Пешка для наследника (СИ) - Ковалевская Алиса

Интересно, что её так напугало?

Даня встал и подошел к камину. Дворецкий только недавно принес письма, и у Даниила оставалась надежда, что Вита их ещё не успела просмотреть. Его ОЧЕНЬ заинтересовало, что скрывает их ангелоподобная сестрица. Он схватил стопку и стал быстро просматривать, на чье они имя. Большинство оказалось отцу… какие-то приглашения, счета… и вот…

Даниил довольно улыбнулся, держа в руках большой желтый конверт на имя Оболонской Виолетты. Адрес отправителя…

- Соединенные Штаты Америки, штат Массачусетс, Кембридж, Гарвардский университет, - прочел Даниил, опасливо оглянулся назад, убедившись, что никого нет, и небрежно вскрыл конверт.

По мере прочтения, глаза его раскрывались все шире и шире, а улыбка становилась все более ехиднее.

- Ого-го! - засмеялся он и засунул письмо в карман. - Ничего себе! Виолетта, Виолетта, Виолетта… Попалась, птичка…

Все ещё находясь в приятном шоке от содержания письма, Даня вышел из гостиной, не переставая улыбаться. В голове его мигом созрел план, как использовать это письмо себе на благо, но ему необходимо выяснить кое-что, а узнать это можно только в Америке…

* * *

Если хочешь добиться поставленной цели – ни за что не отступай от неё и используй любые приёмы, дабы достичь желаемого, даже если всё идёт не совсем так, как планировалось…

Маргарита битый час отрешённо смотрела куда-то в одну точку, а лицо её выдавало не самые радужные мысли, посещавшие её голову. Она сочиняла новый план. План, который не должен провалиться. Раз ночь с Крисом ничего не изменила, а, наоборот, лишь ухудшила положение, то…

- Замышляем новый план по завоеванию мира? – вдруг раздался голос прямо за её спиной. Маргарита вздрогнула от неожиданности и обернулась. Перед ней стоял ухмыляющийся Даниил.

- Если б я решила его завоевать, то давно сделала бы это! - мрачно огрызнулась девушка, смерив брата уничтожающим взглядом, который, впрочем, не возымел на него никакого эффекта.

Даниил присел в кресло рядом с сестрой и беззаботно проговорил:

- Конечно, Марго, мир бы в мгновение ока пал к твоим ногам, не устояв перед твоей божественной красотой…

- У меня нет настроения вступать с тобой в дискуссию по этому поводу, - пробурчала Маргарита. - Что тебе надо?

- А разве я не могу просто поболтать со своей сестрой?! – молодой человек изобразил искреннее удивление.

- Нет, - отрезала она. - Говори, что хотел, и уходи.

- Ну хорошо, - Даниил скрестил руки на груди и посмотрел на Маргариту. - Я уезжаю.

- С каких это пор ты докладываешься мне? – брови Марго взметнулись вверх.

- Я хочу тебя кое о чём попросить. - Она смерила брата насмешливым взглядом и усмехнулась. «Боже, Данечка попросил меня об одолжении – какая честь!» - подумала девушка. - Позвони мне, как только Женя вернётся.

- Зачем?

- Не спрашивай, просто скажи: ты сделаешь это? - Даниил нервно скрестил длинные изящные пальцы в замок и внимательно посмотрел на сестру в ожидании ответа.

Маргарита не понимала, в чём дело. Она удивлённо смотрела на брата и искренне недоумевала. Конечно, в её семье все со странностями, но…

- Что ты замышляешь? - прямо в лоб спросила она. - Зачем тебе знать, когда прибудет Женя?

- А ты всё должна знать, да, Марго? Быть в курсе событий?

- Да, - она подмигнула брату. - Я привыкла знать всё обо всех. Так что?

- Я просто хочу узнать, когда она вернётся, - Даниил говорил непринуждённо, однако Маргарита была уверена, что он что-то скрывает.

- Хорошо, Даня, - согласилась она, - но если ты до сих пор думаешь, что она вернётся незамужней, то ошибаешься. У тебя нет никаких шансов, ты же знаешь, КАК Глеб может управлять женщинами.

В глазах Даниила на мгновение вспыхнул огонёк ярости, но тут же угас. Он улыбнулся и проговорил приторно-сладко:

- Спасибо за содействие, сестрёнка. Век не забуду.

