Жена чудовища (СИ) - Громова Ксения

Но постепенно сознание начало проясняться. Потом меня просто мучили спазмы, но не рвало. Уже хорошо.

— Лучше? — спросил Абрам, помогая мне выпрямиться. Он внимательно рассматривал меня, а потом кивнул.

— Немного… Немного еще голова кружиться. И… есть хочу, — шепотом призналась я.

Честно, я в глубине даже была рада, что мне стало плохо. Ведь Абрам больше не был холоден и равнодушен ко мне. Сейчас он заботился обо мне. И на одно мгновение, всего лишь на одно мгновение… Мне показалось, что в его глазах я увидела страх и беспокойство. За меня.

А, может, это всего лишь мне показалось? Из-за боли привиделось? Если бы…

Абрам помог мне умыться, а потом вновь усадил в машину.

— Есть, говоришь, хочешь? — спросил Абрам, и я кивнула. Муж и в этот раз сумел обо мне позаботиться. Из багажника достал большую черную сумку, из которой ловко достал термос с чаем, а также контейнеры с бутербродами и салаты. Такое ощущение, что он хорошо подготовился. И в душе поселилась надежда: он может простит меня? Я бы хотела этого. Но… Но поговорить нам обязательно было нужно. Обо всем. Он должен мне рассказать правду. Все. От, а до я. Иначе… Иначе я не знаю, как дальше будем… Но сейчас я не была готова к разговорам. Особенно таким. Душевным. И больным. А то, что будет больно. Я была уверена. Обоим будет больно. Лучше отложить… Но также я понимала, чем на дольше я откладывала этот разговор, тем хуже будет.

Я перекусила, и мне стало немного лучше. Абрам от еды отказался. Лишь прикурил сигарету и откусил от моего бутерброда.

— Все? Можем дальше ехать? — спросил Абрам, когда я допила чай. Я кивнула. Да, мы и так уже давно стоим…

— А долго нам еще ехать? — спросила хриплым голосом. — Устала…

Абрам бросил короткий взгляд на часы на своем запястье, а потом ответил:

— Час точно. Переночуем, а завтра опять в путь.

Я нахмурилась. Мне казалось, что мы едем обратно к Авраму… Но путь что-то слишком долгий. Или меня успели так далеко увезти?

— Ты можешь пересесть на заднее сиденье и поспать, — предложил Абрам, но я не хотела спать сейчас, когда лед между нами хоть немного тронулся. Но муж был очень категоричен. Всегда он знал, как лучше для меня. Может, поэтому правду тогда не сказал? А я не знала уже чему верить: запись-то была. Голос-то я слышала Абрама. Тогда поверила… А сейчас… Я уже ничего не понимала. Ничего не знала.

Абрам вновь вышел из машины и вытащил меня.

— Я не хочу… — попыталась противостоять ему, но это была борьба котенка со львом. Меня уложили на заднее сиденье, под голову сунули маленькую подушку и укрыли пледом.

— Все, спи, — Абрам хлопнул меня по бедру. Я не хотела засыпать, но стоило машине тронуться, как чувствовала, что начинаю засыпать. Машина плавно покачивалась и тем самым убаюкивала меня. Я все же уснула. Сон мой был крепким, но тревожным. Я иногда время от времени выныривала из дремы, потому что что-то беспокоило меня.

А снилось мне то, что в кошмаре страшно представить. Я видела маму. Мою дорогую мамочку. Еще живую. Это была она и в то же время не она. Она мне нравилась такой. Очень. Но я никогда ее такой не видела! Мама была в ярком голубом платье с белым воротником. В жизни мама всегда была худая, от того это было, что не доедала. А сейчас она была свежа, кожа приобрела розовый здоровый цвет. И мама улыбалась и смеялась. Так много, как никогда в своей жизни.

А потом неожиданно появлялся Абрам. В его руке был пистолет. На фоне мамы муж мой казался каменной глыбой. Он строго смотрел на нее, как она смеялась и кружилась, а потом… Потом Абрам поднял руку и направил оружие на мою маму.

Ба-бах. Оглушительный выстрел. Я не видела, как Абрам нажал на курок, но отчетливо видела красное пятно расползалось по ее телу.

А в голове раздался голос Абрама:

— Я не убивал ее. Не убивал.

