Сандра Мэй - Не было бы счастья...

— Уберите ее отсюда. А ты, тварь, запомни: появишься здесь еще раз — я убью тебя своими руками. И никто меня за это не осудит.

Стоны Абигайль стали тише, но все равно ритмично отдавались в ушах. Налитые кровью глаза Томаса. Ненависть и презрение. Стены сдвигаются.

Она почти с благодарностью посмотрела в бесстрастные лица охранников и повалилась им на руки. Они не проявили ни удивления, ни раздражения. Вежливо и решительно вынесли ее на улицу, осторожно поставили на землю. Убедились, что она не упадет, и ушли.

Ширли прижала пальцы к вискам.

«Мужеубийца!»

Она знала, что этот крик будет вечно звучать у нее в ушах.

Брэнд расхаживал перед отелем, изредка пиная бордюр и поглядывая на часы. Полночь… Где же Ширли?

За последний час он испытал массу разнообразных эмоций, от сожаления, что ввязался в эту ерунду, до гнева на Ширли за ее, черт побери, скрытность. Он и никогда-то не отличался терпением, а уж сегодняшний вечер и вовсе не способствовал воспитанию этого качества. Эта женщина лишила его покоя, и с этим надо что-то делать. Как только она появится, он задаст ей парочку вопросов. И получит ответы! В качестве платы за проезд, блин!

Потом он сидел верхом на мотоцикле, положив подбородок на стиснутые кулаки и рассматривал спящего мальчишку-коридорного. Вот была бы у него такая работенка… Никаких тебе проблем. А деньги… Вообще-то у него их никогда не было. Гонорары исчислялись астрономическими суммами, но он тратил их почти полностью на сиротские и женские приюты Техаса, оставляя себе минимум. Так что не привыкать. А в остальном…

Кто-то бежал по улице, и Брэнд оглянулся на этот звук. Он едва успел слезть с мотоцикла, как из-за угла вылетела Ширли. Из глаз у нее лились слезы, лицо было мертвенно-бледным и осунувшимся, она всхлипывала и подвывала. Выглядела она напуганной до смерти.

Он с размаху поймал ее в свои объятия, и она забилась, не понимая, кто перед ней, застонала.

— Ширли! Это я, Брэнд! Все в порядке! Я с тобой! Ты в безопасности!

Он выпалил это, чтобы она поняла, успокоилась, перестала биться, и Ширли поняла, но тут же зарыдала еще страшнее, правда, теперь уже прижавшись к его груди изо всех сил. Брэнд растерянно гладил ее по голове, то и дела оглядывая темную улицу, по которой она прибежала.

— Что с тобой? Тебя кто-то напугал? Обидел?

Наконец рыдания затихли, и Ширли смогла глухо провыть ему в грудь:

— По… едем в… Ос… тин… пожа… луй… ста…

Рубашка у него на груди промокла насквозь. Она не сказала — домой. Сказала — в Остин. Где ее дом? Что ее напугало до такой степени? Он уже рот открыл, чтобы задать эти вопросы, но она вскинула на него опухшие, красные глаза, и в них была такая горячая мольба не делать этого, что Брэнд сдался. Он осторожно отвел золотые волосы со лба, покрытого испариной, быстро и ласково коснулся щеки Ширли.

— Не плачь. Все нормально. Едем домой.

Ванессе снился москит величиной со слона. Он подлетал к ней и звенел ей в ухо, а потом отлетал прочь. Еще через минуту она рывком села в постели, тупо глядя на часы.

Четверть второго. Что это было?

Да телефон же!

— Алло! Брэнд?

— Твой любовничек не с тобой, верно? Дедуктивный метод творит чудеса.

Ей понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, кому принадлежит этот отвратительный металлический голос, измененный специальной приставкой к телефону. Частный детектив, которого она наняла сначала, чтобы раскопать факты из прошлого Брэнда, затем — чтобы найти зечку-писательницу.

Она его терпеть не могла, но у парня был истинный талант находить тех, кто очень этого не хочет.

— Насколько я помню, ты должен был переключиться с Брэнда на бабу. А о нем я знаю все, что мне нужно знать. Займись бабой.

— Забавно, как бывает тесен мир.

— Я должна догадываться, о чем ты говоришь? Прекрати строить из себя Доктора Зло.

— Было бы неплохо поиграть в шарады. Я нашел твою писательницу.

— Кто она? Где она?

— Минуточку, леди, не спешите, Все по порядку. Ты хочешь знать, где она? В данный момент твой любовник находится так близко от нее, как только может одно тело находиться рядом с другим телом.

— Брэнд ее нашел?!

Трясущимися руками она нащупала мобильный и набрала телефон Билла. Заорала в трубку:

— Брэнд нашел эту заключенную?!

— Ой! Оглушила. Нет, не нашел. А ты почему…

— Когда ты с ним говорил последний раз?

— Пару часов назад, а что…

Она дала отбой и вернулась к первой трубке.

— Ты мне солгал. Или ошибся.

— Нет. Вы все были совсем рядом с ней. Она была прямо под вашими носами. А сейчас, если я хоть что-то понимаю в человеческой природе, она под Брэндом Мэрфи, выражаясь литературно.

— Что ты имеешь в виду, идиот?

— Я имею в виду, что Брэнд не видит леса за деревьями. Он так сильно хочет эту девчонку, что не видит, кто перед ним. А перед ним именно та, которая ему нужна, чтобы протащить свой законопроект. Но сейчас ему нужно только одно — протащить ее в постель.

— Где они?

— Не знаю. Я потерял их в Ривер Оукс.

— Найди их и следуй за ними. Я должна знать все.

— Ничего не получится. Я не подглядываю в чужие койки. Таков уж мой принцип. Я сделал то, зачем вы меня наняли, а теперь сваливаю.

— Не сейчас. Я должна знать, кто она. Где ее найти. Ее историю. Любые мелочи о ней…

— Шерилин Стенхоуп Арбетнейл. Также известна под именем Белокурая Черная Вдова. Также — крошка Ширли из «Чили Коув». Я только что послал вам факс, там есть все детали. Разумеется, кроме позы, в которой она сейчас дает Брэнду. Потому что Брэнд не похож на человека, который способен дождаться, когда задернут шторы и погасят свет…

Ванесса швырнула телефон в стену. Зеркало разлетелось на тысячу сверкающих осколков. Из разбитого телефона доносились короткие гудки.

Раньше она никогда не теряла контроль над собой. Никогда.

Она кинулась к факсу, склонилась над ним, словно ведьма над магическим кристаллом. Факты. Ей нужны только факты.

Из щели показался край листа. Ванесса вцепилась в него, оставляя кровавые отпечатки своих пальцев на белой бумаге…

— Почему мы останавливаемся?

Ширли встрепенулась, и в голосе ее зазвенела паника. Брэнд неожиданно съехал с хайвэя и свернул на второстепенную дорогу, над которой висел нарисованный от руки знак, обозначавший наличие кемпинга или мотеля где-то в глубине соснового леса, куда и уходила дорога.

— Я не собираюсь к тебе приставать, если ты об этом. Мы возьмем две комнаты. Становится холодно, у нас нет курток. Я устал, ты совершенно измотана, и мне вовсе не хочется, чтобы ты свалилась с мотоцикла на ходу.