Бывший сводный брат - Мария Манич

в следующий раз шопингом лучше занимайтесь сами, трусишки покупать я не нанимался, – говорит мужчина, удивляя меня тем, что смущается, когда я достаю из пакета те самые трусишки ярко-красного цвета. – Буду ждать вас на парковке, Эльза Майер. Артём велел отвезти вас домой.

Знать бы, в следующий раз мы будем видеться здесь же или где-то ещё? Так бы не таскала с собой пакет, а оставила в шкафу. Запасное бельё всегда пригодится, как и сменная одежда.

Мне хочется поблагодарить Артёма за вещи, поэтому я пишу ему короткое сообщение: “спасибо” и смайлик улыбочка. Которое он на удивление сразу читает. Я жду ответа пару минут, но он так и не приходит.

– Сухарь, – ворчу себе под нос и захлопываю дверь в номер.

Пересекая холл отеля, я думаю о том, что мне нужно найти работу. Перспектива опять пролёживать бока дома на диване и играть в ферму мне не нравится. В конце концов, мне всего двадцать восемь лет, и на казино, Давиде и эскорте свет клином не сошёлся. Деньги платили хорошие, но сейчас я так остро в них не нуждаюсь. Артём же решил часть моих проблем, возможно, так будет и дальше? Я бы хотела, чтобы так было дальше. Но кого я обманываю? Где Николаев, с его честным строительным бизнесом и лизингом, и где я?

Я могу попробовать себя в чём-то совсем новом и неожиданном. Например, устроиться секретаршей, личной помощницей или администратором куда-нибудь.

Внешность мне позволит это сделать, как и мозги. Единственная проблема заключается в том, что у меня отсутствует высшее образование. Я действительно не врала про это Артёму вчера в машине. Так получилось, что на тот момент, когда все мои одноклассники поступали в университеты, я переживала собственную драму.

Внезапная смерть дяди Серёжи, расставание с Артёмом, его поспешный отъезд в Америку, предательство матери и ранняя беременность. Мне было как-то не до высшего образования. Я вообще иногда думаю: как я выжила в то время и не сошла с ума?

Ответ очень прост. Я много думала о будущем ребёнке. Он был единственным, что осталось у меня после Артёма. Я старалась жить и выживать, так, как могла. Одна за двоих.

28 Глава

– Ай!

Кто-то с силой хватает меня за руку выше локтя, тормозя этим моё движение к выходу. Ноги в туфлях скользят по гранитной плитке, издавая противный звук на весь холл.

– Что…? – Я разворачиваюсь и замираю, ругательства не успевают слететь с онемевших губ.

Рыжие волосы с идеальной укладкой, светлый брючный костюм в тридцатиградусную жару, солнечные очки известной итальянской фирмы и приклеенная к полным губам улыбка. Моя мать выглядит, как всегда, безукоризненно.

– Отпусти меня, – как можно спокойнее произношу я, кивая на свою руку, которую обхватывают длинные тонкие пальцы с красными ноготками.

– Чтобы ты опять от меня сбежала на шесть лет, милая? Так дело не пойдет, нам нужно поговорить, – воркует мне на ухо Рита.

Давление на моей руке только усиливается. Я делаю попытку вырваться сама, но понимаю, что привлекаю к нам внимание своими резкими движениями, а мне этого не хочется. Бросаю взгляд в сторону стеклянных дверей. Где-то там, на парковке, меня ждёт Сергей. Можно устроить скандал, но не настолько же я жалкая, неужели не смогу вытерпеть несколько минут в обществе собственной матери?

– Что тебе нужно? – шиплю я в ответ.

– Я бы поела. Здесь подают отличный ланч. Присоединишься?

Как будто у меня есть выбор.

Покорно иду рядом в сторону ресторана. Приветливый метрдотель интересуется, заказан у нас столик, и тот на удивление оказывается заказанным. Значит, встречу кто-то планировал заранее. Значит, матери откуда-то известно, где мы с Артёмом проводим время. Что-то мне всё это не нравится.

Мать делает заказ, придирчиво долго изучая меню. Я отправляю смс Сергею, что задержусь. В ответ на что получаю красноречивое молчание.

– Возьми лимонный пирог, он чудесен, – комментирует мой заказ в виде чая мать.

– Рита, – устало закатываю глаза, – я не хочу играть в дочки-матери. Свое отношение ко мне ты показала давно, не понимаю, что изменилось? К чему это всё?

На самом деле я бы лучше ела землю, чем сидела бы сейчас с этой женщиной за одним столом и, глядя в её зелёные глаза, гадала, что она может мне сделать в этот раз. Подарков в виде пони я давно не жду. И, если честно, до сих пор удивляюсь, с какой радости мне досталась квартира, оформленная на моё имя, а не на её.

– Могу я просто соскучиться по своей единственной дочери?

Моя мать тянется к моей руке, которой я судорожно обхватываю стоящий передо мной стакан с водой, лишь бы не прикасаться к этой змее лишний раз. Она в любой момент может меня ужалить.

– Мама, тут нет зрителей, не перед кем играть этот спектакль.

Рита на мгновение хмурится, смотрит куда-то поверх моего плеча и, сложив перед собой руки, подаётся вперед. Захватывает в плен зелёных глаз с почти незаметными лучиками морщинок в уголках. Не так она идеальна, как хочет казаться.

– Тогда сразу к делу, милая. – От её обращения у меня сводит зубы, слишком сладко, неправдоподобно. – Меня беспокоит твоё нахождение рядом с Артёмом. Он не тот человек, который тебе нужен, а ты не та женщина, которая нужна ему.

Мои брови медленно ползут вверх. Артём? Серьёзно? Спустя столько лет мы всё ещё делим моего сводного брата? Я пытаюсь придать себе как можно более отстранённый вид, хотя сердце болезненно сжимается. Второй раз я Николаева предавать не собираюсь, что бы мне ни предложила моя мать. Он не заслужил этого.

– Стоп. Какое твоё дело? Мне уже давно не восемнадцать.

– Я знаю, поэтому сейчас сижу здесь, раскрыв все карты. Ты ведь лучше понимаешь, когда с тобой говорят на твоём языке.

Упоминание карт мне не нравится, как и то, что эта женщина всё обо мне знает.

– Будь это какой-то другой мужчина в моей жизни, сидела бы ты сейчас здесь, напротив меня? – задаю я мучивший меня