Кэти Регнери - Красавица и ветеран

– Саванна, я люблю свою машину. Я не жадный, но, серьезно, я люблю этот автомобиль. Как у тебя со штрафами?

– И этот вопрос задает мужчина, который довел меня до слез?

– Я буду счастлив, если ты поведешь мою машину куда угодно и с любой скоростью, – поправился он.

Отклонившись назад, она подмигнула ему.

– Я так и думала. Дашь мне минутку переодеться?

– А нужно?

– Боюсь, что да.

Саванна вышла из его объятий, и он окликнул ее, когда она дошла до двери гостиной.

– Саванна?

Она обернулась, сияя оживленным взглядом кофейно-карих глаз, и сердце Ашера налилось любовью. Другая могла бы хорошенько его помучить, заставила бы извиняться снова и снова, вымаливая прощение, но только не эта девушка. Не его Саванна.

– Спасибо.

***

На следующее утро, проснувшись, Саванна томно потянулась и улыбнулась прежде, чем открыла глаза.

Всю ночь ей снились ошеломительные цветные сны, в подробностях повторяющие ее поездку с Ашером за город. Ее неудовлетворенное тело пылало, а сердце переполняли расцветающие чувства к нему. С каждой проведенной вместе минутой он все прочнее входил в ее жизнь. Она старалась не думать о Финиксе. Представлять, как она бросает его, было невыносимо – как и бросить карьеру. Оставалось молча верить, что все разрешится само собой, поскольку чем дальше, тем больше расставание с Ашером казалось ей невозможным.

Усевшись за руль его «БМВ», она повернула на северо-запад к Национальному лесу Джефферсона, где они, с солнцем, бьющим в лицо, и ветром, дующим в спину, весь день катались по Аппалачам. У него была сказка, а не машина, а его теплая, уверенная ладонь, лежащая на ее бедре, дарила ей острое ощущение его близости – Ашер словно не мог позволить машине соблазнить ее, пока он сам был в игре.

По пути они купили кофе и сэндвичи и, найдя уединенное местечко у реки, расслелили там покрывало.

Саванна сидела, а Ашер лежал, положив голову ей на колени. Очки-авиаторы закрывали его глаза, но придавали ему чертовский сексуальный вид, возбуждавший ее целый день.

– Давай в следующие выходные повторим, – произнес он, пока она ласково отводила пряди волос с его лба.

У нее упало сердце.

– Не могу.

– О. – Один-единственный звук, но сколько в нем было разочарования.

– У моей сестры будет девичник.

– В Вегасе?

– Почему всем на ум сразу приходит Вегас?

– Вероятно потому, что все произошедшее в Вегасе, там и остается, – ответил он сухо.

– Нет. Не в Вегасе.

– Слава богу.

– В Мертл-Бич. – Она вздохнула. – Мы останавливаемся в бунгало с тремя спальнями на Странде. Вдевятером.

– Вдевятером? У твоей сестры восемь подружек невесты?

– Девять подружек и две чтицы. Просто трое из них не смогли. – Саванна замолчала, обдумывая свои следующие слова. – Трент и его шаферы тоже едут.

Сначала Ашер ничего не сказал. А когда заговорил, его тон был резким.

– Многовато тел для одного бунгало.

– Мальчики сняли соседний.

– Жених, вроде, не должен присутствовать на девичнике, разве нет?

– Скарлет сказала, что иначе будет слишком сильно по нему скучать.

– Значит там будут братья Гамильтоны, – произнес Ашер. – И другие привлекательные и успешные дэнверские юнцы двадцати с небольшим лет. Надеюсь, ты отлично проведешь время, Саванна.

Он сел и повернулся к ней спиной.

– Нам, наверное, пора возвращаться, – сказал он.

– Наверное, – сказала она.

Ее не смутила его реакция. Новость о том, что следующие выходные она проведет в окружении десятка горячих здоровых мужчин, не понравилась Ашеру, и она понимала его. Но оправдываться не стала, потому что они ничего друг другу не обещали. Они встречаются? Вроде того. У них отношения? Об этом речи, кажется, не было. Она не произносила слов «мой мужчина», а он не называл ее «своей девушкой». И, честно говоря, несмотря на растущее притяжение к Ашеру, она не была уверена, что готова к отношениям. Открывать новые чувства – это одно. Поменять статус на фейсбуке? Совсем другое.

К его чести, он дулся недолго. Спустя несколько минут после того, как Ашер сел за руль и повез ее в Дэнверс, непринужденная беседа продолжилась.

Она бросила взгляд на часы на тумбочке. Еще час до церкви – такова была обязательная плата за пребывание в родительском доме – и три часа до ужина. Достаточно времени, чтобы набросать заметки для следующего текста «Ашер и Саванна Адам и Кассандра: Всеамериканская история любви».

***

Мисс Поттс энергично вышла из кухни, держа две завернутые в фольгу тарелки.

– Вот. Пирог с персиками по рецепту вашей мамы и торт – амишское дьявольское искушение.

Ашер усмехнулся.

– Амишское дьявольское искушение?

– Мне всегда нравилась греховность этого названия, – сказала она. – Амишам ведь нельзя пользоваться миксером, чтобы взбить тесто, а с венчиком оно будет адским мучением. Поэтому, чтобы получить хорошее тесто, они смешивают ингредиенты с помощью горячего кофе.

Он вспомнил, как мальчишкой сидел на заднем сиденье автомобиля матери, а она рассказывала ему о кулинарных хитростях. Его бабушка Фрэнсис Шерман и Матильда Поттс дружили всю жизнь, и мисс Поттс, как следствие, часто говорила и делала вещи, очень напоминавшие Ашеру его мать, Памелу Шерман Ли. Он наклонился и коснулся губами сухой, как бумага, кожи ее щеки.

– Знаете, она была бы так благодарна вам.

– Мы с вашей бабушкой дружили всю мою жизнь, а ваша мама была для меня как племянница, – мягко сказала мисс Поттс, вытирая глаза. Потом поправила воротничок его рубашки-поло. – Вы такой красавчик.

– А вы обманщица.

– Красота – в глазах смотрящего, Ашер. А я видела, как Саванна Кармайкл на вас смотрит.

– Это не продлится долго, – тихо промолвил он, чувствуя тяжелое отчаяние, которое все с меньшим успехом пытался не подпускать к себе.

– Давайте-ка сегодня об этом не переживать, – сказала мисс Поттс, подталкивая его к двери. – Идите и веселитесь.

– Веселитесь? Мне бы маску.

– Вот еще. Кармайклы славные люди. Разве не они воспитали Саванну?

Часом позже, сидя рядом с Саванной за обеденным столом в доме ее родителей перед тарелкой, полной ветчины, картофеля и кукурузы, он к своему удивлению обнаружил, что мисс Поттс оказалась права. Кармайклы и впрямь были славными людьми, и после некоторой – однако хорошо скрытой – реакции на его лицо во время приветствия, больше не заставляли его чувствовать себя некомфортно. Да, он замечал, как Скарлет Кармайкл уводит глаза в сторону, стоит ему заговорить, и порой видел на лице Джуди Кармайкл мягкое сочувствие, но с Саванной, которая сидела рядом и прижималась коленкой к его бедру, такая сексуальная в черном хлопковом сарафане, он был готов сказать «да» хоть сотне воскресных ужинов.