Тигэн Джеймс - В погоне за счастьем

— Занял его место?

— Нет, ты никогда не займешь его место. У Джона свое, особое место в моей жизни.

— Но не в качестве твоего мужа! Теперь я тебя никому не отдам.

— Второй раз я не передумаю. Это будет уж совсем нечестно…

— Тогда вылезай из машины, обними меня и крепко поцелуй. Мне предстоит много часов провести за рулем, поэтому надо как-то вдохновить меня.

Ру улыбнулась и соскользнула с сидения прямо в объятья Маркуса. У нее был такой вид, словно она приготовилась к бешеной вспышке страсти с его стороны, но сегодня утром он вел себя очень сдержанно. Маркус нежно обнял Ру за талию и посмотрел ей в глаза. После некоторого колебания Ру обхватила руками шею Маркуса и притянула к себе его голову. Поцелуй их был нежным, гораздо более спокойным, чем те, которыми они обменивались раньше.

— Вот видишь? — спросил Маркус, когда их губы разомкнулись. — Я бросил свои пиратские замашки.

Некоторое время они стояли обнявшись, потом Маркус почувствовал, как Ру напряглась и попыталась отстраниться.

— Что случилось?

— Джон.

— Ох, опять этот Джон!

— Я чувствую себя виноватой.

— Но почему? Ты ведь не просила этого негодяя исчезать.

— Дело не в этом, просто он исчез после той сцены в постели…

— Черт побери, для меня это не имеет никакого значения.

— Мы ведь были с ним обручены, — пробормотала Ру.

— Ты не должна оправдываться.

— Я и не оправдываюсь! Просто подумала, что ты должен знать как все было. Это произошло в тот день, когда я упала на лестнице, то есть накануне отъезда Джона в поместье. Он остался ночевать и лег в мою постель. Он начал целовать меня…

Маркус не желал этого слушать, но он просто не знал как заставить Ру замолчать.

— Я совершенно не испытывала никакого желания, — продолжила Ру. — Наверное, потому, что у меня болела лодыжка. Я так и не смогла ответить на его ласки, и через некоторое время Джону пришлось оставить меня в покое и уйти спать в другую комнату.

— Уж не в ту ли, в которой спал я?

— Да, именно в ту.

— Господи, какой пассаж! И все же я не понимаю, зачем ты мне это рассказываешь.

— Не знаю, но я боюсь, что в его исчезновении есть и моя вина.

— Которая заключается в том, что ты прогнала старого волокиту в другую комнату?

— Я его не прогоняла. Это была идея Джона насчет другой комнаты. Наверное, он поступил так из-за моей больной лодыжки. Тогда я и не подумала, что Джон мог обидеться, он даже все превратил в шутку. А утром мы позавтракали, и потом Джон уехал. Он не позвонил, хотя обещал, и я вообще с тех пор не разговаривала с ним. Как ты считаешь, он мог подумать, что я отвергаю его? Что даю тем самым понять, что мне неприятно его присутствие?

Маркус рассмеялся.

— Нет, только не Джон, этот законченный эгоист, — уверенно заявил он. — Так что можешь не беспокоиться, будто он с видом отвергнутого любовника забился в какую-то нору и зализывает раны.

— Да, в тот момент он не выглядел расстроенным.

— А ты расстроилась? — полюбопытствовал Маркус.

— Не слишком. Как я уже говорила, тогда я подумала, что ничего не почувствовала к нему из-за своей больной лодыжки. А сейчас понимаю, что дело здесь вовсе не в лодыжке. Просто нас не озарила вспышка молнии, как это было с тобой.

— Я и надеялся, что смогу пробудить в тебе ответные чувства. — Маркус крепче прижал Ру к себе. Она улыбнулась.

— А помнишь, что ты сказал мне в том ужасном гостиничном номере?

— Я много чего говорил.

— Ты сказал, что хочешь меня в огне и в воде, и на деревенской лужайке…

— Неужели? Очень поэтично.

