Элизабет Лоуэлл - До края земли

– Мой пират?

– Он похож на пирата. – Джейсон пристально смотрел поверх ее плеча. – У тебя действительно есть черный корабль?

– Этот мальчик узнает пирата, когда увидит его, – раздался низкий голос позади Кэт. Она быстро обернулась.

– Трэвис! – восторженно воскликнула Кэт. Ей казалось, что она уже очень давно не видела его. – Ты любишь шоколадные молочные коктейли?

Он присел на корточки рядом с ней.

– Люблю. – Трэвис протянул руку Джейсону. – Меня зовут Трэвис. А ты тот мальчик, который подарил Кэт такие классные раковины?

– Да. – Джейсон пожал руку, как маленький мужчина большому. Это одобрила бы его мать. – Кэти слишком занята, ей некогда искать раковины, поэтому я делаю это для нее.

– Жаль, что никто не может спать за нее. – Трэвис искоса посмотрел на Кэт. – По-моему, ты собиралась вздремнуть.

– Эшкрофт отменил съемки, пришел Джейсон, было удачное освещение. – Она улыбнулась и пожала плечами. – Ну не подремала, зато сделала кучу хороших снимков.

Трэвис заметил нетерпение Джейсона.

– Я не ослышался – здесь говорили про ужин?

Кэт сконфуженно улыбнулась, надеясь, что Трэвис согласится поужинать в обществе одинокого мальчика.

– Я угощаю Джейсона за то, что он работает моделью, – объяснила она.

– Гм-м, – задумался Трэвис. – Значит, он ужинает с нами?

Кэт умоляюще коснулась его руки.

– Всегда найдется место для третьего.

– Место найдется только для Джейсона. Я позвоню в ресторан и изменю предварительный заказ.

– Просто отмени его, – быстро сказала Кэт, вспомнив, во что обошелся вчерашний ужин. – Любимая тошниловка Джейсона всего в нескольких кварталах отсюда.

Трэвис поморщился, но, посмотрев на мальчика, уступил.

– Надеюсь, там не так плохо, как ты говоришь.

– Не так. – Кэт улыбнулась. – Еще хуже.

Обнаженная, расслабленная, прогретая до самых костей, Кэт сидела в ванне, погрузившись в воду по подбородок и пытаясь не заснуть. Стиснув зубы, она подавила зевок, но это не обмануло Трэвиса.

– Шэрон была очень благодарна тебе, что ты на вечер сняла Джейсона с ее шеи, – заметил он.

– У нее и без него хлопот полон рот. Близняшки – огромная нагрузка, а тут еще и муж быстро продвигается по служебной лестнице в своей бухгалтерской фирме, поэтому вынужден работать по восемьдесят часов в неделю. Продвижение по службе, а за ним переезд, конечно, они всегда находятся в неопределенном положении. Шэрон просто сходит с ума. Разве им до Джейсона! Он был основательно избалованным единственным ребенком, а потом – бах! У него появляются целых два кричащих конкурента.

– Ты часто берешь Джейсона под свое крылышко?

– Да. Он замечательный ребенок, яркий, энергичный и озорной. Я бы хотела… – Голос Кэт прервался, и она так и не высказала мучительную правду. Ей хотелось бы иметь ребенка, такого, как Джейсон. – Во всяком случае, ему и мне хорошо вместе.

– Я видел, с каким неудовольствием он делил тебя.

– Джейсон примирился с этим, когда ты купил ему добавочную порцию жаркого. Не многие мальчишки могут похвастать тем, что знакомы с самым настоящим пиратом.

Трэвис рассмеялся.

– А он хитер. Когда мы ходили в туалет, он спрашивал меня, похищаю ли я младенцев.

– Он имеет в виду своих конкурентов – близнецов.

– Я догадался. Это так же очевидно, как и то, что ты засыпаешь.

– Я просто расслабилась.

– Это так называется?

Сильными пальцами Трэвис начал растирать ее плечи и спину, успокаивая боль в мышцах, напряженных от сумки с фотоаппаратами и многочасового сидения в неудобных положениях. Кэт покорно расслабилась и снова зевнула.

– Тебе пора спать, – сказал Трэвис.

– Но еще нет и девяти.

– Ну и что? Ты же зеваешь.

– Я зеваю каждый вечер.

– Попытайся поспать.

– Я сплю. С полуночи до пяти. Или до четырех. По-разному.

– И это все? – От удивления Трэвис перестал работать руками.

Кэт в ответ лишь подавила зевок.

– Если бы ты сейчас не была со мной, то чем бы занималась?

– Редактированием слайдов. Дублированием слайдов. Рассылкой слайдов в фотобанки. Писала бы письма и требовала оплаты. Подбирала бы рамки для выставки в Лос-Анджелесе. – Кэт выпрямилась. – Мне необходимо подобрать оставшуюся часть фотографий для галереи “Свифт и сыновья”. Я должна была отослать их еще вчера.

– И ты все это намерена делать сегодня вечером, после долгого дня, начавшегося на рассвете?

– Угу. Но я не обязана начинать это сию же минуту. Сделаю попозже.

Трэвис никогда не встречал никого, настолько помешанного на своей работе. И на деньгах.

Кэт еще ни разу не намекнула Трэвису, что его деньги были бы для нее желанной помощью.

Трэвис с горечью подумал, что каждую минуту ждет, что Кэт попросит у него денег. То, что она не просила, заставляло его осторожно надеяться.

“Не будь идиотом, – злобно сказал он себе. – В конце концов она попросит денег. Они всегда так делают. И если Кэт слишком застенчива, то я сам подниму этот вопрос. Нужно прекратить эту ерунду насчет того, что нам просто нравится быть вместе”

Трэвис с удовольствием помог бы Кэт деньгами. Она, несомненно, нуждалась в передышке больше, чем любая из женщин, с которыми он встречался. Но Трэвису не нравилось делать вид, будто в основу их отношений положена не обычная сделка взрослых людей, а что-то другое.

Ему очень тяжко достался урок, полученный от жены. Он чувствовал, что его использовали.

– Когда же у тебя выходные дни? – спросил наконец Трэвис.

– У меня таких дней не бывает.

– Никаких уик-эндов?

– Нет, такова цена свободного предпринимательства.

– Ты всегда работаешь с таким упорством?

Кэт покачала головой.

– Нет, тебе просто не повезло, ты встретил меня во время денежного кризиса. – Она запоздало вспомнила о том, что при Трэвисе нельзя упоминать про свои финансовые затруднения. – Но это моя проблема, – быстро добавила Кэт и потянулась за полотенцем.

– И моя тоже, если она не позволяет тебе приблизиться ко мне.

– Так проучи “Энергетикс”, – усмехнулась Кэт. – Они должны мне пятьдесят тысяч.

– Это приличная сумма, – удивился Трэвис.

– Да, если разобраться, то я довольно неплохо зарабатываю себе на пропитание.

Этот отголосок жестокости Билли напомнил Трэвису о том, что движет Кэт. Однако он все еще не был убежден, что прошлое – достаточно серьезная причина, чтобы платить за настоящее такую цену. Ведь у Кэт ни на что, кроме работы, не хватало времени.

– Чувство собственного достоинства – весьма слабое утешение, – заметил Трэвис. – Мне понадобились годы, чтобы понять это. Посмотрим, умнее ли ты, чем я.