Возьми меня себе - Мария Летова

нового. Пришлось съездить на родину. У того пастуха мозги немного набекрень, но это то, что нужно.

На стол передо мной опускается крошечное фарфоровое блюдце, а на него приземляется соответствующая чашка.

Смотрю на Тину с иронией.

Пряча улыбку, подходит к Дауру и ерошит его детские волосы. Ему не нравится, но Тине плевать, она щекочет его за ухом. Проглотив мужскую солидарность вместе с крепким кофе, убираю ноги со стула, чтобы она могла сесть.

Выпрямляюсь, раздраженно вертя пальцами блюдце.

Протерев ладонью глаз, напоминаю себе о том, что до отъезда нужно заменить видеокамеру на воротах. Эта последняя, и до неё не доходят руки. Не знаю, чем разрешится конфликт в семье Марата Джафарова, но чтобы Мира не решила, я уйду отсюда вместе с ней. В том, что она уйдёт, я не сомневаюсь.

В моей съемной городской квартире, вполне возможно, уже живут бездомные, потому что я не появлялся там восемь месяцев. Заняться покупкой собственного жилья пока нет никакого желания. Обустраивать свой быт - самая минимальная для меня потребность.

Уловив отдаленный хлопок входной двери, прекращаю любую активность, прислушиваясь к дому.

Айза, твою мать, лучше это быть тебе.

Тихие шаги за дверью, заставляют шумно выдохнуть.

Бульканье какого-то варева на плите и кряхтения Даура разрезает звук открывающейся двери. Сжав челюсти, поворачиваю голову.

Впиваюсь суровым взглядом в румяное с мороза лицо и живые кошачьи глаза.

Они застывают на моём лице, а их хозяйка застывает в дверном проёме, стягивая с головы шапку. Одетая в эту свою нелепую шубу, такое же нелепое длинное вязаное платье и всё те же сапоги.

Нежная, хрупкая и отстраненная. Убийственно милая во всей своей нелепости.

Не зная, чего ждать, прищуриваюсь.

В карих глазах вспыхивает опасный блеск, резанув по моему терпению. Смотрит с вызовом. И только когда вскидывает подбородок, глядя сквозь меня, понимаю, что на десять секунд выпал из реальности.

Зараза!

- Привет… - проходит мимо, и это приветствие адресовано не мне.

Тихий голос в сочетании с колыханием воздуха щекочет мой затылок. Так, будто она провела по нему своей рукой и шепнула мне это на ухо. Бурление в крови поднимает мою температуру. От прилива возбуждения сжимаю кулак.

Блять. Твою мать!

- Привет! - непонятно чему радуется Тина. - Ты сегодня поздно.

- Прогулялась в Центре…

Исподлобья слежу за тем, как подходит к Фатиме и целует её щёку.

На запястье болтается прозрачный пакет с огромным ведром попкорна. Чёрные распущенные волосы переброшены на одно плечо и спрятаны под шубой. Запах этой шубы окутывает мой нос.

Айза, чтоб тебя!

Я не видел её сутки.

После того, как она засунула свой любопытный нос туда, куда её не просили!

Я понятия не имею, что творится в её котелке сейчас. Я зол на неё за все те фокусы, которые она вытворяла на этой неделе. И за то, что чувствую вину. Потому что решил потрахаться, и потому что она теперь тоже об этом знает. Это был абсолютно тупой поступок, но это лучше, чем натворить гораздо большего дерьма.

Она чуть не съела меня в порыве своих корявых первых поцелуев. Если дать ей волю, через пять минут она спустит с меня штаны и будет пробовать как ей захочется. Даже не сомневаюсь!

- О, бог ты мой, - заливается смехом Фатима, обнимая и целуя Айзу в ответ. - Я просила горсточку!

- Вдруг, тебе понравится… - лепечет та.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Можно и мне, - хлопает в ладоши Тинатин, вскакивая со стула.

- Садись, поешь, - хлопочет Фати, забирая пакет.

- Эммммм… нет… - быстро отвечает Айза, направляясь к двери. - Я не голодная…

- Да как же! Целый день работала!

- Я не голодная, - повторяет та, проходя мимо меня.

Запустив руку в ведро с попкорном, Тина спрашивает:

- Я завтра собираюсь кататься на коньках. Хочешь со мной?

- Плохая идея, - мрачно подаю голос, глядя на цветочный узор скатерти.

Какие на хрен коньки?!

Замерев у двери, смотрит на Тину через плечо.

- Что за занудство, Максут? - изумляется Тинатин.

- Я хочу, - твёрдо отвечает Айза, полностью игнорируя моё присутствие.

Впиваюсь взглядом в её профиль, вставая. Метнув на меня глаза, тут же отворачивается и выходит за дверь, захлопнув её за собой.

Нам нужно поговорить, чёрт возьми.

В два шага выхожу следом и подхватываю её локоть, нагнав в конце коридора.

Глава 27. Максут

Не реагируя на возмущённый писк, осматриваю холл. В нем приглушённый свет и расфуфыренная новогодняя елка. С виду здесь никого, но в этом доме никогда нельзя быть уверенным.

- Пусти! - упирается, пытаясь вырвать локоть.

Тащу ее за собой в гостиную и подталкиваю к стене, ещё раз осмотрев коридор и лестницу. Отскакивает, задевая плечом горящий на комоде светильник. Присев и выбросив руку, ловлю и аккуратно ставлю на место, заглянув в ее лицо.

Отвернувшись и сопя, смотрит стену.

Блестящие волосы прикрывают одну половину лица, убегая за воротник шубы. Такое лицо я уже видел. В тот день, когда забыл ее в высотке Джафаровых. Уже тогда было понятно, что характер у неё ни хрена не покладистый!

Выпрямившись и отойдя на полшага, кладу руки на бёдра, осматривая с головы до кончиков сапог.

В этой обуви она почти достает макушкой до моего подбородка. Но моё тело в разы крупнее и тяжелее. И это её не пугает. Я сделал для этого всё, что нужно. Сделал так, чтобы она привыкла ко мне, и мы могли спокойно контактировать на занятиях и вообще. Блять. Охрененный план!

Запихнув шапку в карман, продолжает смотреть куда угодно, но только не на меня.

Спрашиваю, хватая ее ладонь: