков ночи (СИ) - Майер Кристина

— Нас родители сегодня вечером в гости пригласили. Я пыталась отказаться, но отец даже слушать ничего не стал. В семь часов мы должны быть у них, — попыталась Альбина поставить меня перед фактом.

— Я вижу, ты уже протрезвела, но соображаешь пока туго. Вчера я тебе ясно дал понять, что теперь это твоя проблема объясниться с отцом. Можешь поливать меня дерьмом, но не забывай, что ему нельзя нервничать. Думай, что им сказать, а меня больше не дергай. Можешь взять с собой в гости вчерашнего кавалера. Давай! — не дав ей сказать, я сбросил вызов.

«Офонареть! Вчера кто-то пропустил мои слова мимо ушей?!»

Я еще долго злился, вспоминая каким тоном, говорила Альбина! Смолова вывела меня из себя этим вульгарным звонком и предупреждением в сторону Евы. Я метался словно зверь по квартире. Попробует тронуть Еву, узнает, что я могу быть опасным!

Если бы мне не надо было встречать Еву, накатил бы грамм двести коньяка. Отвлечься помогла готовка. Мелкую хотелось удивить и вкусно накормить. Пока разделывал курицу, нарезал овощи, выкинул из головы неприятный инцидент.

Вновь раздался гудок входящего. Думал, Мелкая набрала, оказалось Алмаз. Он хотел записать Катю к Жанне на прием. Пообещал ему завтра поговорить с гинекологом и перезвонить.

Не успел отложить телефон, вновь кто-то позвонил. Посмотрел на дисплей и ругнулся. Борис! Поднимать не хотел, но не прятаться же мне от него.

— Добрый день, Борис Евгеньевич.

— Привет, Игнат. Не занят?

— Нет, слушаю вас.

— Альбина нас уже предупредила. Я вот какой вопрос хотел с тобой сегодня обсудить. Мне предлагают взять нового преподавателя на место Крапивиной. Как ты на это смотришь? С тебя снимется нагрузка, часы топографической анатомии будет вести он. Ну, что скажешь?

«Что скажу?»

— Я думаю, вы уже все решили, Борис Евгеньевич, но если мое мнение учитывается, я предлагаю ему пока влиться в коллектив. Этот цикл я могу провести, график в работе уже скорректирован под расписание.

— Ну, хорошо. Я надеялся облегчить тебе жизнь, а то времени на отдых совсем не остается. Вот и к нам старикам уже дорогу забыли.

— Борис Евгеньевич…

— Не оправдывайся, — перебил он меня. — В следующие выходные ждем вас в гости и никаких отговорок не принимаем.

— Посмотрим…

— Даже слышать ничего не желаю! Увидимся в институте. — попрощавшись он и положил трубку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Заморачиваться раньше времени не стал. Сегодня Альбина нашла отговорку, пусть и к следующим выходным, что-нибудь придумает, а нет, расскажу правду.

Убрав заготовки в холодильник, я засел за проверку самостоятельных работ. Я просматривал работу Евы, хотелось поставить ей пять, но она тянуло на четверку и то нетвердую. Отложив ее лист в сторону, взялся за другие. Проверил большую часть, когда в дверь несмело позвонили.

«Кого там еще принесло?!»

Посмотрел на часы, почти пять, а Мелкая до сих пор не позвонила.

Открыл дверь, а на пороге моя девочка.

*** ***

Ева

— И почему ты не позвонила? — схватил Воронов меня и перетащил через порог.

— Подожди, разобьешь! — потрясла я пакетом, в котором лежало домашнее молоко.

— Что в нем? — спросил он, а сам притянул меня за затылок и поцеловал.

«Зачем спрашивал, если ему неинтересно?!» — возмущенно подумала я, а потом ответила на поцелуй.

— Мелкая, я планировал приготовить нам ужин. — прервал Ворон поцелуй, но продолжал держать меня в объятиях.

— Сейчас самое время готовить, я с удовольствием помогу.

— Чем интересно? — усмехнулся он.

— Буду сидеть и наблюдать за тем, как ты возишься с продуктами, творишь кулинарный шедевр. Могу советы давать.

— Ева, я не могу думать сейчас о готовке, — серьезно произнес Игнат.

— Можешь не продолжать, доказательство этого красноречиво упирается мне в живот.