— Да, поэтично. Но я подумала, что ты сошел с ума.

— А я действительно сошел с ума. Я и сейчас не в себе. И все же я тогда сказал именно то, что думал.

— Но, наверное, когда ты говорил о воде, то имел в виду вот такое наводнение? И о деревенской лужайке тоже, думаю, говорил в переносном смысле.

— Конечно же. — Маркус крепко поцеловал Ру, затем разжал объятья. — А теперь, дорогая, нам лучше отправиться в путь — пока стоит хорошая погода.

— Да, надо ехать. — Ру взглянула на часы. — Через два часа, — медленно промолвила она, — должна была начаться брачная церемония. Сейчас я бы готовилась, делала прическу.

— Да, останься Джон с тобой, ты бы вышла за него замуж. — Маркус нахмурился. — Почему же он все-таки отправился в поместье? Я хочу сказать, почему перед самой свадьбой? Ты что-то говорила про какие-то дела и встречу со мной.

— Джон сказал, что возникла некая проблема, но не уточнил какая именно. А у тебя, мол, не хватает опыта, и ты не сможешь с ней справиться.

— Интересно, а как он собирался обсуждать со мной эту проблему? Если не считать той почтовой открытки, которую я тебе показывал, я не имел от него известий полгода, а то и больше. И ничего не знал о твоем существовании.

— А я отправила тебе приглашение на свадьбу.

— Куда ты его отправила?

— В Голден Лод… Ох! — Ру вскинула ладонь к губам, глаза ее расширились от удивления. — А Джон знал, что тебя нет в поместье?

— Наверняка знал, ведь я же говорил ему, что уезжаю надолго. И пока не получил его открытку, считал, что он находится в поместье. Вот в этом весь Джон! Ему захотелось провести полгода на побережье, и его не остановила такая мелочь, как мое отсутствие в поместье и вообще в стране. Он просто свалил все дела на Слейтера, которому, похоже, это надоело.

— Но Джон действительно сказал, что намерен что-то обсудить с тобой. Я так и поняла, что он собирался встретиться с тобой именно в поместье.

Маркус покачал головой.

— Это какая-то загадка, и мы не решим ее, оставаясь здесь. — Он повернулся к «лендроверу». — Забирайся в машину. Нет, обожди, сначала…

Маркус обнял Ру за талию, притянул к себе, наклонился и поцеловал ее в шею. Он почувствовал, как участилось дыхание Ру, и закрыл глаза, а она, осторожно убрав его ладони со своей талии, просунула их под свои пуловер и блузку. Ладони Маркуса нежно коснулись ее грудей, пальцы ощутили набухшие соски. В этот момент ему показалось, что у Ру перехватило дыхание, и он замер, но она покачала головой:

— Не останавливайся, мне так приятно.

Но Маркус, пересилив себя, разжал объятья.

— Быстро забирайся в машину, пока я не повалил тебя прямо в грязь! — приказал он и подтолкнул Ру к сидению.

Двигатель «лендровера» завелся без особых проблем, и Маркус медленно повел машину по старой дороге на Джимбалу. Ехать было тяжело, но, похоже, поверхность дороги под слоем грязи была твердой.

Ру сидела, сцепив руки на коленях, и молчала. Маркус заметил, что она сняла кольцо, подаренное Джоном, и это его обрадовало. Интересно, что она сделала с кольцом? Маркус никогда не видел этого кольца у матери, и слава Богу, что у Джона хватило деликатности не воспользоваться дважды одним и тем же обручальным кольцом. Когда мать выходила замуж за Джона, свое первое обручальное кольцо — фамильную драгоценность семьи Пенмаррик — она подарила сыну, поскольку тоже не захотела воспользоваться им дважды. А через несколько лет Маркус переделал это кольцо в серьгу. Может, снова переделать его в кольцо — для Ру? — подумал он.