Натали Крински - Девушки начинают и выигрывают

— Горшки там. — Я указываю на кабинки, внушительными рядами выстроившиеся ярдах в пятидесяти впереди от нас.

Ничто так не заставляет работать почки, как три литра пива на пустой желудок.

Это напоминает мне о том, что я проголодалась.

— Туда я не пойду, — непреклонно заявляет Лиза. — По-моему, это самое отвратительное изобретение за всю историю человечества.

— Хуже, чем клипсы для сосков? — поддеваю я Лизу.

— Что?

— Ничего.

Она как-то странно смотрит на меня.

— Ну, и молчи тогда. Снова писать за грузовиком я не стану. И в первый-то раз было унизительно.

— А как насчет того «ягуара»? — спрашивает она, указывая на до смешного дорогой автомобиль кого-то из студентов. На табличке с номерами значится «Йель 92». Другими словами: «Привет! Я заработал кучу денег во время Интернет-бума. Кроме того, у меня пересажены волосы — по 3000 долларов за штуку. Как тебя зовут?»

— А почему бы и нет, — отвечаю я.

— Хлоя, — говорит она, серьезно глядя на меня, — неужели я тебя ничему не научила?

— А что?

— Если ты хочешь помочиться, делай это стильно, моя дорогая.

— Заткнись.

В этот момент к нам подбегает Кара, сопровождаемая Первокурсником Питером.

— Это недоумок так и таскается за мной, — шепчет она нам.

Лиза выставляет ногу, и бедный Питер падает, а Кара улепетывает.

Мы что, в средней школе? Я помогаю ребенку подняться, прекрасно зная, что он чувствует.

— Не ушибся? — спрашиваю я.

— Мне нехорошо, — отвечает он.

О, черт! Судя по виду несчастного, ему предстоит серьезное свидание с фаянсовой богиней.

— Меня, кажется, сейчас вырвет, — продолжает он и делается белым как простыня.

— Только не на мои ботинки, — безо всякого сочувствия говорит Лиза.

— Идем. — Я веду его в относительно безлюдный уголок и достаю из сумки бутылку с водой.

На третий год я уже знаю, что хорошая порция H2O служит гораздо лучшим катализатором, чем даже алкоголь.

Лиза тянет меня за рукав, отвлекая от Питера:

— Я хочу сделать пивную стойку.

— Что?

— Я хочу сделать пивную стойку, — громко повторяет она.

— Зачем?

— Потому что это кажется забавным.

— Согласна, — говорю я. — Пить, стоя на голове, кажется забавным.

— Идем же! — провозглашает она и бежит.

Я следую за ней. Мне кажется, что я не в форме, чтобы бегать.

Я оборачиваюсь и смотрю на Питера. Похоже, он снова ощущает вкус своего завтрака (и обеда).

— Бэ-э!

Мы продолжаем пробираться сквозь толпу, не желая отказываться от затеи.

— Ой! — вскрикиваю я. — Там Люси Телман (наследница состояния тети Джемаймы и первостатейная сука).

— Какая гадость! — замечает Лиза. — Посмотри, она укладывает свои сиськи на Маркуса Мозина. Надо его спасать. Он, без сомнения, самый галантный из известных мне джентльменов.

— Он такой красивый, — с тоской произношу я.

— Она же совсем не красива.

— Правда? Ты так думаешь? А я считала ее симпатичной.

— У нее лицо потаскухи, — ставит диагноз Лиза.

— Лицо потаскухи? — переспрашиваю я.

— Сообразила? У нее хорошее тело, а вот лицо… где ты была, ведущая секс-колонки?

— Не знаю, но я приберегу это для будущих статей.

— То-то же.

Мы переглядываемся и прыскаем со смеху.

Наконец мы натыкаемся на Горячего Роба и Активиста Адама, которые щедро, через край разливают пиво у тейлгейта «Тимоти Дуайта».

— Здравствуйте, друзья, — сердечно приветствует их Лиза. — Мы хотели бы принять участие в пивной стойке, если вы не против.

Адам обнимает девушку, которая, судя по ее виду, не мылась с апреля. Узрев Лизу, он быстро отталкивает ее и воодушевленно кивает.

— Конечно, — говорит Роб, — кто первый? Я смотрю на Лизу.

— Хорошо, — говорит она. — Я проявлю смелость. Буду первопроходцем.

— Хорошо, Мэйфлауэр[18], — с обожанием произносит Адам, — забирайся туда.

Она пьет пиво, стоя вверх ногами добрых двенадцать секунд, потом мотает головой, показывая, что хочет спуститься вниз. Как только ее ноги касаются земли, она делает несколько неуверенных шагов и громко, что совсем на нее не похоже, рыгает.

— Я позвоню Старри! — кричит она мне.

— Кому?

— Стюарту и Гарри. Старри.

— Хорошо! Возвращайся сюда!

— Вернусь. Желаю удачи! — кричит она и спешит прочь.

— Так, Хло, — подмигивает мне Роб, — твоя очередь.

— У меня очень плохо получается, — протестую я. — Я и в обычном положении нормально пить не умею. Не то что вверх ногами.

— Слишком поздно! — лукаво говорит он, а Активист Адам тем временем заламывает мне руки за спину.

Я пытаюсь вырваться, но безуспешно. Горячий Роб берет меня за ноги.

— Давай наверх, милая! — вопит он. — Назад ходу нет!

— Ладно, ладно! — смеясь, кричу я. — Успокойтесь, я сделаю это!

Парочка поднимает меня над землей, и я позволяю им заправить меня пивом, как «Шеви-76» газом.

Я обозреваю тейлгейт-парти под потрясающе новым углом. Интересно.

Люси Телман выглядит даже еще хуже, чем в обычном положении.

Щурясь на солнце, я рассматриваю толпу и футах в ста замечаю Веронику. Она хохочет и к кому-то прижимается, вероятно, в надежде на более удачное знакомство.

Эта девушка не сдается. Она не перестает меня удивлять.

Парень поворачивается в мою сторону, и я вижу, кто с Вероникой. Это Джош.

Джош.

Нет.

Я начинаю размахивать руками. Пиво льется из носа.

— Тихо, тихо, — сочувствует мне Горячий Роб, — сейчас мы тебя перевернем.

Они с Активистом Адамом ставят меня на ноги.

— С тобой все в порядке? — озабоченно спрашивает Роб.

Как только я открою рот для ответа, я заплачу.

Джош не просто парень. Он — бывший. БЫВШИЙ. Самый лучший в моей жизни.

Он окончил колледж и уехал. Веронике это известно.

Нет, он не уехал — он сбежал со всех ног. Я киваю в сторону Активиста Адама и ухожу. Я ненавижу Веронику. Я ненавижу ее, ненавижу, ненавижу. Из всех парней она выбрала Джоша. Моего Джоша.

— Хлоя! Хлоя! — кричат мне вслед Роб и Адам, но я продолжаю быстро идти вперед, надеясь от них отделаться. Я направляюсь к Веронике и Джошу с намерением убить их обоих. Проклятие, здесь слишком много свидетелей! Если я хочу осуществить свой замысел, придется затащить их в более уединенное место.

Я сдерживаю слезы, которые Джош автоматически во мне вызывает, и стараюсь сохранять спокойствие.

Получается у меня неважно. Я делаю вдох, выдох и глоток пива и понимаю, насколько пьяна. Столкновение ничего хорошего не сулит.