— Мелкая сама виновата, ты слишком теплая, нежная и вкусная! Давай вещи, я отнесу их в спальню. — я передала ему почти пустой пакет. В нем одежда на завтра, пижама и средства гигиены. — Это все? — потряс он полупустую сумку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Да, в другом домашнее молоко. Мне мамина соседка дала.

— Ева, ты переезжаешь ко мне собираешься? — спросил меня Воронов.

— Собираюсь, но только после сдачи экзамены.

— Мелкая, это шантаж?

— Нет. Вдруг меня оценка не устроит, а я уже к тебе вещи перевезла, — засмеялась я. — Улыбнись, Ворон, я шучу. Ты же мне готовиться не дашь, если я переберусь к тебе.

— Я тебе по самостоятельной работе тройку поставлю за такие шутки.

— Не смей ставить меньше пятерки! — передала ему куртку и уперла одну руку в бок.

— Мелкая, не наглей, там на слабенькую четверку. Переезжаешь сегодня, поставлю пятерку. — принялся он торговаться.

— Не получится. Нужно сначала с родными поговорить.

«Да и тебе я решила во всем признаться после экзамена!»

— Я тебе все расскажу, и будем надеяться, что ты примешь мою семью.

— Приму, Ева. Верь мне, — подошел он ближе прижал меня своим телом к стене и поцеловал.

Молоко и моя одежда остались в коридоре. Игнат утащил меня в спальню, раздевая по дороге. Вроде не впервой видела Ворона обнаженным, но каждый раз сглатывала слюну глядя на его рельефный торс.

«Это преступление выглядеть так сексуально!» — подумала я, наблюдая, как он стягивает с себя штаны вместе с трусами.

— Мелкая, прекращай облизываться, это все твое, — усмехнулся нахально мой преподаватель, сел на постель, прислонившись к спинке кровати. — Иди сюда. Бок болит?

Я помотала головой. Что задумал Игнат сомнений не вызывало.

— Иди сюда, будет практиковать новую позу. Или ты только на словах рвалась в бой? — специально провоцировал меня Ворон. Он внимательно наблюдал за мной, решусь я или нет.

Я тоже подумала немного его поддразнить.

— Я не только это хотела попробовать, — красноречиво посмотрела на его возбужденный член.

— М-е-елка-а-я, — прорычал он. — Не дразни зверя, я и так на пределе.

Я сделала шаг кровати, а в следующую секунду сидела на бедрах самого сексуального мужнины!

В этот раз не было долгой прелюдии, нежности. Мы соскучились, безумно хотели друг друга: без тормозов, на полную катушку, страстно, крышесносно! Этот оргазм накрыл нас будто лавиной.

Не знаю, кто вселился в Ворона, но передохнуть он мне не давал. Мы опробовали еще несколько поз, сказать в какой мне нравилось больше, я не могла. Наверное, так у всех, пока молод и в тебе бурлят гормоны, ты не устаешь от секса. Желание не спадает, не угасает, чем больше занимаешься любовью, тем сильнее хочется повторить. А может все дело в том, что я люблю этого мужчину?

— Мелкая, если ты сейчас же не сбежишь в душ, я тебя снова подомну под себя! — произнес Игнат, когда заметил, что я немного удивленно пялюсь на его все еще не опавший член.

— Нет. Пока не покормишь, продолжения не будет. — я успела сегодня только позавтракать, а наши гимнастика заставила меня жутко проголодаться.

— Сама виновата, что он успокоиться не может. Будешь знать, как своего мужчину морить голодом.

— Сначала ужин, а потом… Я еще не все свои фантазии воплотила в жизнь, — соскользнув с кровати и отойдя на безопасное расстояние, произнесла я.

Игнат простонал, прикрыв глаза. Я быстро сбежала в душ. Он за мной не пошел. Встав под теплые струи воды, я принялась мылить тело. Мышцы болели, как после тренировки.

Услышала, что дверь открылась, в ванную комнату вошел Игнат. Полностью обнаженный. Вот как тут приказать себе на него не пялиться?

— Я только выброшу презервативы. — кинув их в мусорное ведро, он подошел к раковине вымыть руки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я продолжала намыливать тело. Мы смотрели друг на друга через зеркало. Отражение в нем не скрывало, что мы до сих пор не насытились друг другом.

— Хрен там! — бросил он, подошел к душевой кабине и открыл створку.