Игрушка для подонка (СИ) - Екатерина Носкова

лапы.

— Алиса, я сказал ударить, а не погладить.

Вздохнула и замахнулась еще раз.

— Отлично. Еще.

Снова удар.

— Сильнее.

Еще удар. Но теперь другой рукой.

— Бей, — кивнул Волков, приподнимая лапы, давая понять что ждет.

Снова ударила.

— Молодец. Сильнее.

И я ударила. Еще и еще.

Сама не поняла, как вошла в азарт. Била снова и снова.

— А теперь представь, что перед тобой тот или что, ты дико ненавидишь всей душой. Представь и бей. Со всей силы.

Вначале я хотела представить Волкова. Но потом.

Перед глазами появилась Надюша. Маленькая хрупкая девочка Которая вынуждена носить огромные очки. Которая, не может бегать с друзьями. Которая, прямо сейчас страдает от боли.

Сердце сжалось в тиски.

И я ударила.

Со всей силы. Вкладывая всю ненависть к этой болячке, которая убивает мою маленькую сестричку.

Я била и била. Со всей силы. Желая чтобы одних ударов было достаточно. Чтобы можно было вот так вылечить сестру. Просто взять и избить чертову болезнь.

Но так не бывает.

В какой-то момент руки опустились и меня накрыло отчаяние.

Моя маленькая сестричка не знает, что такое играть в догонялки, лазать по деревьям, ходить в кино…

Ее детство пустое.

В нем нет счастья.

И все что она вспомнит, когда вырастит это боль. Адскую боль, которая заставляла маленькую девочку выть и лезть на стену.

Ноги подкосились, и я рухнула на пол.

Слезы текли по щекам.

Поджала ноги, уткнулась лицом в колени и завыла…

Как же больно. И страшно.

Глава 16

Слезы текли по щекам, и я никак не могла успокоиться.

В какой-то момент, я почувствовала, как меня крепко обнимают сильные руки, и прижимают к твердой груди.

Стас шептал что-то не разборчиво. Поглаживал по спине.

А я не вырывалась.

Простор принимала его утешения, и мысленно уговаривала себя собраться.

Давно у меня такого не было.

Видимо накопилось. Накипело. И взорвалось.

Когда приступ истерики почти угас, я отстранилась от Волкова.

Отвернулась, вытирая слезы.

Он не возражала. Разжал руки, отпуская.

Несколько раз глубоко вздохнула, и, не оборачиваясь к Волкову сняла перчатки.

— Спасибо, — ровным голосом проговорила, поворачиваясь к Стасу и отдавая ему спортивное снаряжение.

— Не за что, — голос Волкова был тихим, спокойным.

Между нами повисла неловкая пауза. Я просто не знала, что еще сказать. Объяснять ничего не хотелось. Я как раньше считаю, что мои проблемы это только мое дело.

Мы с Волковым не в тех отношениях, чтобы я могла ему открыться.

Хотя… Наверное, мне бы этого хотелось. Довериться. Рассказать все и попросить помощи.

Но я не буду.

— Ладно, — проговорила, обрывая тишину. — Чем мне вначале заняться?

Удивительно, но мне действительно помогло то, что Волков заставил меня сделать. Стало как-то легче. Я понимаю, что проблемы никуда не делись, но этот груз уже не так сильно давит на плечи.

Хотя это не значит, что я забыла, для чего меня сюда привезли.

Волков запустил пальцы в волосы и слега взлохматил.

— Как насчет фильма?

— Эм, — растерялась, отстранилась. — Что?

Волков несколько секунд смотрел на меня слегка недоуменно, возможно растерянно.

Нервным движением, он приподнял плечи, словно ничего такого не сказал.

— Предлагаю посмотреть фильм, — едва заметное недоумение или неловкость все-таки звучала в его голосе. Хотя он и старался это скрыть.

Посмотреть фильм? Здесь? С Волковым? Отдохнуть? Провести время как обычная девушка?

