Джин Флей - Чудачка, стоящая внимания

– Какого черта я должен вам отвечать? Вы что, из полиции?

– Нет, но мне очень нужно знать. Мистер Кардиган куда-то пропал, и еще, может быть, вы видели этого человека?

Я извлекла из сумочки фотографию Стива вместе с долларами. Мистер Себастьян взял и то и другое и, пожевав немного губами, буркнул:

– Сеньор спрашивал о нем, – он указал на Стива.

– Значит, вы видели его? – обрадовалась я.

– Да, это Дастин Джонсон, он взял у меня вертолет несколько недель назад и не вернулся.

– Как не вернулся?!

Он пожал плечами.

– Не вернулся, и все. Передатчик на вызовы не отвечал, мы искали в предполагаемом районе, но не нашли никаких следов катастрофы. Э, сеньора, вам плохо? Не надо так расстраиваться, может, еще отыщется, если не удрал за границу с моей стрекозой. Он не злостный алиментщик? Ну, тогда о чем беспокоиться? Шансы есть, отыщем в конце концов. Куда он полетел? Да черт его знает. Он не взял моего пилота, у него был свой, он попросил лишь карты. Район большой, трудный, чего там только не понатыкано, немудрено, что не нашли. Но вот погодите немного, кто-нибудь из моих орлов появится, и опять начнем поиск. Нет, сейчас нельзя никак, ну сами подумайте: один в отпуске, другой заболел, третий женится, четвертый разводится, пятый борется с зеленым змием, а сам я не могу. Остальные бандиты совсем перестанут работать, вон полюбуйтесь на того фраера, час делает вид, что трудится, вспотел аж, а толк есть? Я вас спрашиваю? Нет, вот то-то и оно. Если хотите, могу дать вам машину, а уж пилота сами где-нибудь достаньте.

Он что-то кричал мне вслед, но я не слышала, скорее в «Континенталь». Стив под именем Дастина Джонсона действительно остановился там, его узнал портье по фотографии, он пробыл только день и с тех пор не возвращался, срок оплаты еще не истек, и его вещи остаются в номере.

Я вернулась к себе в отель; что-либо предпринимать сегодня было уже поздно, завтра начну поиски; свалилась на постель и тупо уставилась в потолок в какой-то прострации. Скоро уснула и проснулась часа через четыре как от толчка. Фрэнк! Вот кто мне нужен!

Трубку он взял не сразу, я испугалась, что его нет дома. Наконец гудки прекратились, и, как тогда, последовала серия крепких выражений по поводу пробуждения честного человека среди глубокой ночи, но я не выслушала ее всю, а перебила.

– Фрэнк! Это я, Лиз.

– Лиз!

– Да, я, – у меня получился всхлип.

– Ты плачешь? Что случилось?

– Стив! – еле выдавила я.

– Он обидел тебя?

– Не-ет, – замотала я головой, щедро разбрызгивая крупные капли.

– Я сейчас же приеду к тебе, где ты находишься?

– В Аргентине, – икнула я.

– Где-где?

– Буэнос-Айрес, отель «Риц», 303 номер. Фрэнк, Стив пропал, полетел и не вернулся, давно, его не нашли. О-о-о. Фрэнк, миленький, ты мне нужен.

– Лиз, я прилечу первым же рейсом, не плачь. Ты там одна?

– Да.

– Тогда выпей чего-нибудь и ложись спать, утром я буду обязательно. Жди меня и ничего не предпринимай. Ты поняла?

– Да.

– И никуда не уходи. Я уже лечу. До скорого, детка.

ГЛАВА 23. КО МНЕ ПРИБЫВАЕТ ПОДКРЕПЛЕНИЕ

Меня разбудил нетерпеливый стук в дверь. Я не сразу сообразила, где нахожусь и отчего этот гром. И когда подошла к двери, ее, похоже, собирались высаживать.

Повернув ключ, я оказалась в объятиях Энтони, который, бросив свои пожитки, крепко прижал меня к себе, пытаясь на ходу дела поймать мой рот своим, но он все ускользал от него, потому что я отчаянно вертела головой, а он смеялся и вопил от счастья:

– Лиз! У меня сын! О боже! От вас! Он вылитый я в молодые годы да еще с вашими чудесными глазами! Мой сын…

– Нет, он не ваш, немедленно выкиньте это из головы и отпустите меня!

– Как бы не так! Кстати, у меня в кармане его фотография.

– В каком?

– В этом, – указал он взглядом и чуть ослабил свои объятия, чтобы я могла достать.

Майк обнимал своими ручками Энтони, и они были как две капли воды похожи.

– Ну что вы на это скажете? – самодовольно улыбнулся он.

– Это, – прижала я фотографию к груди и широко открытыми правдивыми глазами посмотрела на него, – ничего не значит!

– Да-а? – насмешливо протянул он. – А где Стив? Я хотел бы объясниться с ним. Он украл у меня жену, но сына я ему не отдам.

Я заморгала, потому что в переполохе забыла о своей беде, лицо мое жалко сморщилось и уткнулось ему в грудь. Я заревела. Он тут же выпустил меня, и я бросилась на кровать.

– Лиз, успокойтесь, я не варвар и не собираюсь отнимать Майка у вас. Я хочу только, чтобы вы признали мое отцовство и разрешали видеться с ним и заботиться о вас.

Голос Энтони, кажется, первый раз был серьезен и растерян.

– Где Стив?

– Не знаю, он полетел, и его вертолет пропал.

Энтони схватил меня, посадил и, пристально глядя мне в глаза, принялся дотошно расспрашивать. Я ему рассказала все без утайки и даже пленку отдала, он что-то хмыкнул и сунул ее к себе в карман.

В этот момент в дверь опять постучали.

– Я открою, – сказал он.

Я соскочила с кровати и побежала к двери, поскольку, открыв ее, Энтони застыл, уставившись на кого-то такого же молчаливого за ней.

– Это не Стив, – бросил он мне через плечо и добавил: – Оденьтесь, ваш вид неприличен.

Я остановилась и присмотрелась. Действительно, эту рубашку никак нельзя назвать пуританской, но халат куда-то пропал, скорее всего он в чемодане, и я накинула покрывало с кровати. Оно было длинное и волочилось за мной наподобие мантии.

Это был Фрэнк. Он мерил Энтони взглядом, как и тот его.

– Заходи, Фрэнк, – сказала я, гостеприимно пытаясь отодвинуть плечом Энтони с дороги. Это удалось, но не сразу, он вдруг сам отошел.

Я пропустила Фрэнка и, когда обернулась, то увидела, что Энтони непринужденно растянулся на моей кровати и с задумчивой благожелательностью смотрит на нас, агрессор.

Я попросила Фрэнка присесть и подождать, а сама начала собирать свои вещи. Чулки оказались под Энтони, и он с любезным видом передал их мне.

Я покраснела и, наверно, слишком резко повернулась, из-за этого вконец запуталась в своей мантии и грохнулась оземь, да так чудно, что понадобилось усилие Фрэнка и Энтони, чтобы распутать меня и поставить на ноги.

– Ты в порядке, Лиз? – хором спросили они.

Я с достоинством кивнула и удалилась в ванную одеваться, прихрамывая и потирая вновь приобретенные синяки.

Когда я вернулась, джентльмены не разговаривали и не замечали друг друга, пришлось их представить.

– А теперь, детка, расскажи, что у тебя стряслось, – сказал Фрэнк, закуривая сигарету. Я рассказала. – А что этот тип здесь делает? – спросил он, кивнув на Энтони.