Сандра Мэй - Поцелуй ангела

Ричард кивнул и молча налил в широкий квадратный бокал на три пальца янтарной жидкости. Сделав большой глоток, он тяжело опустился в кресло и вытянул длинные ноги к огню.

– Я тоже не люблю, но от усталости и боли в мышцах помогает. И согревает. Я замерз сегодня в поле.

– А мы, на удивление, нет. Дождевик – отличная вещь.

– Поле раскисло, там грязи выше колена. Трактор опять сдох, пришлось запрягать лошадь.

– Бедная… в такую погоду… Что я говорю! Ты ведь тоже…

– Да нет, еще тепло, к счастью. Просто у лошадей от сырости копыта становятся мягкими и расслаиваются.

– Как ногти от мытья посуды?

– Ну… примерно. Только без маникюра обойтись можно, а лошади больно наступать. Ладно, это не важно. Близнецы тебя не заездили?

– Что ты! Мне с ними весело. Мы погуляли по лесу, нарвали вереска… Сегодня на ночь будем читать Вудхауса – я обещала Мэри.

– Когда-то это была моя настольная книга – повести о лорде Эмсворте. Собственно, благодаря ей я и полюбил заочно английскую деревню. Несколько не учел, правда, что у кроткого графа Кларенса были и садовник, и свинарь…

Джессика рассмеялась, но быстро умолкла, нахмурилась и уставилась в огонь. Повисла пауза, впрочем, неловкости от этого ни один из молчавших не испытывал. Джессика обдумывала, как начать разговор, Ричард просто наслаждался теплом и покоем. Наконец Джессика решилась – и негромко спросила:

– Можно задать тебе парочку личных вопросов?

Ричард приоткрыл один глаз и ухмыльнулся.

– Попробуй, смелая пигалица Махоуни. Не думаю, чтобы ты боялась…

Джессика наморщила нос, потом накрутила на палец золотой локон и дернула его. Была у нее такая детская привычка.

– Я не боюсь, просто не хочу показаться бестактной. Пойми, мною движет не банальное любопытство, а желание поскорее наладить контакт с твоими детьми – старшими, я имею в виду. Я не хочу причинить им боль, случайно заговорив о том, о чем не следовало бы.

Ричард снова поднес бокал к губам, сделал глоток, а потом негромко произнес:

– Спрашивай. Отвечу… на что смогу.

И тогда Джессика выпалила, сама не зная почему:

– Скажи, кто такая мисс Дарси?

8

Ричард поперхнулся виски и раскашлялся. Справившись с приступом кашля, он возмущенно уставился на Джессику.

– Ну знаешь! Я знал, что ты впишешься в здешнее общество, но не до такой же степени! Что они тебе наговорили?

– То есть кто мне это наговорил, ты знать не хочешь?

– Да кто угодно! Как ты понимаешь, чтобы попасть к нам в дом, нужно проехать всю деревню – интересующимся достаточно выглянуть в окно.

– Да? А если приехать со стороны Барнхеда?

– Мисс Махоуни!…

– Почему ты все время кричишь? Начинаю думать, что та милая женщина была права насчет зверской стороны твоей натуры.

– Джессика! Прекрати. Я готов ответить на все твои вопросы…

– Кроме этого, да?

– Почему? И на этот готов. Просто не понимаю, каким образом он связан с моими детьми.

– Очень интересно. То есть дети сами по себе, а мисс Дарси сама по себе?

– В принципе – да. Они не слишком любят друг друга.

– Потрясающе! И тем не менее она здесь бывает?

– Ну да. Приезжает на несколько дней…

– И он еще удивляется, что не может наладить контакт с сыном!

– А как это связано-то? Уилли вообще предпочитает в это время жить на ферме.

– И ты спокойно его отпускаешь жить одного, в ветхом домишке, в то время как…

– Погоди. Во-первых, там домишко не ветхий, а покрепче этого будет. Во-вторых, Уилли там не один, а со мной.

– То есть как это? А мисс Дарси?

– Ну строго говоря…

– Не увиливай!

– Да ты мне слова не даешь вставить! От чего увиливать? Чего ты наслушалась от этих старых ворон?

Джессика неожиданно поскучнела и отвернулась от вероломного графа. Почему-то хотелось плакать.

– Да наплевать мне на твою мисс Дарси. Я вообще хотела про другое спросить, просто вырвалось…

Ричард поставил бокал на пол рядом с креслом, встал, подошел к Джессике и согнутым указательным пальцем приподнял ее подбородок, заглянул в лицо. Глаза у него вдруг стали шальные и веселые.

– Так-так-так! Кажется, я догадываюсь… Значит, тебя интересует, кем мне приходится мисс Дарси?

– Нет! Да…

– Она очень близкий мне человек.

– Понятно…

– В каком-то смысле мой дом – ее дом, по крайней мере, частично.

– Можешь не продолжать.

– Мы знакомы достаточно давно, чтобы я изучил ее характер, а она – мой.

– Мне неинтересно совершенно…

– Дети к ней привыкли. Не скажу, что любят, но привыкли.

– Можно подумать, ты спрашивал их мнение…

– Ты права, но в каком-то смысле у меня просто не было выбора.

– Избавь меня от подробностей. Это твое личное дело.

– Ну почему же? Ты же собираешься у меня работать? Значит, познакомитесь.

– Совершенно необязательно. Я же прислуга…

– Живи мы в замке, шанс не встретиться у вас был бы, но здесь… боюсь – нет.

– И когда она будет здесь?

– Думаю, ближе к Рождеству.

– Поздравляю.

– С чем?

– Ну… что к Рождеству все решится.

– Ты правда так думаешь?

Ричард не выдержал и прыснул, как мальчишка. Джессика сердито мотнула головой и отвернулась, закусив нижнюю губу, чтобы та не дрожала.

– Джесс…

– Знаете что, мистер Холторп, пожалуй, нам лучше вернуться к более официальным отношениям. Вы – мистер Холторп, я – мисс Махоуни…

– Джесс, посмотри на меня. – Он легко присел на корточки перед Джессикой и мягко произнес: – Ты хотела знать, кто такая мисс Дарси? Ее зовут Алиса… и она родная тетка Мэри, Уилли, Сэма и Сюзи. Мисс Алиса Дарси – родная сестра моей жены.

Джессика развернулась, словно пружина, и изо всей силы стукнула Дика кулачком в плечо. Дик не удержался на корточках и упал на шкуру, откровенно посмеиваясь. Джессика вытянула указательный палец, словно рапиру.

– Ты! Выставил меня полной дурой! Ты смеялся надо мной! Ты нарочно пудрил мне мозги!

– Прости, но ты сама напросилась. Что тебе наговорили? Что мисс Дарси – моя любовница?

– Не хочу больше говорить на эту тему!

– Почему? Тебе неприятно, что она не моя любовница? Или что тебя обманули деревенские сплетницы? Или… причина в чем-то еще?

Его голос изменился. Джессика в смятении посмотрела на Дика – и утонула в странно потемневших траурных глазах. Дик тихо, с расстановкой произнес:

– Поправь меня, если я ошибаюсь, Джессика Махоуни, но мне кажется, что ты меня… ревнуешь!

– Еще чего! Да я знаю тебя два дня…

– Вот и я удивляюсь. Всего два дня – а мы с тобой уже во второй раз ссоримся, как люди, которых связывают долгие и отнюдь не формальные отношения. Два дня – а мои дети уже обожают тебя. Два дня – и мой пес спит у двери твоей спальни. Два дня – и ты уже ревнуешь меня, а мне это нравится… Вот какая удивительная няня досталась мне по воле тети Клементины!