Наследник для чужого мужа (СИ) - Шайлина Ирина

— Что ты делаешь? — удивился я.

— Нюхаю. Знаешь, иногда тошнота начинается от одного лишь запаха. Это вроде безопасное…

И съела наконец. Потом прислушалась к себе, улыбнулась, и съела ещё ложку. А потом и весь шарик, у меня даже настроение поднялось, хотя я помнил — гадкие новости ещё впереди. Ничего, зато сегодня она сыта, её не будет качать от недоедания. Не сегодня. Затем мы пили чай, вкусный, ароматный, хотя в нем никаких добавок не было, просто чёрный. Затем Влада решилась.

— С малышом не все хорошо, Юра. Вот сегодня утром и узнали. Я не знаю, скажет ли тебе Юля, но я понимаю, что ты должен знать, это же твой ребёнок… Назначили повторные обследования, но они будут только через две недели, чтобы малыш подрос и врачи могли убедиться точно. Сейчас он слишком мал…

У меня словно весь воздух из лёгких вышибли. Причём признаюсь, о ребенке я сейчас думал мало, я просто представил, что чувствуют сейчас эти женщины. Они обе прошли через потерю ребёнка. Для них обоих эта беременность была шансом. Для Юли то уж точно, но и Влада так хотела выносить этого малыша… Потом уже подумал о ребёнке и… и пиздец.

— Как серьёзно?

— Юля сказала, что если диагноз подтвердится, то ребёнок будет не жизнеспособен. А я… я сказала себе, что не буду гуглить. Не буду читать об этом, я просто с ума сойду. Всё что я могу, это ждать и надеяться, именно этим я и займусь.

Я взял её руку, такую похудевшую, совсем тонкую. Мне хотелось влить во Владу своих сил, я бы и уверенностью поделился, только где бы взять…

— Я сейчас, — сказал я. — Одну минуту. Пей чай.

Меня накрывало. Я не хотел, чтобы Владка это видела, мне просто нужно было выпустить пар. Мне открывались все новые и новые грани произошедшего. Была бы рядом Юля, ударил бы… хорошо, что её нет. Она же скрывает. Просто врет. Улыбается. Мучит Владу. Я быстрым шагом вышел через чёрный ход, здесь дворик с мусорными баками, возле которых спит толстая дворняжка, Наташа, наверное, открормила. Выбиваю сигарету из портсигара, который теперь всегда со мной. Закуриваю. Терпения докурить не хватает, ломаю сигарету, обжигая ладонь, и даже не сразу замечаю боль от крошечного ожога. Бью кулаком в кирпичную стену. Вот теперь точно больно, с мрачным удовлетворением отмечаю я.

— Ты мне кафе порушишь, — недовольно говорит Наташка. — Хватит ерундой страдать, этим делу не поможешь.

— Я не знаю, что делать, — растерянно признаюсь я. — Совершенно не знаю, это пиздец, как бесит.

— Не выражайся при детях, — отчитывает Наташка и поглаживает свой огромный живот. — Вот скажи, чего ты в данный момент больше всего хочешь?

Спрашивает, как я совсем недавно у Влады. Я задумался.

— Я хочу спрятать Владу от Юли хоть на пару недель. Я уже увозил жену, больше не получится. Надо увезти Владу, но чтобы в пределах города, или области… здесь клиника, а у неё ещё… процедуры. Юля уничтожает Владу морально.

О том, что она уничтожает и меня молчу. Я сильный, я мужик, справлюсь. А Влада зависима от сестры, их странной связи родившийся так внезапно я не понимаю. Нужно просто ограничить их общение.

— Пошли, — зовёт меня сестра. Иду за ней в её крошечный кабинет, в котором кажется, что все свободное место занимает беременный живот. Наташа роется в шкафу, а затем протягивает мне ключ. — Держи. Это от нашей старой дачи. Мы её подремонтировали, там все хорошо, город рядом, если что, ты будешь на связи… жене своей скажи, что отправил Владу в санаторий. Там искать она не додумается, наше семейство Юля никогда не жаловала.

Взял ключ, даже легче стало. Я не могу решить проблем, которые над нами всеми нависли. Но я могу сделать так, чтобы эти две недели Владе было легче. Иду широким шагом, буквально физически легче, даже дышать. Подошёл, поцеловал Владку в макушку.

— Сейчас поедем к тебе, — сказал я. — Соберём вещи, возьмём пса, а потом я увезу тебя на две недели в одно чудесное место, которое показать хотел ещё двенадцать лет назад.

