Сандра Мартон - Здравствуй, счастье

– Вы вовремя. Мне нравится это в женщинах, – услышала она низкий мужской голос и открыла глаза.

– Эдвард, – рассмеялась она, – вы меня испугали!

Да, испугал, но не из-за этого так застучало ее сердце. Оливия снова видела его, и уже не имело никакого значения то, что она решила для себя накануне. Ей нравилось, как он выглядел сегодня – намного привлекательнее, чем обычно, в светло-голубых джинсах и расстегнутой кожаной куртке, из-под которой был виден светло-коричневый, грубой вязки свитер, какие носят рыбаки. Вдруг она вспомнила о прошлой ночи, как они стояли в этом же проеме, растворившись в объятиях друг друга, и ее лицо вспыхнуло.

– Испытываете судьбу? – сказал Арчер. – Я имею в виду, что стоите тут на всеобщем обозрении.

– Стоять в проеме двери еще не значит выставлять себя на всеобщее обозрение. Во всяком случае, я вначале огляделась, прежде чем выйти.

– Понятно. Я сделал то же самое перед тем, как свернул на вашу улицу. – Его плечи слегка передернулись под курткой. – По правде говоря, мне уже надоела эта чепуха.

Оливия чуть заметно улыбнулась.

– Мне тоже. Сегодня утром я хотела просто распахнуть дверь и выйти, будь тут хоть целая армия репортеров.

Эдвард усмехнулся.

– Вы с характером. Мне это нравится. Почему от обыкновенных шутливых слов ей вдруг стало так хорошо на душе?

– Целых два комплимента за какие-нибудь пять минут, – сказала она бесстрастным голосом. – Я потрясена.

Его улыбка стала шире.

– Не надо слишком потрясаться. Это все, на что я способен, пока не выпью кофе. Она не могла не улыбнуться в ответ.

– Другими словами, ваш дворецкий все еще не приступил к исполнению своих обязанностей?

– Другими словами, я хотел пораньше взяться за дела. Нам предстоит дальний путь.

– Дальний путь? В каком смысле?

– Насколько я помню, сегодня мы собирались просмотреть еще кое-какие бумаги Чарлза.

– Нам надо заняться и поисками Риа. Я думала об этом ночью. Не могла уснуть и…

– ..И я. – Голос Эдварда стал мягким. – Я тоже не мог.

Оливия покраснела, когда их взгляды встретились.

– Я думала о наших проблемах, и…

– Я тоже, – он нахмурился. – Мы бьемся над ними так же отчаянно, как собака ищет кость, и ничего не получается. Риа нет, и мы не ближе к развязке, чем были вначале.

– Да, увы.

– Если она «ляжет на дно», держу пари, что там никто не сможет отыскать ее. Единственное, что она будет в состоянии сделать, так это подкупить кого-нибудь, чтобы получить нужные сведения и связаться с газетенкой типа «Чаттербокса».

– Возможно.

– Так что сегодня нам предстоит поговорить с той Риа, которую вы знали много лет назад, когда обе были еще детьми.

– Поговорить? Но я думала… Он осторожно взял ее за плечи и вывел из дверного проема.

– Да. Поговорить. Кто знает, что может всплыть в памяти.

Оливия с сомнением смотрела на него, пока они шли к машине.

– Я думала, мы могли бы заглянуть в галерею, где Риа работает, – предложила она. – Или навестить мистера и миссис Боском.

Эдвард открыл дверцу и помог ей усесться на сиденье автомобиля.

– Мои люди уже побывали в галерее. – Он обошел машину и сел с другой стороны, рядом с ней. – Никто ничего не знает.

– А родители Риа? С ними говорили? Арчер бросил на нее ироничный взгляд.

– Сомневаюсь, чтобы она хоть раз рассказала им что-нибудь об этой истории, – мягко заметил он.

Оливия посмотрела на Эдварда и откинулась на спинку кресла.

– Вы правы, – согласилась она. Он кивнул и включил зажигание.

– Сегодняшний день должен кое-что прояснить, – заверил он. – Вот увидите.

Куда он вез ее? Оливия спросила, но Эдвард отказался отвечать.

– Туда, где нас не найдут «акулы», – вот все, что он сказал.

«К нему домой», – решила она. Но когда они направились по Квинс Мидтаун Туннел, она поняла, что они едут совсем в другое место.

Эдвард сказал, что ехать далеко. Оливия вздохнула. Если ехать далеко в эту сторону, значит, они направляются в один из шикарных курортных городков, которых видимо-невидимо на побережье у Лонг-Айленда. Ист-Хэмптон, Саутхэмптон, Эйме-енсет – красивые места, часто изображаемые на открытках, места, куда съезжаются богачи, чтобы пожить в виллах в виде роскошных замков с башенками, построенных в псевдоготическом стиле.

Оливия снова вздохнула. Да, у Эдварда наверняка есть летний дом, коттедж с несколькими комнатами. Однако на самом деле дом оказался совсем другим. Это прелестное и, судя по всему, комфортабельное жилище в колониальном стиле словно затерялось в роще вековых сосен. Казалось, что оно простояло тут века.

Эдвард остановил машину и выключил мотор.

– Вот мы и приехали, – весело сказал он. Взглянув на нее, он усмехнулся. – Предупреждаю, ваше профессиональное самолюбие может быть задето, когда вы увидите интерьер. Вся мебель – это в основном подержанная рухлядь.

Оливия улыбнулась в ответ.

– Почему вы считаете, что я приму за рухлядь то, что другие называют антиквариатом? Эдвард пожал плечами.

– Я часто подумываю, что надо бы сменить обстановку, но и эта мебель довольно удобная и…

Что-то черное и большое подлетело к автомобилю. Оливия вскрикнула, когда в окне замаячила огромная зубастая морда.

– Боже, – пролепетала она, – что это такое? Страшное существо оказалось собакой, громадным черным чудовищем, которое царапало когтями дверцы автомобиля, словно пытаясь добраться до них.

Лицо Эдварда просияло.

– Гектор, – сказал он и открыл дверцу, чтобы выйти.

Собака, приветствуя его, пыталась положить свои огромные лапы ему на плечи. Растерянно улыбаясь, Оливия смотрела, как Эдвард присел, чтобы огромный пес свободнее мог излить свои чувства к нему. Она отстегнула ремень и вышла из машины:

Эдвард взглянул на нее, смущенно усмехаясь.

– Гектор живет подальше, если ехать вверх по дороге, – объяснял он, пока пес прыгал от радости. – Я знаю его еще с тех пор, как он был щенком.

– Он всегда так восторженно вас встречает? Эдвард засмеялся и встал, продолжая гладить большую квадратную морду.

– Каждый раз. Он это делает от души, разве не так?

Оливия посмотрела на него. На джинсах и свитере были видны отпечатки грязных лап, волосы Арчера спустились ему на глаза; внезапно ее сердце наполнилось невероятной радостью, и она испугалась, что не сможет произнести ни слова.

– Да, – тихо ответила она, – это так. По правде говоря, я решила, что он ваш.

– Хотелось бы. Но я не представляю, что делать с таким псом в городе. Может быть, позже, если я останусь тут навсегда…

Гектор, виляя хвостом, подошел к Оливии.