Укротить сердце - Ава Хантер

Мне нужно, чтобы ко мне прикасались.

Мне нужен он.

Через несколько секунд мы оказываемся в его комнате, и Чарли ставит меня на ноги. Мы притягиваемся друг к другу, как магниты. Сбрасываем одежду, словно охваченные пламенем. Я жадно дергаю за его ремень, и вскоре его джинсы исчезают, а я остаюсь в лифчике и трусиках. Мощная эрекция натягивает тонкую ткань его боксеров.

― Господи, ― хрипло произносит Чарли, и по его широким плечам пробегает дрожь. Он пожирает мое тело своими темными глазами. ― Руби, с таким телом ты можешь убить мужчину.

Я краснею, странно не стесняясь того, что он смотрит на меня.

― Никогда раньше не видел женщин, ковбой? ― поддразниваю я.

― Я никогда не видел тебя, Руби, ― хрипит он. ― Ты чертовски красива. ― Грубые руки сжимают мою талию. ― У меня нет ни единого шанса, когда ты рядом, не так ли? Ты меня погубишь.

Я кокетливо улыбаюсь ему.

― Ты боишься меня, ковбой?

Его красивое лицо становится серьезным.

― Смертельно.

Он прижимает меня спиной к кровати, его губы касаются моей шеи, скользят по ключицам.

Я кладу руку ему на плечо, и Чарли замирает.

― Что-то не так? Ты хочешь, чтобы я остановился? ― В его глазах нет злости, только простой вопрос. И поскольку он хороший человек, он остановится, если я этого захочу.

― Нет. Я просто… ― Я облизываю губы, вспоминая рекомендации своего врача. ― Мне нужно двигаться медленно.

В его голосе слышится беспокойство.

― Ты…

― Нет, ― поспешно выпаливаю я, не желая спугнуть его. ― У меня не так много опыта. ― Мои щеки заливает румянец. ― У меня никогда не было… ну, ты знаешь.

Его взгляд становится почти диким. Как будто это вызов, и он рад этому.

― Руби. ― Его голос грубеет, а руки крепче сжимают мою талию. ― Малышка, ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю.

Малышка. От этого ласкового слова у меня слабеют колени.

― Мы будем двигаться медленно, ― говорит Чарли, усаживая меня на край кровати. Он наклоняется и оставляет поцелуй на моих губах. ― Я дам тебе все, что ты захочешь. Ты будешь все контролировать.

― Я? ― шепчу я ему в губы. Это ошеломляющее чувство. Контроль. Этот мужчина позволяет мне взять бразды правления в свои руки и вести за собой, не обращаясь со мной как со слабой или слишком хрупкой, чтобы выдержать.

Я совсем не нервничаю, я возбуждена.

― Да, ты, ― рычит он. ― Я в твоем распоряжении.

Я закрываю глаза от его слов, даже не пытаясь притвориться, что мне не нравится, как звучит это утверждение в его устах.

Я в твоем распоряжении.

Чарли опускается передо мной на колени. Я хватаюсь за подол его футболки и стягиваю ее.

― О, ― шепчу я, приходя в себя. Я прижимаю руку к сердцу. Пульс бьется в ушах.

Его тело впечатляет. Чарли ― идеальный образец ковбоя, поджарый и мускулистый от многолетней работы на ранчо, от многолетней езды на лошадях. От темной поросли волос на его рельефной груди и загорелых предплечьях у меня перехватывает дыхание. Все в нем говорит о том, что он настоящий мужчина.

Я наклоняюсь и провожу руками по твердым, рельефным линиям его тела, по волнистым изгибам его плеч. Мышцы на его челюсти напрягаются, а выражение лица колеблется между откровенной пыткой и весельем, когда я продолжаю водить руками по его телу.

Я никогда не прикасалась к мужчинам подобным образом, но с Чарли это происходит инстинктивно. Мои руки и губы знают, куда двигаться.

Как будто мы созданы друг для друга.

― Ты прекрасен, Чарли.

Побужденный моими словами, он притягивает меня к себе, в его пронзительных голубых глазах вспыхивает похоть.

Я стону, когда его большие ладони ― грубые, шершавые ― скользят по моим ногам, сжимая бедра с такой силой, что, надеюсь, на них остаются синяки.

Мое тело реагирует самостоятельно. Я откидываюсь на мягкое коричневое одеяло кровати, и Чарли проводит пальцем по кружевному краю моих трусиков.

В этот момент я понимаю, что он делает.

Я отшатываюсь и приподнимаюсь на локтях.

― Ты не обязан.

Он внимательно наблюдает за мной.

― Я хочу. ― Он наклоняется ко мне, игриво выгибая бровь. ― Я хотел попробовать тебя на вкус с тех пор, как ты приехала, дорогая.

Мой рот открывается от удивления. Все, что я могу сделать, это кивнуть.

― Я доставлю тебе удовольствие, Руби. ― Не теряя ни секунды, он подтягивает мои бедра ближе к краю кровати, и я снова ложусь. ― Такое удовольствие, черт возьми, что я испорчу тебя для каждого мужчины, который будет после меня.

Никто. Никто, кроме тебя, никогда не сделает этого со мной.

Чарли просовывает палец через ластовицу моих трусов и стягивает их.

― Черт возьми, ― рычит он, проводя пальцем по моей влажной киске. ― Ты вся мокрая, малышка.

Я стону. Мое возбуждение вспыхивает как керосин.

― Я должен попробовать тебя на вкус, Руби. ― Его горячее дыхание обдает внутреннюю поверхность моих бедер. Мое сердце учащенно бьется. ― Раздвинь ноги, малышка.

Я дрожу, когда его руки разводят мои колени.

Когда его рот касается меня, мои бедра дергаются. Ощущение восхитительное. Я стону, когда Чарли прижимается своими теплыми губами к моему клитору. Он двигается медленно, потом быстро, жестко и нежно.

― О-о-о, ― вскрикиваю я. Инстинкт берет верх, и моя спина выгибается дугой. ― Чарли. ― Мои пальцы вцепляются в его волосы, и он издает гортанный звук одобрения. ― Чарли, пожалуйста.

Он делает паузу, чтобы сказать,

― Покричи для меня, малышка, ― а затем снова прижимается ко мне своим ртом. Длинные, интенсивные поглаживания, затем дразнящие короткие рывки, стимулирующие мой клитор.

Этого слишком много, этого недостаточно.

Нарастающее давление, трение ― все это похоже на лихорадочный сон.

― О Боже, ― вскрикиваю я, сжимая одеяло и наслаждаясь ощущением его жесткой бороды, царапающей внутреннюю поверхность моих бедер. ― Чарли, не останавливайся. Не вздумай.

Он и не останавливается. Перед глазами пляшут золотые пятна, мое тело бьется, но Чарли обхватывает меня за бедра и возвращает на кровать. Он не позволяет мне отстраниться от него. Он здесь, со мной, и эта мысль посылает меня за грань. Мои бедра дрожат, и каждая мышца в моем теле напрягается. А потом ― взрыв. Я кончаю в первый раз.