Глава 17. Влада

Идея спрятаться на даче мне показалась диковатой. Но я так устала решать все сама… хотелось просто довериться и плыть по течению. Хоть раз. В итоге мы собрали мои вещи буквально за час. По дороге заехали в аптеку, на всякий случай, в продуктовый, купили мне подушку для беременных, хотя у меня живота и в помине не было, кучу всего купили. Ещё везли трехкилограммовый контейнер с тем самым, чудным, очень вкусным, и главное, не вызывающим рвоты мороженым.

Дачу нельзя было назвать дачей в прямом смысле слова. При слове дача мне представлялся крошечный домик на таком же крошечном участке. А здесь земли не то, чтобы много, но поболе трех соток явно. И дом добротный, кирпичный, в два этажа и с балконом. В моем понимании, чуть не особняк.

— Раньше здесь родители рулили, — сказал Юра, втаскивая в дом моё барахло. — А потом ушла бабушка, оставила им ещё один дом. Этот они передали Наташке, мне не до дач. Как видишь, грядками тут никто не занимается, это место для отдыха.

И правда, во дворе газон. Уже немного заросший, но все равно красивый, ровно зелёный. По периметру кусты и плодовые деревья, качели есть, даже небольшой бассейн, в который Юра обещал набрать воды. И в самом доме все удобства, одних спален целых три, душевая, ванная… Если бы у меня был такой дом, я бы плюнула на квартиру и здесь жила, благо город совсем рядом.

— Уютно, — сказала я.

Здесь и правда так хорошо было. Ремонт не евро, самый простой, видно, что сами делали, но этим дом даже милее. В нем хочется жить и детей рожать, желательно — много. Чтобы бегали по коридорам и газонам двора, разбрасывали игрушки… Шумели, может даже дрались — я слышала, что братья, сестры могут драться, хотя нас с Юлей это никоим образом не коснулось, она едва меня замечала, а потом уехала. И псу здесь понравилось, ещё бы, это же не маленькая однушка. Он покрутился в доме и унёсся изучать участок.

— Не бойся, не убежит далеко, — успокоил Юра. — Забор хороший. У нас тут жил раньше пёс, даже контура осталась, жалко было выбрасывать, вроде, как память.

Юрка разгрузил покупки и включил пылесос. Пыли здесь и правда набралось порядком, хотя я и сама могла бы справиться, конечно. Но так — веселее. Можно воображать, что мы семья, это и правда наш дом, вот сейчас заняты совместной уборкой, а в моем животе растёт наш, и абсолютно полноценный к тому же малыш. Идиллия, жаль только, воображаемая.

— Вари кофе, — попросил Юра. — Я пойду бассейн наполню. Только не лезь в него пожалуйста, пока вода не согреется. Утонуть там невозможно, но вообще, аккуратнее.

Мог бы ещё добавить — ты же беременна. Не добавил, спасибо. Этим меня Юля измучила, мне хватит. Я и правда пошла изучать кухню, варить кофе. Прикатился колобок пёс, потыкался во все углы, оббежал три раза стол и унёсся. И кофе уже пахнет. Отлично. Сидим на террасе, пьём кофе, мой водой щедро разбавлен. Тихо гудит насос, журчит, заливаясь в бассейн вода, пёс дремлет на коврике у двери.

— Закат красивый, — заметила я, вынырнув наконец из своих бессмысленных мечтаний. — Так стемнело быстро.

И мне жаль, что этот день заканчивается, день, который так мучительно тянул я сначала, а потом просто пролетел стремительно. И я рада, что я сюда приехала, и что Юра со мной… пока.

— Жаль, до реки далеко, — говорит Юра. — Но в выходные я тебя свезу, пешком по лесу красиво, но ты устанешь. И ещё, не думай больше о Юле. Я долго прикидывал, весь этот день, не знаю ещё, как, но я все решу. Я ограничу ваше общение чего бы мне это не стоило.

— Спасибо.

Мне жаль Юлю. И себя тоже. И я так мечтала о сестре, скорее, хоть о ком нибудь близком, и получила в итоге — ближе некуда. Мне хотелось, чтобы она видела, как её ребёнок растёт в моем животе, но я не выдержу, просто не выдержу… тем более в эти две недели.

— Я искренне, всем сердцем надеюсь, что с ребёнком все будет хорошо, — продолжает Юра. — Но… если это будет не так, всю сумму я выплачу полностью, вне зависимости от того, что сказано в договоре.