Играя с ветром - Евсения Медведева

со знакомой компанией? А? А если уж идёте искать приключения на задницы, то пить нужно то, что открыто твоей собственной рукой. Запомни золотое правило: в новой компании никогда не пей коктейли, не выпускай бокал из рук и не расслабляйся. Кстати, забыл… Последнее правило – В БАР ОДНОЙ БОЛЬШЕ НИ НОГОЙ! – последнюю фразу мне хотелось проорать ей на ухо, чтобы она усвоила это на всю жизнь! Но смотря в бездонные глаза, переполненные страхом, еле сдержался.

– Так это вы устроили драку? Люська ездила в бар, пыталась видео получить.

– Мы спасали вашу честь и невинность.

– Собственно, ты её потом и забрал, да? – легко рассмеялась она, закидывая голову на бортик.

– Собственно, её ты подарила Юшкову.

– Собственно, я устала тебя ждать! – Ника сжала губы, вспомнив о вчерашнем вынужденном представлении. А я мысленно надавал себе тумаков за несдержанность.

– Прости, Сквознячок.

– Я сейчас снова расплачусь, – она выставила руки, пытаясь прикрыться, но это не могло остановить меня. Взял её за щиколотки и придвинул к себе. Обнял. – Мы с ним почти год встречались… Год! А если он и тогда спорил? Получается, надо мной вся школа дважды смеялась? Лёва, ну почему я такая дура тупая?

– Ты просто доверчивая, Ника. А это благоприятная среда для паразитов вроде Юшкова. Он и в команде ни черта делал, таскался по соревнованиям и на скамейке отсиживался, зато на награждение первым выбегал, – как же не хотелось вспоминать этого придурка, но её взгляд заставил меня погрузиться в воспоминания, покрывшиеся толстым слоем пыли.

Мне парни из команды сразу слили их абсолютно тупой спор. Первым делом рванул начистить ему хлебальник, но Королёв остановил. Поэтому-то мы с Мироном и ходили следом за девчонками весь вечер. Помню, как бесился, потому что вместо того, чтобы обхаживать Зорину, по которой убивался вторую неделю, вынужден был вместе с Мироном ходить следом за малявками. И отлучился-то я всего на пять минут… И уже все случилось.

Прошло почти двадцать лет, а огромные серые глаза Ники до сих пор в памяти отпечатаны. Она так смело схватила меня за руку и пригласила на танец. А когда за её спиной появился этот ублюдок, пазл сложился. Но дерьмо в том, что спорили Юшков с другом, а перед выбором оказался я.

Мне нужно было выбрать ту, кто станет предметом спора. Жестоко. Но я сделал выбор. Не мог отдать малявку ему на растерзание, хотя он все равно свое получил через пару лет… Зорину, кстати, я тоже предупреждал, пытался увести с дискотеки, но эта дура мало того что осталась, так ещё и пошла следом за Славкой. А я впервые получил горький опыт…

– Ника, ты слишком охренительная, чтобы расстраиваться из-за мудаков. Кстати, включая меня.

– А как быть, если ты меня сначала омрачаешь, а потом трахаешь так волшебно, что улететь хочется? – она коварно откинула голову, смахнула слёзы, и её руки опустились на мои ноги. Пальчики стали бегать, то и дело будто случайно касаясь уже болезненно налившейся плоти. – Как быть?

– Зря ты это сказала… Сразу так сильно захотелось омрачить тебя…

– Омрачи, Лёвушка. Омрачи… – Ника устроилась на моих ногах и медленно, дразня, заскользила по члену. Мягкие губки ласкали, она изгибалась и вздрагивала, когда головка ударяла по клитору, а мне хотелось просто кайфовать, наблюдая за этим действом. Выдвинул ящик, бросил на бортик пачку презервативов, мысленно жалея, что это последняя…

– Ты забрал меня из бара? – Ника проигнорировала мой намек, продолжая извиваться. – Что дальше?

– Ты вырубилась прямо там, хорошо, что не весь бокал выпила. Рухнула на пол, что мне было делать? Бар через дорогу, вот я и рванул в квартиру, вызвал частную бригаду, и мы тебя долго откачивали, ставили капельницы, поили и держали волосы, пока ты извергала проклятия, – когда она толкалась вперед, я щипал её за сосок, с удовольствием наблюдая за острой реакцией. Ника закрывала глаза, пальцы с силой сжимали бортик ванны.

– То есть ты мне сначала жизнь спас, а потом трахнул?

– Я бы поспорил, Ветер, кто ещё кого трахнул, – рассмеялся и опустил руку под воду. – Под утро ты пришла в себя и накинулась на меня. Поэтому ты мной воспользовалась, а наутро слиняла из квартиры, добавив мой номер в чёрный список. Как тебе моя картина мира? Уже не так обидненько, правда?

– А ты вечно портишь мои картинки, – Ника сделала глоток шампанского и улыбнулась. – НЕ спорил, не трахал… Может, и наутро не исчезнешь?

– Замолчи и не мешай мне тебя омрачать…

Пальцами развел складочки и стал играть с твердым комочком. Ника застонала, распахнула пьяные от желания глаза, но не остановилась. Пропускал клитор между пальцами, а потом легко входил в нее на одну фалангу, раздразнивая её огонь… Ощущал нежность стеночек, предвкушал удовольствие и её очередной оргазм. Она снова распахнула глаза, прикусила губу и попыталась сдвинуть бёдра… Но поздно было… Сжал её между колен, лишив возможности двигаться.

Я уже понял, что девочка моя краснеет, когда сталкивается с чем-то впервые. Сегодня во время ласки лицо было таким, будто чудо чудное увидела, и сейчас опять…

– Только не говори, что тебя никто не трогал там? – зашептал я, едва касаясь её губ. – Никто не ласкал тебя, Никусь?

– Лёва, вот вечно ты всё портишь. Мог же промолчать? – она шептала, облизнула пересохшие губы и замерла, не понимая, что же делать дальше. Глупая… Ещё не понимает, что уже всё сделала…

– Нет…Ветерок? Ты серьезно?

– Молчи, Доний… И продолжай лишать меня невинности…

– Бедная девочка, – мозг пульсировал, член ещё сильнее, нагнетая яркие сценарии выходных.

Ника уже подалась бедрами, привыкнув к заданному ритму, но я разжал ноги, роняя её на противоположный бортик. Обхватил губами сосок, прижал большой палец к клитору и стал все быстрее и быстрее входить в нее… Там было тесно, горячо и так сладко, что стонали мы оба…

– Я читала, что оральным сексом занимаются те, кто не может удовлетворить свою женщину, – внезапно выдала она, прерываясь на короткие скулящие стоны. – Врут, Доний… Врут…

– Так, конспектируй, заучка, – я ускорился, чуть сгибая пальцы внутри, впитывал её восторг в распахнутых глазах. – Урок номер два… Ничего не читай, а сразу ко мне, мы на практике этот предмет изучать будем.

Это была феерия. Для нее из ощущений, а для меня из эмоций… Смотря в её пьяные глаза, хотелось вновь и вновь упиваться этим взглядом, хотелось чувствовать, как она содрогается, и приручить её удовольствие, чтобы гулять с ней по тонкому лезвию, удерживая на пике ощущений.

– Вот так, моя девочка… Вот