Ты все поймёшь, когда его не станет (СИ) - Татьяна Семакова

могиле моего мужа. Кажется, ее сосед говорил что-то о его болезни, а Максим отметил, что выглядел он так себе. Точно он. При этом, уборщица сказала, что от Саши пахло алкоголем. И это должно быть отражено в отчете о вскрытии… надеюсь, Кравченко его все же принесёт. Но пока все выглядело как дружеская встреча двух товарищей, если бы не тот факт, что сразу после его убили. Ещё эта дырка в стене, спрятанная президентом. И слёзы Лизы… а что, если пуля, пролетевшая через стекло, не достигла цели и этот парень завершил начатое? Но Саша стоял у окна, спиной, и стреляли тоже сзади. Можно спутать выстрел из пистолета с близкого расстояния с выстрелом из винтовки с дальнего? Марк точно знает ответ. И как бы это могло произойти? Допустим, первый выстрел разбил окно, Саша упал на пол, прячась, Лавров подбежал к нему и… добил? Но брызги крови должны были разлететься… не так. Криминалисты бы точно это определили.

При мысли о том, что на этом полу лежали мозги моего мужа, к горлу подступила тошнота, которую невозможно было сдерживать. Я согнулась под столом, обнявшись с ведром и в этот момент в дверь постучали.

— Минуту! — крикнула между приступами рвоты, которые наверняка было слышно и за дверью.

— А, Евгений Павлович! — услышала громкий голос Максима. — А я Вас везде ищу! — он почти кричал, но его голос удалялся. — Что с договором для новой транспортной компании? Все упирается только в него. И я бы хотел ознакомиться с предварительной версией, убедиться, что учёл все условия, проверить себя, ну, знаете, как это бывает, дел много, то одно отвлечёт, то другое… — голос вновь начал приближаться, я быстро вытерла рот и подступившие слёзы, села за стол и попыталась придать себе пристойный вид, прежде чем в дверь вновь постучали:

— Входите! — крикнула, не вставая, и отодвинула ведро подальше.

— Серафима Викторовна, — в кабинете прошёл Кравченко с папкой в руке, сделал несколько шагов по инерции и остановился, уставившись на меня. — Вы плакали?

— Не сдержалась, — призналась покаянно, — все эти разговоры…

— Да-да, конечно, понимаю… — пробормотал, вновь начав движение к моему столу. — Тогда я правильно сделал, что исключил фотографии с места преступления…

Я закрыла рот рукой, но сдерживаться было невозможно и я вновь припала к ведру.

— У меня богатое воображение, — буркнула, разогнувшись, а он не успел стереть со своего лица брезгливое выражение, быстро положил папку и удалился, забыв закрыть дверь.

Я увидела встревоженное лицо Максима и подозвала его жестом.

— Поздравляю? — уточнил, садясь напротив, а до меня вдруг дошло: я беременна. Понятно, что это не новость, но все это время я думала об этом как-то отрешенно. Я беременна и рассчитывать и полагаться мне было не на кого. Видимо, весь страх отразился на моем взгляде, Максим стушевался и спросил осторожно: — Ты не знала?

— Знала, все в порядке, — ответила торопливо, — просто… никак не привыкну. Я твоя должница.

— Пол офиса слышали, — поморщился в ответ, — но почему-то сложилось впечатление, что Кравченко последний, кто должен узнать.

— Вроде того, — хмыкнула, покачав головой. — За Кораблева у руля следует сказать спасибо ему.

— Уже к вечеру каждый в офисе будет рассуждать почему начальницу тошнит.

— Ну, распусти слух, что я надралась накануне, — пожала плечами, а он хмыкнул:

— Уже. Сработает, если не будешь опустошать содержимое желудка и дальше. Может, отпуск?

— Ага, декретный, — скривилась в ответ. — Чертовы таблетки перестали помогать. У тебя мама медсестра, да? И у неё есть ты…

— Понял, разузнаю, — кивнул серьезно. — Можно совет?

— Валяй, — пожала плечами.

— Не одевай зелёное, сливается с лицом, — скривился в ответ, а потом добавил: — В гроб краше кладут.

Я рассмеялась и прогнала его, запустив вслед ручкой.

— Стервец, — покачала головой, но порадовалась, что смогла отвлечься. Похоже, с отчётом лучше ознакомиться в другом месте. Пожалуй, если я отправлюсь сегодня домой пораньше, никто не удивится. — Коллеги, ко мне вопросы имеются? — спросила громко, выходя из кабинета с папкой. Кое-кто ухмыльнулся, но все как один отрицательно помотали головами: — Тогда до завтра, — вздохнула понуро и поплелась к выходу.

— Нас позовите в следующий раз, — состроил кто-то вслед.

«Свечку подержать?» — скривилась мысленно и ускорила шаг.

Надо было заехать за едой, Марк прав, я здорово скинула за последнюю неделю, но тошнота убивала, в руках была папка с отчётом о вскрытии мужа, в общем, все говорило о том, что делать этого не следует, но чувство долга перед маленьким человеком внутри меня пересилило и я заехала в супермаркет. Долго слонялась меж стеллажей и сама не поняла, как оказалась в детском отделе. Крошечные носочки тут же оказались в корзине, я воровато огляделась и поспешила к кассе, по пути набросав всякой всячины, на которую только падал глаз и уже у ленты поняла, что спалилась окончательно: маринованные огурцы в перемешку с шоколадом, какие-то термоядерные чипсы, кусок мяса и носочки. Н-да, знакомых лучше не встречать.

— Мои поздравления, — пропела кассир между делом, не поднимая головы, а я быстро сложила все в пакет, глупо улыбаясь.

Дома намазала огурец «Нутеллой» и с удовольствием съела. Тошнота, на удивление, отступила, подозреваю, организм просто пытался осознать, а что собственно сейчас такое произошло и как это переварить, а пока он был занят, я открыла папку и углубилась в чтение.

Кожные покровы, степень окоченения, слизистые оболочки… гадость. Так омерзительно о нем я еще не думала. Умер понятно от чего, пропускаем… в остальном здоров, как бык. Что ж, хоть на этом спасибо: гены — не вода. Алкоголь в крови отсутствует.

— Что? — спросила вслух, похлопав глазами.

А вот это странно. Зачем уборщице придумывать такое? Нет, тут какая-то ошибка. Либо исследование не проводили, заполнив бланк для галочки, мол, какая разница, раз парню прострелили голову, зачем напрягаться, либо кто-то сознательно исказил действительность. Зачем? Скрыть присутствие ещё одного человека незадолго до гибели, другой причины не вижу. Но, раз так, стоит ли верить всему остальному?

Я открыла первую страницу и посмотрела, кто делал отчет. Монахов Артур Сергеевич, тот самый, которого упомянул Беседин, когда я просила помощи в поисках Влада. Кстати, вопрос все ещё актуален. Недолго думая, я набрала следователя.

— А, Серафима Викторовна, — отозвался с ленцой. — Уже соскучилась? Или вспомнила, как спала?

— Крепко, — ответила серьезно. — Я не знала о происшествии.

— Это не мое дело, но… не самая удачная партия.

— Да нет никакой партии, — отозвалась, поморщившись. — Мы обсуждали дела на заводе. Если б ты, Андрей Петрович, штаны не просиживал, был бы в курсе, что я пытаюсь