Бывший сводный брат - Мария Манич

к лицу, но он, конечно, не даёт мне этого сделать. Силой удерживает на месте, ладонью надавливая на мою поясницу, заставляет бесстыдно прогнуться.

Входит в меня без прелюдии, от дискомфорта меня спасает то, что я уже сама достаточно возбуждена. Мне приходится встать на носочки, чтобы подстроиться под его рост и размеры. Широко расставляю ноги, давая ему больший доступ. Руками упираюсь в скользкую стену. С губ слетает первый стон, мне кажется, я даже слышу сквозь шум воды, как глухо Артём стонет в унисон мне.

Сегодня он не надел презерватив, и от этого все противоречивые чувства и эмоции притупляются. Обида и злость уходят. Я могу думать только о том жаре, которым сводит низ живота, и о члене, который начинает во мне двигаться.

Его бёдра ударяются о мои с пошлым шлёпающим звуком, от которого я непроизвольно начинаю возбуждаться ещё сильнее. Голова пустеет, мысли прячутся по углам, уступая дорогу моему изголодавшемуся вожделению. Я поворачиваю голову набок, пытаясь вдохнуть как можно больше воздуха. Артём, не замедляясь, вколачивается в меня, войдя в свой, какой-то дикий ритм. У меня не получается сдерживать стоны. На губах каплями оседает вода, которую я не успеваю слизывать.

– Ещё… ещё… – шепчу бессвязно в каком-то полуобморочном состоянии, которое разделяет гранью мой мир на два.

Один – тот, где остались все мои проблемы, и другой – где есть только я, душевая кабина и мужчина, который трахает так, как ему хочется и когда хочется. И в данный момент мне нравится то, как он это делает. Очень нравится, я почти перехожу черту, когда неожиданно ощущаю пустоту.

Внизу всё пульсирует, горит, требует продолжения, но его нет. Я бесстыдно подаюсь назад, ища то, что у меня отобрали. Мне не хватило буквально несколько толчков. Я разочарованно стону и просовываю руку между своих ног, надеясь подарить себе небольшую разрядку, но меня грубо прерывают.

– На колени.

Ничего не соображаю, но подчиняюсь, когда он силой поворачивает меня, придерживая, чтобы я не свалилась на ватных ногах мешком вниз.

Поднимаю тяжелые веки, встречаясь с порочным тёмным взглядом Артёма, который смотрит на меня сверху вниз.

Он кладет одну руку мне на голову, гладит, ласкает кожу на скуле, спускается к моему рту и надавливает на него большим пальцем. Я вбираю его в себя и, прикрыв глаза, делаю пару сосательных движений.

Палец у меня быстро отбирают, заменяя на горячий член. Касаюсь головки языком, и он тут же взрывается. Артём кончает с глухим стоном мне в рот, одной рукой придерживая мою голову, а второй упираясь в стену для опоры. Его грудь тяжело вздымается, головой он утыкается в своё плечо, скрывая от меня лицо.

Ему понравилось. Я знаю.

Последний раз скольжу языком по стволу, ласково показываю, что мне тоже понравилось.

Но я всё ещё неудовлетворена, моему телу не хватает разрядки.

Хватка на моих волосах слабеет, Артём отстраняется. Снимает душ с держателя и ополаскивается под ним.

Он уже собирается выходить и оставить меня одну в запотевшей от жара кабине. Но я делаю то, что заставляет его задержаться. Молча выхватываю душевую лейку из его рук и направляю себе между ног.

– О-о-о-о, – вырывается из моей груди, когда тёплые струи начинают ласкать мои возбуждённые складочки.

Ощущаю, как на меня смотрят, кожу покалывает, соски напряжены и требуют, чтобы к ним прикоснулись.

Я кончаю быстро и ярко. Хватаю ртом воздух, не открывая глаз. Ноги меня совсем не держат, и я вновь оседаю на дно кабины, откидываясь спиной на прохладный кафель стены, свожу ноги вместе. Вот теперь мне хорошо.

Из тёплого кокона наслаждения меня выводит глухой удар двери. Кто-то закрыл её, не сдерживаясь. На моих губах играет блаженная улыбка, по венам всё ещё бежит остаточное удовольствие.

– Чтоб тебе провалиться, Артём Сергеевич.

27 Глава

Утро я встречаю в мягкой тёплой постели, застеленной белыми хрустящими простынями. Люблю спать в отелях. Кровать заправлять необязательно, убираться не нужно. Завтрак можно заказать в номер, его и приготовят, и красиво сервируют.

Из окна льётся яркий солнечный свет. Воздух плотный и теплый. На ночь я всегда закрываю окна, даже летом. Не люблю посторонний шум.

Тело приятно ноет, напоминая о вчерашних физических нагрузках в душе, когда я лениво потягиваюсь в кровати. Низ живота сразу утяжеляется, как только, зажмурившись, я вспоминаю пару довольно откровенных картинок.

Как только мне хватило смелости и безрассудства откровенно ласкать себя при Артёме? Я никогда ничем подобным не занималась при посторонних. Он меня гипнотизирует. Имеет какую-то власть. Вгоняет меня в транс отличным сексом и не даёт кончить. Это пытка такая? Он мне за что-то мстит?

Узнать бы за что.

Нам определенно нужно поговорить, только вот, когда я вчера на ватных ногах вышла из душа, кутаясь в махровое отельное полотенце, моего сводного брата уже не было в номере. Он опять оставил меня одну. Я сразу ему позвонила, очень хотелось покричать. Выплеснуть негативные эмоции, не сдерживаясь сказать, как я его ненавижу в этот момент и за то, что столкнул меня с Ритой. Но он, конечно, просто сбросил три моих вызова и отключил телефон.

После посещения ванной и плотного завтрака за счёт Артёма прямо в номере, я решаю покинуть отель. Единственное, что меня останавливает, – мой внешний вид. Из одежды с собой лишь вечернее платье и туфли на каблуках. Платье, которое всю ночь пролежало на полу в душевой, по итогу имеет самый плачевный вид.

Надежда во мне не хочет умирать. Но и идти в вечернем платье в двенадцать часов дня по улице мне тоже не хочется, поэтому я набираю Сергея.

Спустя сорок минут на пороге номера появляется хмурый вспотевший водитель Артёма с пакетом из магазина. Заглянув внутрь, я обнаруживаю там джинсы моего размера, футболку и… нижнее белье. Два комплекта.

– Я просто просила привезти мне мои вещи, – ворчу я, перебирая покупки. – Необязательно было покупать новые.

Сергей хмыкает, почесав подбородок двумя пальцами.

– Свои деньги я не тратил, но