Патриция Линн - На пороге счастья

– Извини, – тихо сказала она в ответ. Он молча продолжал красить раму.

Кэтлин сделала пару робких шажков в комнату.

– Ты давно здесь?

– Пару часов. Кажется, все, что нужно было покрасить, я покрасил.

– Выглядит замечательно.

– Дуб всегда хорошо выглядит.

Коди даже не взглянул на нее. Неужели ему так просто вычеркнуть ее из своей жизни? После всего, что они пережили вместе? И он может вот так запросто отмахнуться от нее или, что еще хуже, свести их отношения к обычной вежливости, словно они просто знакомы и больше ничего? Неужели Господь наказал ее тем, что она будет вынуждена прожить всю оставшуюся жизнь в Монтане вблизи человека, который значил для нее так много и который никогда не признает ее своей, потому что она оказалась, на его взгляд, недостаточно сильной...

– Коди...

Он поднял на нее глаза, и ее голос дрогнул, потому что правда так и обрушилась на нее своим огромным весом. Она любит его!

– Кэтлин, ты хорошо себя чувствуешь?

Она чуть не расхохоталась. И чуть не заплакала.

– Коди, я...

Кэтлин замолчала, чувствуя, как невидимый барьер вырастает прямо перед ней и не дает вымолвить ни слова. Что ты собираешься сделать? Ты так уверена, что первая догадалась сказать ему три классических слова? Да этому парню уже тридцать восемь лет, и он до сих пор не женился только потому, что именно таков его выбор.

– Кэтлин...

– Коди, где ты?

Кэтлин словно очнулась от транса от звука незнакомого голоса, эхом отдавшегося по пустым комнатам.

– Это Рэнди Майерс, он займется полами. Давай я покажу ему, где начинать и где взять материалы, а потом мы продолжим нашу беседу.

– Нет. Это все не так уж и важно. Забудь.

Кэтлин перестала красить и прислушалась. Коди беседовал с электриком, который должен проверить всю проводку в здании и сделать новую на стоянке для автомобилей. На минуту ей почудилось, что голос Коди звучит более хрипло, чем обычно. Уж не заболел ли он?

Она вздохнула и вновь принялась красить комнату, предназначенную для офиса. Если Коди и простудился, то не счел нужным сообщить об этом. Уже целых три дня она терпела его вежливо-прохладные ответы и настороженное отношение к себе. Терпеть-то терпела, но так и не сумела придумать, как заглушить поселившуюся в сердце боль.

Кэтлин прислонилась лбом к прохладному стеклу и пожалела, что ей некому облегчить сердце, не с кем побеседовать насчет всех этих путаных мыслей и чувств, переполнявших ее в последнее время. Пока Коди постепенно выстраивал стену между ними, ее бывший муженек старался выдать себя за Отца года. С момента прибытия он был так внимателен к девочкам, что даже Холли оттаяла. А Хизер просто расцвела от его внимания.

Кэтлин нисколько не обманула предупредительность Гэри. Он всегда был хамелеоном. Однако она терялась в догадках, не зная его намерений.

Правда, большую часть времени ей удавалось держаться от него подальше. Вдобавок к тому, что Гэри много времени проводил с близнецами на ранчо, он еще свозил их в Боузмен – в кинотеатр и пройтись по магазинам. Назавтра он планировал с ними экскурсию в Еллоустоун на целый день. Кэтлин пригласили присоединиться к ним, но она решительно отказалась.

Ее свобода стоила ей большого труда и потому была особо сладкой. Она не раз и не два подумает, прежде чем когда-либо решится вновь потерять ее. Разве что Коди попросит ее об этом, прошептал робкий внутренний голос.

– Кэтлин?

Она вздрогнула. Объект ее размышлений стоял прямо в дверях. Кэтлин вспыхнула, словно он мог прочитать ее мысли.

– Я закончил на сегодня. Электрик все еще здесь. Ты еще останешься на время?

– Конечно. Я хотела сегодня докрасить эту комнату.

– Завтра меня не будет. У меня с Джоном есть кое-какие дела на ранчо.

– О’кей.

Она помолчала, затем осмелилась спросить:

– Коди, с тобой все в порядке? Ты кашлял сегодня. Кажется, простудился.

– Да нет. Я чувствую себя нормально, – спокойно ответил он. – Я постараюсь выбраться сюда в среду, – уходя, крикнул Вашингтон через плечо.

Она слушала, как удаляются его шаги, и боролась с подступившими слезами. Господи, какая же идиотка! Любовь не для таких, как она! Ее еще раз подвели собственные фантазии. И снова она оказалась не на высоте.

Коди не мог уснуть – уже в который раз. Он вскочил с кровати и натянул джинсы и рабочую рубашку. До восхода солнца оставалась еще пара часов, но вряд ли имеет смысл ворочаться все это время в кровати.

«Так тебе и надо, ты это заслужил», – решил Коди, отправляясь па кухню. Там он поставил на огонь кофейник.

Он оскорбил Кэтлин, причем очень сильно. Коди видел это всякий раз, когда смотрел ей в глаза. Но не мог пересилить себя и извиниться. Сама мысль, что она спала под одной крышей со своим бывшим, была ему столь отвратительна, что просто выворачивало желудок. Что давало этому отвратительному пошляку такую власть над ней?

Коди прислонился к раковине и потер лоб. Его безумно изводила головная боль. Она словно сопутствовала всем остальным болячкам – физическим и душевным, – которые в последние дни измотали его тело.

Коди подошел к окну, выходившему на заднюю часть отцовского дома. Постепенно темнота отступила, напомнив о рассвете, который он наблюдал вместе с Кэтлин. Чего бы только он не отдал, лишь бы Кэтлин снова оказалась в его объятиях!

Коди выругался и отвернулся от окна. Он только что осознал свой самый главный страх. А что, если Кэтлин не совсем порвала с Гэри? Что, если она все еще что-то чувствует к этому подлецу?

Именно поэтому Коди решил слегка отдалиться от Кэтлин. У него не было сомнений, что он любил ее. Но Коди знал, что не мог конкурировать с тем, что давало Гэри власть над Кэтлин. Кэтлин должна полностью освободиться от прошлого, прежде чем будет в состоянии заглядывать в будущее. Но по какой-то причине, о которой Коди даже не догадывался, что-то, словно камень на дно, тянуло Кэтлин в прошлое и к Гэри.

Он налил себе кофе и сделал первый глоток, от души надеясь, что это его взбодрит. Коди чувствовал себя похлестче, чем в аду. В груди появилась какая-то тяжесть, мешавшая дышать. Кажется, простуда, с которой он боролся вот уже несколько дней, побеждала его могучий организм. Если бы можно было отдохнуть... Ладно, все это ерунда. Он обещал Джону помочь и сделает это.

Может быть, когда сегодня его голова коснется подушки, сон придет сам собой?

– Тебе ловко удается избегать меня, Кэтлин.

Ледяные мурашки побежали по спине Кэтлин, когда Гэри вышел из кабинета Джона и преградил ей путь. Она молча смотрела на него; их разделяла лишь корзина с чистым бельем в ее руках. Полагая, что осталась в доме одна, Кэтлин собиралась отнести белье наверх, в свою комнату.