Я резко вынырнула из сна и поняла, что лежу на постели, а не в машине. Медленно приподнялась на локтях и оглядела небольшую комнату. Было много дерева: стены, пол, потолок, да и сама мебель. Горел лишь ночной светильник на тумбочке. Шторы были задернуты, так что я не могла понять, какое сейчас время суток и сколько я вообще поспала. Но больше всего меня интересовало: где был Абрам? Я откинула одеяло и поднялась. Ноги дрожали, но я все равно прошлась по комнате. Пол был теплый, да и в принципе было тепло. Только сейчас обратила внимание, что на мне была длинная мужская футболка. И все. Абрам даже нижнее белье с меня снял. Только вот где он сам?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я подошла к двери и подергала за ручку. Но, как и ожидалось, дверь была заперта. Абрам ушел и запер меня. Пока не знала, как к этому относиться. Решила хотя бы в окно посмотреть: узнаю хотя бы, где я. Отодвинула тяжелые шторы и присела на широкий подоконник. Передо мной распростерся лес. Темный лес…

Но где же Абрам?

44 

Керри

Я просидела так полчаса. А потом увидела, как к зданию подъезжает машина. Это был он. Абрам. Не спеша вышел из машины и направился ко входу. Заметил меня и нахмурился. Что-то уже сделала не так. Но что? Я, к сожалению, мысли его читать не научилась…

Пока ждала мужа успела изучить местность. Это явно что-то наподобие гостиницы, потому что заметила парковку, где стояло несколько машин. Смущало только то, что гостиница была расположена посреди леса. Надеюсь, что Абрам выбрал это место не потому, что мы прятались, а потому что это место было ближе всего…

Через несколько минут я услышала, как щелкает замок, и через мгновение появляется Абрам.

— Почему сидишь в темноте? — спросил Абрам, включая свет. Я зажмурилась и прикрыла глаза ладонью.

— Чего так резко… — недовольно бросила я.

Абрам принес еду и сервировал стол, пока я молча наблюдала за ним.

— Не сиди на подоконнике. Задницу застудишь, — бросил на меня недовольный взгляд муж, раскладывая еду по тарелкам.

— Тут не холодно, — бросила в ответ я, продолжая сидеть. Не знаю, наверное, из чистого упрямства. Хотела, чтобы он подошел и сам снял меня с подоконника.

— Керри, я что сказал?

И еще тон такой… Строгий, а голос грубоват. Как тут не подчинишься?

Тяжело вздохнула и все-таки слезла с подоконника. Подошла и села за стол, на котором меня уже ждала теплая картошка с грибами и сметаной, насыщенный грибной суп с гренками и чай.

— Нам нужно поговорить… — тихо произнесла я, беря ложку в руки. Муж бросил на меня красноречивый взгляд и кивнул.

— Нужно. Но сначала поешь. Тебе нужно восстановить силы.

Мы ели молча. Я почему-то растягивала трапезу. Не знаю, почему. Но вот суп съеден.

— Ешь картошку, — приказывает Абрам, пододвигая тарелку ко мне ближе. Покачала головой. Я съела всего лишь тарелку супа с гренками, но ощущение было такое, словно я съела целую кастрюлю. Пусть и картошка манила своим запахом, а грибы только добивали меня. Но понимала, если еще и второе съем, то точно станет плохо.

— Не могу, наелась, — похлопала себя по животу. Абрам скептически покосился на мой плоский живот и упрямо сунул мне вилку в руки.

— Вперед. Съешь столько, сколько сможешь.

Он так настойчиво заставлял меня есть, будто сам захотел оттянуть момент разговора. Но тут же отмела эту мысль в сторону. Это точно не про Абрама. Он не такой. Не будет прятаться или бежать от ответственности. Это скорее всего делается для меня, трусихи. Дает время, чтобы собралась с силами и мыслями.

Я все-таки съела пару картошин и выпила чай. Абрам осмотрел мою тарелку и одобрительно кивнул.

— Теперь поговорим? Или ты заставишь меня съесть еще тонну еды? — проговорила я, скрещивая руки на груди.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Если посчитаю нужным, то заставлю. Но пока можешь быть спокойна за свой желудок. Говорить хочешь? Ну, давай, поговорим.

Теперь я видела злость в глазах Абрама. Та злость, которую он скрывал все это время. Злость на меня и мой поступок.

Вот, время пришло. Но я даже не знала, как начать.