Страсть. Часть первая - Дебора Бладон

его в мусорную корзину, я усадил ее на стул, встал на колени и проделал свой путь к чистому удовольствию. Я лизал эту сладкую киску, пока она извивалась под моим языком. Она кончила дважды, прежде чем оттолкнула меня и сказала, что ей нужно идти.

Я не отвез ее домой, хоть и хотел последовать за ней. Я вызвал машину из службы, которой иногда пользуюсь, и она уехала в том же платье, в котором приехала, хотя сегодня утром я нашел ее трусики рядом с пианино.

— Это не твое гребаное дело.

Крю широко улыбается.

— Я расцениваю это как «да». Не буду совать нос в чужие дела, но, черт возьми, Ник, должен сказать, я завидую.

Я не удивлен. София была невероятна. Я уже жажду попробовать ее еще раз.

— Зачем эта встреча? — я смотрю на прилавок и длинную очередь людей, собравшихся возле него. — Ты мог бы выбрать место, которое не так популярно. Я не собираюсь стоять в этой очереди за кофе.

— Тебе и не нужно, — Крю оглядывается через плечо на высокую брюнетку, одетую в один из фирменных желтых фартуков небольшой сети кафе на Манхэттене. Она моет пластиковые подносы, хотя ее взгляд прикован к затылку Крю. — Челси, моему другу нужен кофе. Можешь принести ему что-нибудь из тех модных, что ты принесла мне?

Она направляется к нам, руками деловито поправляя конский хвост.

— Конечно, Крю. Ты хочешь чего-нибудь еще?

— Тебя у меня в офисе в понедельник в четыре, — говорит он, лукаво подмигивая. — Ты можешь сделать так, чтобы это произошло?

Она почти вибрирует от возбуждения.

— Ты серьезно? Могу. Я буду там.

— Я оставлю тебе адрес перед уходом.

Она перехватывает мой взгляд, прежде чем снова посмотреть на Крю.

— Я знаю, где это. Сейчас займусь напитком для твоего друга.

— Ты лучшая, — Крю бросает на меня взгляд, прежде чем снова повернуться к ней. — Мы оба ценим это.

Я жду, пока она отойдет за пределы слышимости, прежде чем высказаться.

— Сколько ей лет, Крю?

— Она первокурсница Нью-Йоркского университета, — смеется он. — Ты же не думал, что я пригласил ее в свой офис, чтобы трахнуть, не так ли?

Какой бы неприятной ни была эта мысль, она действительно приходила мне в голову. Я бы принял ее за старшеклассницу.

— Зачем ты пригласил ее в свой офис?

— Я столкнулся с ее агентом несколько дней назад. У него было несколько пробных снимков девушки, которые он хотел мне показать, — Крю смотрит туда, где Челси стоит за прилавком, полностью сосредоточившись на текущей задаче. — У нее убийственные глаза: дымчато-голубые с белым. Она идеально подходит для летней кампании, которую мы собираемся снимать для Matiz. Это новая подводка для глаз и тени.

— Ты собираешься дать ей работу за то, что она принесла мне кофе?

— Нет, черт возьми, — он откидывается назад и скрещивает руки на груди. — Ее родители владеют этим заведением. Они уже несколько месяцев предлагают мне бесплатный кофе.

* * *

Час спустя я снова остаюсь один, по-новому оценив деловую хватку Крю. Этот человек приложил руку к управлению, по меньшей мере, шестью различными предприятиями и хочет расширить свое портфолио. В его новом предприятии участвует его друг, который занимается дизайном обуви и сумок. Он видит в этом гарантированный инвестиционный потенциал и хочет, чтобы я или точнее мои деньги были на борту. Я заколебался, когда Крю спросил меня об этом, потому что меня осенила мысль, что если и собираюсь что-то инвестировать в мир моды, то хочу, чтобы мои деньги поддерживали Софию.

НИКОЛАС: Чем любит заниматься мой любимый модельер по субботам?

Печатаю и отправляю сообщение Софии, когда нахожусь на углу Бродвея и Коламбус. Я направляюсь в Верхний Вест-Сайд, чтобы заехать к своим родителям и сделать им сюрприз. Я больше не звоню заранее, потому что это всегда приводит к приглашению на ужин, которое превращается в неизбежный разговор обо всех ошибках, которые я совершил, когда был ребенком.

Мой нынешний успех может произвести впечатление на многих людей, но я не отношу к ним своих родителей. Мой отец ожидал, что я пойду по его стопам и получу значок. Я никогда не хотел быть сотрудником полиции Нью-Йорка. Этого нет у меня в крови, в отличие от него и Себастьяна.

Мне нужно было писать, и в трудные годы моя мама при любой возможности ссужала меня деньгами, но ответственность сводить концы с концами была на мне. Я справился. После колледжа переехал в дерьмовую квартирку, где уже жили шестеро других парней. Я неделю спал на полу в спальном мешке, прежде чем опустошил свой банковский счет, чтобы купить раскладушку. Я заставил свои планы сработать, потому что должен был.

Когда Лиаму пришло время принять самое важное решение в своей жизни, он выбрал совершенно другой карьерный путь. Моим родителям было легче принять его выбор, потому что он исцелял тех, кто остался позади за бессмысленными преступлениями этого города.

Телефон вибрирует у меня в руке, пока я жду, когда зажжется зеленый свет светофора.

СОФИЯ: Ем пончики и занимаюсь дизайном одежды для беременных. Что насчет тебя?

Я схожу с тротуара и начинаю печатать, следуя за толпой, переходящей улицу.

НИКОЛАС: Собираюсь навестить своих родителей.

Я жду ответа и останавливаюсь на тротуаре, как только вижу его.

СОФИЯ: Они живут в городе?

Я набираю и отправляю ответ.

НИКОЛАС: На окраине.

Наступает пауза, прежде чем я вижу, как она печатает.

СОФИЯ: Я отправляюсь на окраину города через два часа. Сегодня в моем любимом магазине тканей они за полцены.

Мне следовало бы напроситься поехать с ней, но после родителей мне нужно быть в одном месте.

СОФИЯ: Хочешь поехать со мной? Я могла бы использовать тебя в качестве модели.

Я смотрю на экран, сжимая телефон в ладони с такой силой, что он может согнуться пополам.

Бл*ть.

НИКОЛАС: Не могу. У меня планы.

Я добираюсь до вестибюля дома моих родителей, прежде чем наконец слышу звонок на своем телефоне, сигнализирующий о новом сообщении.

СОФИЯ: Без проблем. Хорошего тебе дня, Николас.

НИКОЛАС: Тебе тоже.

Я нажимаю отправить, хотя хочу рассказать ей, чем планирую заняться, но пока не могу. Это уже слишком. Если она узнает, что скрывается в моем прошлом, я, возможно, никогда больше ее не увижу.

Глава 25

София

— Почему ты сидишь дома в субботу вечером? — Кейденс