C. Гарднер - Роман о любви

Блейн позволила себе не думать. Для нее больше ничто не имело значения. Ей больше не нужны были ответы, и вопросы тоже могли подождать. Правда реальности ничего не значила для нее; она все понимала, но отчаянно стремилась только к тому, чтобы удовлетворить постоянно растущий голод по близости с женщиной, лежащей на ее руках. Ее желание единения с Габриэллой было бесспорно и непреодолимо. Их слияние не стоило ничего. Оно значило все. 

Поэтому вместо того, чтобы играть в “вопросы и ответы”, они с безумством обреченных пытались заглушить ту невероятную тоску, которая грозила одолеть их обеих. Гораздо позже они лежали в тишине, держась друг за друга, обе насыщенные, наслаждались теплом объятий и нежностью прикосновений. “Все остальное пустяки, - снова и снова говорила себе Блейн. - Все остальное не важно”.

Звонок телефона ворвался в их хрупкий покой, и словно вор украл что-то бесценное. Габриэлла потянулась, чтобы ответить на него. 

- Нет, - тихий голос Блейн умолял ее. Повернувшись к ней, Габриэлла увидела слезы, заполнившие глаза лежащей рядом с ней женщины и почувствовала боль в своей груди. “Наш покой нарушен”, - сказали их глаза друг другу. Габриэлла скользнула в объятия Блейн, крепко прижимаясь к ней и не сдерживая слез, текущих по ее лицу. 

- Блейн… - начала Габриэлла, но не решилась продолжить. 

- Не… - снова тихонько прошептала Блейн, вцепившись в нее еще крепче. - Не сейчас… позже. 

Подняв голову, Габриэлла встретилась с глазами, полными слез. Блейн снова попросила: - Позже. 

Габриэлла кивнула и нежно поцеловала ее в губы. В этот момент телефон зазвонил снова. Он то умолкал, то звонил снова на протяжении всего следующего получаса. Наконец руки Блейн отпустили ее. 

- Похоже, мир не оставил нам никаких... - сказала Блейн, принимая неизбежное. Габриэлла выпрямилась и взяла трубку телефона. 

- Привет.

- Почему ты не отвечаешь? Я звоню тебе по крайней мере двадцать минут. В отеле сказали, что ты в своем номере, - сердито сказал Джозеф. 

- Я принимала душ, - быстро сказала Габриэлла. - Почему ты звонишь? 

- Разве мне нужна причина, чтобы позвонить тебе, Габриэлла? 

- Обычно - да. 

На мгновение между ними повисла тишина, и Джозеф продолжил разговор в примирительном тоне. 

- Пожалуй, - признал он. - Мы все собрались. 

- Информация о рейсе не изменилась? 

Блейн села на другой стороне кровати, спиной к Габриэлле. 

- Да, мы все подтвердили. 

- Хорошо, тогда вечером встретимся в аэропорту и продолжим путь оттуда.

- Хорошо. Элли здесь и хочет с тобой поговорить. 

- Ладно, отдай ей трубку, - Габриэлла пробежалась пальцами по волосам и подтянула простыню, чтобы прикрыть груди. Это движение не осталось незамеченным Блейн. Простыня превратилась в стену между ними, которая казалась настолько же реальной, как и мир, уже приготовившийся разлучить их. 

- Мама? 

- Привет, Эль, как ты, дорогая? 

- Хорошо. Мне обязательно ехать с ними? 

- Да, Элли. 

- Почему? 

- Элли, пожалуйста... 

- Папа говорит, что я должна вести себя то так, то эдак. А я не хочу! - пожаловалась девочка и мать заметила недовольство, которое в последнее время все чаще проявлялось в ее голосе. 

- Элли, просто будь собой, - тихо произнесла Габриэлла. 

- Но папа... 

- Папа неправ. Просто будь собой, Элли, - успокоила дочь Габриэлла. - Ты прекрасная молодая девушка, просто будь собой, дорогая. 

Блейн встала и подошла к окну. Габриэлла смотрела, как та, обнаженная, стояла там, молча глядя на улицу. 

- Элли, отдай трубочку папе. 

- Ладно, мам, увидимся позже. 

- Я люблю тебя, милая. 

- Я тоже люблю тебя, мам. Вот папочка. 

- Привет, - сказал Джозеф, вернувшись к телефону. 

- Джозеф, она нервничает. Ей тяжело от своей неуверенности в себе. Просто позволь им быть самими собой, хорошо? - сердито сказала Габриэлла. 

- Я всего лишь попросил ее вести себя хорошо, - сказал он, защищаясь. 

- Просто не дави на нее, хорошо? Я встречу вас всех сегодня вечером. 

-Хорошо. 

Габриэлла повесила трубку и мгновение просто тихо сидела, спиной к Блейн. 

- Как твоя семья? - нарушила тишину Блейн. 

- Элли и ее отец похоже спорят из-за всего, - ответила Габриэлла. Обе женщины по-прежнему не двигались. Блейн сделала глубокий вдох и решилась. 

- Почему ты приехала? - спросила Блейн, повернувшись лицом к Габриэлле. Та повернулась к ней, по-прежнему сидя на кровати. 

- Потому что мне это было столь же необходимо, как и тебе, если не больше, - сказала она, и ее глаза наполнились слезами, которые грозили пролиться в любую минуту. Блейн быстро пошла к Габриэлле и, опустившись на колени, вцепилась в ее руки с таким отчаянием, что это напугало ее. Габриэлла уставилась на свои руки. 

- Останься со мной, - нежно умоляла ее Блейн. - Пожалуйста… на коленях… Я умоляю тебя… пожалуйста, пожалуйста, останься со мной... - она замолчала, едва сдерживая рыдание. Взгляд Габриэллы сразу устремился вверх и сквозь слезы, катившиеся по лицу Блейн, она увидела боль в глазах, которые так горячо любила. 

- Останься со мной… останься со мной, - в очередной раз просила Блейн, не в силах скрыть отчаяние в своем голосе и ожидая ответа. Рука Габриэллы принялась ласкать прекрасное лицо женщины, которая стояла перед ней на коленях. Что она могла сказать ей? Как она могла объяснить ей? 

- Я не могу… - слова Габриэллы насквозь пронзили сердце Блейн. Она заметно вздрогнула и шумно выдохнула. Этот выдох Блейн для ушей Габриэллы прозвучал, как удар грома. В тот момент она уже знала, что разбила любившее и молившее ее остаться сердце, которое всего мгновение назад держала в руках. 

- Блейн… - начала говорить Габриэлла, когда та встала и отошла от нее подальше, на сколько это было возможно. - Блейн, я не могу... 

- Нет необходимости что-то говорить. Слова теперь лишние. “Нет” было вполне достаточно, - Блейн сказала это и повернулась к ней спиной. 

- Я хотела бы... 

- Черта с два! - Блейн резко развернулась к ней. - Ты получила, что хотела. Я трахала тебя, а ты смогла трахнуть меня, - Блейн начала собирать свою одежду.