Линн Пембертон - Платиновое побережье

– Да, Крис, именно это я и имел в виду. Тебе не понадобятся шикарные туалеты, пока будет идти строительство, но ты можешь запастись ими на будущее.

На следующий день она отправилась в город и провела несколько часов в магазинах на Слоан-стрит. Ей хотелось еще успеть попасть на Бонд-стрит и близлежащие улицы с небольшими дорогими бутиками, но она благоразумно решила, что хорошего понемногу. Погрузив покупки в новенький двухдверный спортивный «мерседес» ярко-голубого цвета, она отправилась в их лондонскую квартиру и приехала туда раньше, чем они договорились со Стивеном. Уже в дверях Кристина услышала чужой высокий истеричный голос:

– Ради Бога! Я прошу совсем немного. Неужели тебе жалко несколько сотен фунтов?!

– Я тебе объяснил, Эдвард, только не сейчас Сотни, тысячи, но в свое время. И прекратим этот разговор, – раздраженно и властно ответил Стивен.

Кристина, боясь помешать какому-то деловому спору, бесшумно вошла в холл и стояла, не решаясь идти дальше. И тут прямо на нее из комнаты выскочил грузный светловолосый мужчина с длинными волнистыми волосами, лежащими на подставных плечах кричаще модного пиджака. Он столкнулся с ней, и пакеты попадали на пол. Даже в полумраке она заметила его кошачьи зеленые глаза, которыми он на мгновение вперился в нее. Вместо извинений он крикнул, оглянувшись:

– Ты пожалеешь об этом, Стивен! – и выскочил, грубо хлопнув дверью.

Кристина зажгла свет и вопросительно посмотрела на Стивена, вышедшего ей навстречу. Его обычно бледные щеки слегка порозовели, что говорило о крайнем волнении. Брови так и оставались нахмуренными. Взглянув на валяющиеся пакеты, он строго спросил:

– Это он сделал?

– Ерунда, случайно столкнулись…

– Очень похоже на него! Мой братец не привык извиняться, он научился одному – появляться, когда его не ждут, и клянчить деньги. Получать их, исчезать, а после снова клянчить. Во всем виновата моя мать. Она всегда была с ним слишком мягкой.

– У тебя есть брат? – Кристина от удивления широко раскрыла глаза. – Почему же он не был на бракосочетании?

– Мы редко видимся. По правде говоря, он мне доводится сводным братом. Моя мать, до того как встретила моего отца, была замужем. Эдвард Харрингтон – бесполезный ублюдок, бездельник, картежник и еще кое-что похуже. Весь в своего отца.

– Дорогой, не слишком ли ты суров? Он же член вашей семьи, – попыталась успокоить мужа Кристина. Но ее слова подлили масла в огонь.

– Да что ты знаешь об этом? – сорвался Стивен. – Эдвард – наказание для всех нас. Он доводит мать до бесчувственного состояния, выжимает из нее все до последнего фунта, потом бросает ее больную одну дома и уезжает кутить со своим очередным бой-френдом с накачанными мускулами и раскрашенным лицом.

– Он что – голубой? – с этой проблемой Кристина никогда не сталкивалась так близко.

– Да. Но не думай, что моя неприязнь к нему объясняется этой причиной. Просто он – полное барахло. Гнилой до мозга костей. Если он когда-нибудь позволит себе явиться в мое отсутствие, захлопни дверь перед его носом.

– Хорошо, Стивен, как скажешь… – и тем не менее она была заинтригована. Стивен не переставал ее удивлять. Сколько же у него в жизни секретов? Казалось бы, ей все известно, и вдруг нежданно-негаданно появляется голубой братец. Для себя она тут же решила, что обязательно познакомится с ним, как только Эдвард Харрингтон даст о себе знать. Может быть, из разговоров с ним она узнает и другие тайны своего мужа.

Уезжать из Перли Холла было и печально и радостно.

– Вы ведь скоро вернетесь? – с надеждой в голосе и мольбой в глазах снова и снова спрашивала Дороти. Накануне, со слезами и вздохами, она попрощалась с Викторией и долго следила за машиной, увозящей ее любимую девочку в неизвестный пансионат.

Кристина обняла толстую, уютную и очень расстроенную домоправительницу:

– Берегите себя, миссис Дороти. Мы будем скучать о вас и ваших неповторимых пирогах.

На морщинистом лице деревенской женщины засветилась нежность.

– Вы уж за ним получше приглядывайте. Он привык к хорошей обслуге. И себя не забывайте витаминами пичкать. От их иностранных микробов хорошо помогают мед и лимонный сок…

Кристина улыбнулась сквозь накатившие и на ее глаза слезы.

– Не волнуйтесь, миссис Дороти. Я у вас многому научилась, – заверила она на прощанье домоправительницу. Быстро села в машину, и их «мерседес» плавно покатился по узкой, извилистой дороге. Вокруг шумел и прощался с ними ранний май. Солнечное утро было полно обещанием долгожданного тепла. Цветущие деревья делали их отъезд праздничным и торжественным. Теннисные мячики, которые она забыла подобрать, желтыми пятнами игриво перемигивались с молодой сочной зеленой травой возле корта. Чугунные ворота были открыты, и они выехали за пределы Перли Холла. Кристина повернулась на сиденье и в последний раз взглянула на красивый фасад особняка. Миссис Дороти еще махала рукой им вслед. Коккер, как безумный, носился у ее ног, и Кристина поймала себя на грустной мысли – увидит ли она эту милую трогательную картину еще раз?

Через двенадцать с половиной часов разболтанное, пыльное такси подъехало к закрытым облезлым воротам, охранявшим покой «Хрустальных источников».

Стивен ворчливо заметил, что уж совсем не годится, когда тебя никто не встречает. Не глядя, он дал таксисту на чай десятидолларовую купюру и принялся дергать большой навесной замок на воротах. Солнце быстро опускалось в притихшее море. Дом, окутанный тишиной, казался насупленным и негостеприимным. Еще немного, и он совсем исчезнет в кромешной темноте быстрой южной ночи. Не успел Стивен решить, как поступить дальше, на дороге, в облаке бронзово-красноватой пыли, показался автомобиль. Высокий молодой человек с безмятежной улыбкой неспешно выбрался из него и оказался тем самым агентом по недвижимости, который показывал им дом.

– Простите, что я опоздал, господа, – его ухмылка стала еще откровеннее и пошлее. – Но на острове это не считается опозданием. Восточнокарибское время отличается от вашего, вы привыкнете к нему.

– Сомневаюсь, мистер Гарсиа, – в голосе Стивена явно звучал зарождающийся гром будущей грозы.

Гарсиа вынул ключ и принялся возиться с дверным замком.

– Утром сегодня открывался нормально, – успокоил он. Улыбка, казалось, приклеилась к его лицу. Потребовалось несколько неприятных минут, чтобы заставить ключ с печальным скрежетом повернуться.

Забыв про вещи, Стивен и Кристина поспешили за Гарсиа, беспокоясь о проржавевших замках в дверях. Но деревянные массивные темно-красные двойные двери распахнулись при первом же прикосновении ключа. На полу их ждала куча нераспечатанной почты. Гарсиа, с манерами экскурсовода, провел их в гостиную, расположенную в передней части дома. Он обернулся, и впервые улыбка пропала с его лица.