Маргарет Роум - Девушка у Орлиного перевала

— Здесь не место для бурных объяснений. Я предлагаю поехать на Орлиный перевал, где мы сможем продолжить разговор без свидетелей.

— Что еще за Орлиный перевал, и кто вы такой? — бесцеремонно осведомилась Стелла. Лиан вежливо ответил:

— Я Лиан Ардулиан, а у Орлиного перевала находится мой дом. Джорджина с дядей гостили у меня всю неделю, и я буду рад, если вы присоединитесь к ним и захотите остаться в Керри.

Когда Лиан представился, в глазах Стеллы что-то мелькнуло, и Джорджине показалось, мать не впервые слышит это имя, но занавес опустился прежде, чем что-либо можно было прочесть по ее глазам, и загадка матери осталась неразгаданной.

В ответ на приглашение Лиана проницательные глаза Стеллы блеснули подозрением. Она повернулась к Лиану и с таящей опасность мягкостью в голосе сказала:

— Мы поедем в ваш дом, но не думаю, что нужны какие-либо объяснения. Я достаточно хорошо знаю своего деверя, чтобы не сомневаться: здесь затеяна какая-то грязная интрига. Похоже, я прибыла вовремя, во всяком случае, надеюсь на это. Я сумею вырвать мою дочь из когтей дяди, — при этих словах холодные голубые глаза Стеллы с вызовом встретили взгляд Лиана, — и его таких же коварных друзей!

Ноздри Лиана трепетали, гордость кельта возмутилась в нем, но он быстро взял себя в руки и спокойно ответил, обезоружив тем самым противника:

— Для меня будет большой честью принять мать Джорджины в качестве гостьи в своем доме. Пожалуйста, следуйте за мной, машина ждет.

Глава 12

Джорджина хоть и старалась не смотреть на Уолли, пока они ехали в Орлиное Гнездо, но чувствовала на себе его полный упрека взгляд всю дорогу. Объясниться было нельзя, — между ними на заднем сиденье устроилась Дейдра. Зато Стелла, расположившись впереди рядом с Лианом, пользовалась сполна возможностью выразить свое мнение на происходящее с резковатой прямотой и откровенностью. Джорджина не могла слышать слов, и в ней росла тревога по мере того, как лицо Лиана все мрачнело, а интонации Стеллы становились все более агрессивными; бой гигантов начался. Она внутренне сжалась, страшась и гадая, чья возьмет, чей характер выйдет победителем.

Наконец они подъехали к дому. Стелла вышла из машины и, оглядевшись вокруг, театрально всплеснула руками.

— Удивляюсь, как может человек прожить всю жизнь в таком мавзолее! воскликнула она, пренебрегая правилами хорошего тона. — Спорю на тысячу долларов, здесь нет центрального отопления…

Лиан не ответил, он был задумчив; но пока он вел их в дом, Джорджина успела в отчаянье шепнуть Стелле:

— Пожалуйста, мама, успокойся и не шуми, все не так, как тебе кажется…

Но Стелла сделала вид, что не слышит; с подчеркнуто прямой спиной и гордо поднятой головой, всем своим видом демонстрируя враждебность, она прошествовала в дом. Дейдра, которая все время сохраняла вежливое молчание, предложила сварить кофе и оставила их в маленькой гостиной, где уютно горел в камине огонь. Джорджина взглядом проводила ее грациозную фигуру до дверей и увидела как та, прежде чем выйти из комнаты, остановилась и с довольной улыбкой оглядела собравшуюся компанию.

— А теперь я требую, — Стелла вставила сигарету в длинный мундштук и послала Уолли многозначительный взгляд, — рассказать всю историю и предупреждаю вас обоих, что это должно прозвучать достаточно убедительно!

Уолли услужливо поспешил к Стелле с зажигалкой в руке. Джорджина взглянула на Лиана. Он тоже наблюдал за Уолли, при этом губы его изогнулись в усмешке, чем он сильно смутил Джорджину. Подняв удивленно брови, он перевел взгляд на нее, требуя ответа на немой вопрос, и Джорджина была очень рада, что ей не пришлось в самом деле на него отвечать.

— Ну? — резко сказала Стелла хрипловатым голосом и откинулась на подушки дивана. — Я жду.

Лиан стоял, опершись локтями о мраморную полку камина; мгновение он хмуро глядел на нее, собираясь с мыслями.

— Полагаю, первый вопрос, на который вы хотите получить ответ, это почему я целовал вашу дочь на виду… — он помолчал, затем, едва заметно улыбнувшись, повторил слова Стеллы:

— перед доброй половиной населения Керри? — Когда сердитый взгляд Стеллы подтвердил это, он продолжил:

— Ваша дочь оказала мне неоценимую услугу, выручая из весьма щекотливого положения. Она избавила меня от необходимости разъяснять моим арендаторам, что помолвка, в которую им позволили поверить, на самом деле недействительна. Сообщение о ней было сделано с самыми добрыми намерениями вашим деверем Майклом, но я и Джорджина знали, что помолвка объявляется только ради одного-единственного вечера, а потом, когда слухи улягутся и о ней забудут, по взаимному согласию договор будет аннулирован.

Стелла попыталась прервать его, но он поднял руку, прося тишины. Любопытство заставило ее замолчать, и он смог продолжить:

— Возможно, это покажется глупым, но мы так поступили из лучших побуждений. Мои арендаторы устроили праздник в честь события, и у нас с Джорджиной не хватило духу разочаровать их и лишить одного из редких удовольствий в их жизни. Не так ли. Джина?

Тепло его голоса и обращенное к ней «Джина» тронули ее и привели в замешательство одновременно; отчаянно покраснев, она, запинаясь, согласилась:

— Да… да, это так.

Уолли было открыл рот, но Стелла взглядом призвала его к молчанию и потребовала объяснений у дочери:

— А как же Уолли, Боже правый, не кажется ли тебе, что соглашаясь на идиотское представление, ты поступила непорядочно по отношению к нему?

Джорджина почувствовала напряжение Лиана, когда он, с возрастающим вниманием, со всеми остальными ждал ее ответа.

— Я… не подумала об этом, — выдавала она, и лицо ее вспыхнуло от стыда. Но в душе вдруг поднялся протест против назидательного тона матери и разобиженного, жалкого вида Уолли. — Мы с Уолли официально не обручены, и считаю, что вольна поступать, как хочу.

Краешком глаз она видела, как просветлело лицо Лиана, но размышлять над этим не было времени. Стелла тут же повернулась к ней и с гневом, словно обращаясь к противнику, набросилась на дочь:

— Ну что ж, в таком случае, вам пора обручиться официально, девочка моя! Тогда, возможно, ты не станешь бросать работу, когда она идет полным ходом, чтобы отправиться в увеселительную поездку. Ради нее ты оставила неподписанными важные документы и незавершенным дорогой проект. Если бы Уолли не разыскал меня и не заставил принять дела, английская сделка сорвалась бы, ты это понимаешь? — резко спросила она.

Джорджина потеряла дар речи. Она никогда не видела свою мать в таком состоянии. Это выдавало, как она напугана поступком вышедшей из-под контроля дочери. Джорджина подумала, что нелепо упрекать ее б срыве английского проекта: они обе прекрасно знают, что в спешке нет никакой необходимости.