Пейдж Тун - Люси в небесах

— Знаешь что? Я не разрешу тебе быть подружкой невесты, если ты не станешь вести себя как следует! — кричит Молли. — И у меня будет только Люси. Мне вполне хватит одной подружки. У Сэма же только один шафер — его брат. 

— Но я твоя сестра! — Нижняя губка Энди начинает подрагивать. 

— Ну и веди себя тогда как сестра! — рявкает Молли. 

— Тише, тише, — успокаивает обеих Шейла, отходя, чтобы подобрать улетевшую щетку. 

— Хочешь, сделаю тебе прическу? — ласково спрашиваю я у Энди. — Заплести тебе косу? 

— Нет. Я хочу, чтобы меня причесывала мама! — Энди тычет пальчиком в Шейлу. Мы с Молли печально переглядываемся. И тут трезвонит дверной звонок, сообщая о приходе визажиста. 

Спустя сорок пять минут, отпустив мастера, Молли встает перед зеркалом и внимательно себя рассматривает. 

— Я похожа на КЛОУНА! — восклицает она. 

— Молли, ничего подобного! — возражает Шейла. 

— Похожа! Мне нужно умыться! — Она устремляется наверх, и Шейла умоляюще глядит на меня. Спешу за Молли. Она в ванной, чуть не плачет. Точно, визажист перешел все границы. Основа слишком темная, румяна чересчур яркие. Даже подводка на глазах Молли смотрится некрасиво. 

Я по очень веской причине настояла на том, чтобы накраситься самостоятельно. Меня всегда интересовало, откуда человек, видящий тебя впервые, может знать, что будет для тебя лучше в один из важнейших дней в жизни? 

— Давай помогу, — предлагаю я. — Смоем это все и сделаем по-другому, хорошо? 

Молли смиренно кивает. 

— Ну что ж. Где твой обычный тональный крем? 

Через полчаса, после применения содержимого обеих наших косметичек, Молли просто прелестна — лишь слегка разрумянившаяся невеста. Для век мы выбрали нежные сливочно-кремовые тени, для ресниц — темно-коричневую тушь. Образ дополняют легкие абрикосовые румяна и блеск для губ розового оттенка. Никаких ярких клоунских красок. 

К счастью, парикмахер справился со своей работой гораздо лучше визажиста. Молли весьма впечатлилась тем, насколько умело ему удалось укротить ее гриву. В длинном белом платье, сшитом ею собственноручно, невеста выглядит сногсшибательно. Я помогаю подруге спуститься с парадного крыльца родительского дома, при этом крохотные стразы, рассыпанные по корсажу, вспыхивают искорками в солнечном свете.

Даже Энди смотрится обворожительно в своем серебристом платьице — уменьшенной копии моего наряда, — после того как наконец позволила парикмахеру уложить ее обычно прямые, как пакля, волосы легкими волнами. Мои каштановые локоны собраны в высокую прическу с несколькими выпущенными прядями. Мне кажется, волосы слишком прилизаны, но парикмахер обещал, что, слегка растрепавшись, укладка приобретет другой вид. 

Из-за царившей утром суматохи нам не удалось даже выглянуть на улицу, но погода стоит чудесная. Легкий летний бриз, и облаков на небе совсем немного. Можно подумать, что там, наверху, кто-то за нами присматривает. 

Утром Нейтан позвонил Молли, чтобы пожелать ей удачи и передать сообщение для меня: «Что один слон сказал другому? — Ничего, слоны не умеют говорить». Молли не нашла в этом ничего смешного, у меня же шутка вызвала улыбку. 

Молли с отцом едут на машине первыми, а ее мать, сестра и я следуем за ними. Все притихли, даже Энди. Наконец мы проезжаем Харбор-Бридж и поворачиваем к Королевскому ботаническому саду. Добравшись до места, я выхожу из автомобиля и иду вперед, чтобы помочь Молли. 

