Оливия Карент - Кракле

С этими словами Алек удалился к себе, а Лора принялась накрывать на стол.

Поздно вечером Алек, зайдя на кухню, подошел к холодильнику, достал сок, налил его в высокий стакан, не спеша выпил, потом поставил стакан в мойку и направился к выходу. Неожиданно взгляд Алека остановился на кассете, которую Лора, очевидно, забыла. Соблазн вновь услышать дивное исполнение божественной «Casta diva» был велик. Алек вставил кассету в магнитофон, сел на стул и прикрыл глаза, с наслаждением погружаясь в море волшебной, завораживающей, упоительной гармонии звуков…

Спустя некоторое время Алек, привстав от удивления, широко открыл глаза и высоко поднял брови. Он ошеломленно взирал на магнитофон, не в силах сдвинуться с места.

Из этого состояния полного ступора от услышанного Алека вывел тихий щелчок отключившегося магнитофона.

6

Все было, как всегда. Но Алек, в очередной раз посмотрев на Карла, заметил, что тот снова бросил нетерпеливый взгляд на часы и с недовольным раздраженным видом перевел его на докладчика. Алек догадался, что Карл торопится и едва сдерживает свое желание немедленно встать и уйти.

Алеку и самому порядком поднадоели пространные доводы и аргументы выступавшего. К счастью, все, что тот сообщил, было взвешенным и убедительным. И продолжительная дискуссия, непременный атрибут любого совещания, не разгорелась.

Как только все участники попрощались и разошлись, Карл пулей вылетел за дверь и устремился в свой кабинет.

Его действия заставили Алека улыбнуться. Потом он вспомнил, что сегодня предстоит достаточно скучный вечер, и принялся обдумывать возможные варианты того, как избежать перспективы тоскливого бездеятельного одиночества.

Алек задумчиво оглядел свой кабинет, встал, подошел к окну, посмотрел куда-то вдаль, потом глубоко вздохнул, взял кейс и направился к выходу.

В коридоре Алек столкнулся с Карлом, который стремительно выскочил из своего кабинета, бережно и осторожно удерживая перед собой роскошный большой букет.

— О-о!.. — иронично протянул Алек. — Вот я тебя и разоблачил. А я-то гадаю, почему ты на совещании с такой лютой ненавистью взирал на каждого, кто открывал рот! Оказывается, у тебя свидание. Не отпирайся, Карл! Все признаки налицо: цветы, «бабочка», смокинг…

— А вот и нет! Ты ошибаешься, Алек. Я иду на банкет! — засмеялся Карл и раскаянно добавил: — Ты извини, Алек, но я опаздываю. А мне еще такси поймать надо.

— А твой шофер где?

— Заболел. А сам я за руль садиться не хочу. Потому что собираюсь обязательно выпить сегодня несколько бокалов шампанского! И вина! И виски! В общем, всего, что мне будет предложено! — объявил Карл.

— Замечательно! — одобрил Алек. — Рад за тебя! А знаешь что… Мой водитель на месте. Мы завезем тебя, куда скажешь. Тем более, лично я, в отличие от тебя, никуда не тороплюсь. И чем занять себя, чтобы не скучать весь вечер, еще не придумал. В общем, идем!

Карл и Алек вышли из офиса и сели в машину. Когда лимузин плавно тронулся с места, Алек вопросительно взглянул на друга.

— Ах, да! — спохватился тот и, наклонившись к водителю, назвал адрес. Потом посмотрел на Алека и сказал: — Послушай, а давай ты отправишься вместе со мной? А, Алек?..

Тот неуверенно пожал плечами.

— Да неудобно как-то. И вообще…

— Брось, Алек! Почему неудобно? — запротестовал Карл. — Уверяю тебя, твое появление окажется приятным сюрпризом.

— Хм!.. — с сомнением «фыркнул» Алек. — Тоже мне, нашел сюрприз!

— О, ты даже не догадываешься, Алек, какой фурор ты произведешь!.. загадочно улыбаясь, возразил Карл, а потом громко захохотал.

Алек, недоумевая, смотрел на веселящегося друга, не понимая причину такого его настроения. Затем, бросив взгляд в окно, ошеломленно спросил: — Карл, куда мы приехали? Ведь здесь живет Лора.

— Ну да! Постой!.. А ты-то откуда это знаешь, Алек? Впрочем… Карл, не договорив, тактично замолчал. Потом спокойно спросил: — Ну так что ты решил, Алек? Идешь вместе со мной в гости? Я уверен, тебе будут рады. Лора и сама пригласила бы тебя, но ты, Алек, держишься с ней так…

— Карл! — перебил его тот. — Ты же понимаешь!.. Я не могу по-другому. Карл заметил, каким холодным стал взгляд друга, и быстро согласился: — Да, конечно. Твое положение… Алек, я тебе не завидую! Лора — удивительная девушка! — восторженно объявил он.

— Удивительная… — задумчиво повторил Алек и вдруг решительно произнес: — Я пойду с тобой, Карл!

— И правильно! — одобрил тот.

Они вышли из машины, открыли калитку и по затейливо выложенной плиткой дорожке к дому.

Дверь им открыла молоденькая горничная. И тут же навстречу вышла сияющая Олимпия. Она на мгновение оторопела, увидев Редфорда, но быстро справилась с собой и приветливо сказала:

— Здравствуйте. Пожалуйста, проходите.

Карл и Алек, слегка поклонившись, поприветствовали ее. Из гостиной доносились оживленные голоса. Олимпия широко распахнула двери, жестом приглашая Карла и Алека войти.

Оба сразу заметили Лору. Она сидела в кресле, на одном из подлокотников которого располагался внешне очень привлекательный молодой человек. Судя по всему, он был довольно высок ростом, строен. Выразительное лицо, умные глаза, элегантная стрижка пышных темно-русых волос, какая-то особая, невероятно спокойная манера поведения производили неизгладимое и очень приятное впечатление. Молодой человек нежно обнимал Лору за плечи.

На втором подлокотнике — в белоснежном смокинге, сорочке, галстуке-«бабочке» и таких же белоснежных туфлях — устроился Энтони, одна рука которого лежала на спинке кресла, а другая — на колене. Напротив, в кресле, сидел Джордж.

Все четверо склонились над какой-то раскрытой книгой, лежащей на коленях Лоры, и, перебивая друг друга, о чем-то горячо спорили.

Наблюдая эту живописную сценку, Алек помрачнел. Карл же, наоборот, широко и открыто улыбнулся.

Олимпия поняла, что дочь в пылу дискуссии появления вновь прибывших гостей не заметила, и поэтому громко и мелодично позвала:

— Ло-ра!..

На ее голос вся группа сразу повернула головы. Лора, увидев господина Редфорда, удивленно вскинула вверх брови, потом легко поднялась с кресла и с милой приветливой улыбкой поспешила навстречу гостям.

И Алек, и Карл сразу отметили, как восхитительно и непривычно выглядела она сегодня. Лоре необыкновенно шло нежно-розовое, так называемого «цвета утренней зари», кружевное платье, пышная юбка которого мягкими складками спускалась до пола, а лиф, полностью декольтированный, обнажал печи и шею. Атласный широкий пояс перекликался своими переливами с ожерельем из розового турмалина и такими же серьгами-подвесками. Белокурые волосы Лоры были уложены в высокую затейливую прическу.