Не знаю. Это очень заманчиво…

— Я…

Дома Надя болеет. Кем я буду, если позволю себе смотреть с парнем фильм, пока моя сестренка страдает от боли? А я еще и маму бросила. Она там одна… А если что-то случится? Вдруг понадобиться помощь?

Помотала головой, понимая, что не могу согласиться.

— Заметь, я пока только предлагаю.

Подняла взгляд на парня. Он скрестил руки на груди. Лицо стало словно маска, непроницаемо, Лишь слегка приподнятая бровь, говорила о том, что он ждет моего ответа. Пока ждет.

А потом прикажет. И мне все равно придется сделать так, как он скажет…

— Мне надо позвонить, — ответила, не собираясь так просто соглашаться.

Телефон я оставила в куртке, поэтому молча вышла в коридор.

Волков не стал оставаться в спортзале. Пока я доставала телефон, Стас поднялся на второй этаж. А я зашла в кухню, попутно набирая мамин номер.

— Привет, — тихо прозвучал мамин голос.

— Привет, мамуль. Как у вас дела? Как Надя?

— У нас все хорошо. Надюшка вот проснулась уже. Кушает. Все хорошо. Не переживай.

— Мам…

— Ты лучше скажи, как у тебя дела? Чем занимаешься?

Или моя мама совершенно не умеет врать, или я просто слишком хорошо ее знаю. Но я сердцем чувствовала, что она врет. Не договаривает

— Мама, как Надя себя чувствует?

— Алис.

— Мама! — прикрикнула, и обернулась. Вышла в коридор, но там никого не было. Это хорошо. Не хочется, чтобы Волков знал…

— Таблетки не помогли. Врач сказал подождать еще час и дать еще раз.

— Я сейчас приеду.

— Не надо. Отдыхай.

— Скоро буду.

Сбросила вызов и решительно направилась в коридор.

Понимаю, что мама желает мне счастья. Хочет, чтобы я отдыхала, как и положено студентке, но я не могу.

Не так…

Не тогда, когда Наде плохо.

Быстро надела сапоги, куртку, намотала шарф…

Волков появился, когда я уже была готова выскочить из квартиры.

Он окинул меня взглядом, недовольно поджал губы, и нахмурился.

Почему-то мне показалось, что в его глазах на миг появилось разочарование.

— Мне надо идти, — голос звучал, как-то неуверенно и совсем тихо.

Не знаю, что на меня нашло. Но почему-то появилось такое чувство… Словно я сбегаю.

— Я так и понял, — голос Стаса звучал ровно, но я чувствовала, что между нами что-то произошло. Словно стена какая-то появилась.

— Стас. Я бы с удовольствием посмотрела с тобой фильм. Но мне, правда, надо уйти. Честно. Мне очень жаль, что…

— Достаточно, — жестко сказал Волков.

От моего бессвязного лепета, он как-то весь напрягся. Скулы заострились. И сам парень стал выглядеть на несколько лет старше.

Стас подошел ко мне. Его пальцы крепко сжали мой подбородок, заставляя поднять голову.

Посмотрела в глаза парня, и чуть не отшатнулась.

В них бушевала ярость. Дикая. Не обузданная.

Волков опустил взгляд на мои губы. А у меня сердце забилось быстрее. Жар опалил щеки. Дыхание сбилось.

Лишь от одного его взгляда у меня внутри разразился настоящий ураган.

Но я покорно стояла, даже не пытаясь вырваться.

Не отрывая взгляда, он провел большим пальцем по моим губам. Грубо. Жестко.

Судорожно вздохнула.

Волков вздрогнул. Нахмурился и резко отвернулся, заставляя меня глотать воздух, словно рыба, выброшенная на берег.

— Я тебя отвезу, — каждое сказанное слово приправлено ненавистью. Я поежилась от его грубого голоса.

— Не надо. Я сама.