— У тебя все хорошо? — тихо спрашиваю я. 

— Ага, — шепчет она. — Все так странно, да? 

Я согласно киваю. 

Красный безрельсовый поезд ждет нас у входа. Я помогаю невесте взобраться в первый вагончик, приподняв ее платье, чтобы не волочилось по земле. Брюс садится рядом с дочерью. За ними места занимают Энди и мама Молли, а я вхожу в последний вагончик. 

Вот интересно, что было бы, приедь Джеймс сюда со мной. Разрешили бы ему прибыть на свадьбу вместе с нами? Сидел бы он сейчас рядом со мной, проезжая мимо вековых фиговых деревьев и слушая прохожих, выкрикивающих нам вслед добрые пожелания? 

Наконец впереди мы видим встречающую нас группу человек в шестьдесят. Молли выглядит спокойной — непоколебимо спокойной, — зато я отчаянно нервничаю. Невеста выходит из красного вагончика, берет родителей под руки и с ними обоими идет вперед. Энди и я держимся позади, стискивая букеты, составленные сплошь из австралийских цветов: идея Сэма. Толпа расступается — стульев нет, — и вот под старым эвкалиптом стоит Сэм. Рядом Нейтан. Я, не в силах сдержаться, начинаю плакать. 

Церемония проходит в эмоциональном тумане. Сэм и Молли написали собственные клятвы и зачитали их друг другу, торжественно держась за руки. Я замечаю, что не могу перестать реветь, а у меня и носового платка нет. Даже Сэм выглядит взволнованным, но Молли спокойна. Мне приходится тайком смахивать слезы с глаз каждые десять-двадцать секунд, но тут начинается чтение Библии, и внимание присутствующих переключается с нас пятерых и регистратора. Нейтан оказывается рядом со мной и протягивает мне салфетку. Он не побрился к свадьбе — а я все гадала, побреется или нет, — но выглядит великолепно в хорошо сидящем темно-сером костюме с серебристым галстуком. С благодарностью принимаю платок, впечатленная тем, насколько хорошо подготовлен шафер Сэма, а он одаряет меня подбадривающей улыбкой. От этого слезы текут еще быстрее, и я, смутившись, начинаю потихоньку всхлипывать. Нейтан кладет ладонь мне на плечо, и я почти оказываюсь в его объятиях. Интересно, знает ли он обо мне, Сэме и нашей истории? А что, если он считает, будто я плачу из-за этого? Внезапная мысль буквально меня отрезвляет. 

Чтение закончено, регистратор завершает церемонию. Приходит очередь свидетелей подписывать документы, я ставлю свою закорючку под неразборчивыми каракулями Нейтана, и вот двух моих самых близких друзей объявляют мужем и женой. Они целуются, а все вокруг хлопают. Потом Энди поднимает полную эвкалиптовых листьев корзину и предлагает гостям использовать их как конфетти. Мы бросаем их, в то время как благословенно счастливые Сэм и Молли позируют фотографам. 

Когда мы устраиваемся за столом, я замечаю Эми через два столика от нас. Она выглядит хорошенькой в бело-розовом шифоновом платье. Ловлю ее взгляд и улыбаюсь. Она отвечает едва заметно и отворачивается. 

Официанты разносят первое блюдо — легкий салат из лангустов — и наполняют наши бокалы шампанским. Все оживленно переговариваются. Молли и Сэм справа от меня продолжают смеяться и целоваться, Нейтан, сидящий рядом с Сэмом, поглощен беседой со своей тетушкой Кэтрин. Я познакомилась с ней чуть раньше, и она показалась мне весьма дружелюбной. Ее длинные седеющие волосы собраны в растрепанный пучок на макушке. Она работает в художественной галерее в городе, а ее спутник, Саймон, по виду лет на пятнадцать ее моложе. По крайней мере она ничего не имеет против отношений людей с разницей в возрасте не в пользу женщины.