После машинально провёл рукой по гладко уложенным волосам и уверенной походкой вышел из комнаты.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Девушка с лёгкой усмешкой наблюдала за удаляющимся братом и гадала, куда же он собрался и зачем, но ничего стоящего не приходило в голову… пока.

Глава 16

Глеб прибыл в особняк около двух часов дня. Однако, остановив автомобиль возле парадного входа, не спешил выходить. Облокотившись на руль, мужчина задумчиво смотрел на входную дверь. За время поездки у него было много времени подумать. Что он скажет Лениному деду? Вопрос! Он так ничего и не решил… Рассказать старику сказку о том, что он по уши влюбился в его внучку за месяц её пребывания в Англии? Осипов не поведется на его сказочки. Он не идиот, в этом Глеб не сомневался.

Что же тогда ему рассказать? Правду?! Глеб злорадно усмехнулся и, выключив зажигание, выбрался из машины. Правда – понятие относительное… Но он просто обязан перетащить Осипова на свою сторону. И Глеб знал, что нужно для этого сделать. Только вот… старик потребует доказательств. Что же, они у него имеются. Глеб медленно поднялся по ступенькам и открыл дверь. Перед ним тут же вырос дворецкий:

- Добрый день, Джефри, - небрежно поздоровался Оболонский. - В какой комнате у нас началось извержение вулкана?

- Добрый день. - На лице дворецкого не дрогнул ни один мускул, когда он показал рукой в сторону: - В библиотеке, мистер.

- Что же, замечательно. - Глеб улыбнулся и последовал в самое «пекло». Он вошел как раз вовремя для того, чтобы успеть разрулить сложившуюся ситуацию в свою пользу.

- Все! Хватит! - кричал Осипов в гневе. - Я больше не собираюсь выслушивать ваши отмазки! Или вы мне говорите, где моя внучка, или я заявляю куда надо! И на этот раз дело не затеряется! Я лично за этим прослежу!

- Не стоит, Петр Степанович, - голос Глеба прозвучал для всех слишком неожиданно.

Мать и отец удивленно уставились на сына, а Осипов недовольно проговорил:

- А Вы кто такой?

- Глеб Оболонский, - представился он, медленно подходя к старику и протягивая руку.

Однако Осипов этот жест проигнорировал:

- А Вы изменились, - неожиданно сообщил он, внимательно изучая Глеба.

Оболонский ухмыльнулся:

- За 19 лет люди имеют свойство взрослеть, Петр Степанович.

- Где Женя?

- Пройдемте в кабинет отца. Пап, - обратился он к Владимиру, - ты не возражаешь, если мы поговорим наедине?

- Нет, если ты сможешь облагоразумить этого человека. Прошу, - и отец жестом указал на дверь своего кабинета.

Ева молча наблюдала за тем, как её сын и этот старик покидают помещение и плотно прикрывают дверь. Интересно, каким образом Глеб сможет успокоить его?! И куда, черт возьми, подевалась эта приживалка?!

- Присаживайтесь, Петр Степанович. - Оболонский жестом указал Осипову на стул и сам присел напротив.

- Ты мне зубы не заговаривай, мальчик. Где Женя?

- С ней все в порядке.

- Я хочу с ней поговорить.

- Это невозможно.

Петр ударил кулаком по столу и заорал, гневно глядя на Глеба:

- Я тебя предупреждаю, щенок! Или я сейчас же получаю ответы на все мои вопросы, или вашей прогнившей семейке не поздоровится!

Оболонский вздохнул и бесстрастно произнес:

- Просто выслушайте меня, пожалуйста, Петр Степанович. И не перебивайте. А потом… потом уж Вы решите, как поступить со всей нашей «прогнившей» семейкой.

Осипов несколько мгновений размышлял над словами Глеба, а потом, усевшись на стул, кивнул:

- Слушаю тебя.

- Устраивайтесь поудобнее, разговор будет длинным… - Глаза его сверкнули, и он начал свой рассказ…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- … Поэтому я Вас очень прошу, ничего не говорите Жене. Сами понимаете, это в целях её же безопасности, - Глеб выжидательно посмотрел на Петра, ожидая от него хоть какой-то реакции, однако старик сидел, словно в оцепенении, не до конца веря в только что услышанное.