Пешка для наследника (СИ) - Ковалевская Алиса

Вдруг по комнате разнеслись звуки мелодии из заставки к сериалу «Семейка Адамс».

Услышав это, Женя оторвалась от Глеба и стала недоуменно озираться по сторонам, не понимая, откуда играет эта музыка. Она удивленно уставилась на Оболонского, подняв брови.

- Телефон, - вздохнул он, отвечая на её немой вопрос. - Кто-то из родственничков звонит.

И тут Женя расхохоталась. Выползая из-под Глеба, воскликнула:

- А я-то думала, что у меня одной возникли ассоциации с этой семейкой!

- Ты о чем?

- Об Адамсах! - сквозь смех выпалила она. - Ну возьми же трубку, вдруг что-то важное!

Глеб нехотя встал и достал из пиджака телефон. На экране высветилось имя «Маргарита».

Ну и что понадобилось сестрице от него? Это ж надо, позвонить в такой момент и все испортить! Марго, даже находясь в сотнях километров, умудрялась портить Глебу жизнь.

- Кто там? - спросила Женя, видя, как Глеб хмуро разглядывает телефон. У его губ залегла недовольная складочка.

- Марго.

- Ответь.

- Не хочу. Потом позвонит.

- Глеб, а вдруг это что-то важное? - резонно предположила Женя, и Глеб, вздохнув, согласился с ней. Нажав на кнопку, он приложил трубку к уху и тут же услышал вопли:

- Черт тебя побрал, Глеб! Почему я до тебя дозвониться не могу?!

- Я занят. Понимаешь?

- Не дура, понимаю, ЧЕМ ты там занят! - голос Марго был злым. - Но у нас проблема!

- Что такое? - он напрягся и краем глаза покосился на Женю. Та, уткнувшись в подушку, внимательно наблюдала за ним. - Минутку. - И Оболонский, набросив на себя халат, вышел из комнаты. Только в коридоре заговорил: - Что произошло?!

- Я прихожу сегодня домой, а там… - Марго сделала паузу для пущего эффекта, - Ленкин дедок примчался в туманный Лондон из своего Екатеринбурга и обвиняет нас в убийстве своей любимой внучки!

- Что?!

- Что-что!!! - заорала Маргарита. - Дед этот, оказывается, звонил Жене, и они договорились, что она приедет обратно, однако, как мы с тобой знаем, Женя до России не доехала, отправившись на побережье с тобой!

Глеб поморщился и убрал трубку подальше от уха, боясь оглохнуть:

- Перестань орать! - грубо потребовал он и заявил: - Скажи деду, что с его внучкой все в порядке, и он может возвращаться.

- Ага, щас, разбежался! Он знаешь, какой буйный у неё! Не успокоится, пока самолично не переговорит с внученькой.

- Если я расскажу ей, что дед приехал, она тут же помчится в Лондон, и мой план полетит коту под хвост!

- НАШ план, - поправила его Марго, на что Глеб тем же тоном повторил:

- Мой план. О твоих планах я ничего не знаю.

- Не поняла, ты хочешь сказать…

- Услуга за услугу, не так ли? - прервав её, заявил он.

В трубке послышалось недовольное бормотание.

- Посмотрю я на тебя через несколько дней… Так что делать-то?

- Разберись как-нибудь с этим дедом, а я постараюсь ускорить процесс.

- Хорошо сказал, Глеб! Просто замечательно! Я что, отравить его должна?! Ну уж нет! Раз собрался жениться на Жене, так и с дедом её разбирайся сам! Приезжай и пудри ему мозги! Я пас!

- Марго…

- Что «Марго»?! - гаркнула девушка. - У меня совершенно нет времени заниматься ТВОИМИ проблемами! У меня СВОИХ по горло! Я исполнила свой сестринский долг и довела до твоего сведения последние новости. А теперь пока-пока! У меня дела! - И она отключилась.

«Черт бы побрал эту взбалмошную девчонку!» -  Глеб со злости ударил кулаком по стене.

Черт возьми! Почему же так не вовремя-то?

Оболонскому понадобилось несколько минут, чтобы взять себя в руки и, как ни в чем не бывало, вернуться в спальню к Жене. Девушка уже поднялась с кровати и в данный момент заправляла её покрывалом. Увидев Глеба, Женя настороженно поинтересовалась:

- Что-то случилось?

- С чего ты взяла? - Глеб нетерпеливо бросил смартфон на кровать и, подойдя к Жене, притянул к себе, зарывшись лицом в её волосы.

Отстранилась, она посмотрела в его взволнованные глаза:

- Помнишь, - улыбаясь, она провела пальцем по его щеке, - ты как-то сказал мне, что глаза – отражение души, и ты можешь видеть в них все, о чем я думаю… Так вот, теперь Я вижу в твоих глазах, что тебя что-то беспокоит. Что тебе наговорила твоя сестрица? Какие-то проблемы?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Оболонский пару мгновений, не отрываясь, смотрел на неё грустным взглядом, а потом кивнул:

- Да, мама приболела немного, и её отправили в больницу.

- Мы немедленно должны возвращаться! - уверенно заявила Женя. - Да, конечно, я к твоей матери симпатии особой не испытываю, но она – твоя мама, и мы должны быть там! А вдруг что-то серьезное?!

- Нет, Жень, давай сделаем проще. Я съезжу домой и вернусь обратно в тот же день, а ты дождешься меня здесь…

- Но…

- Жень, я не хочу прерывать наше пребывание здесь. Так что? Ты согласна?

Женя задумчиво закусила губу. Глеб прав – ей тоже не хотелось уезжать, да и в Лондон возвращаться очень не хотелось.

- Хорошо, езжай, - согласно кивнула она и улыбнулась.

- Спасибо! - Он нежно поцеловал её.

- Я буду тебя ждать. Не задерживайся!

- Я пулей! Туда и обратно. К вечеру вернусь.

- Угу, - прошептала Женя и прикоснулась губами к его губам. Глеб хрипло застонал и впился в её губы поцелуем, крепко прижимая Женю к себе.

Боже, эта девчонка сводила его с ума… Стоит ей лишь дотронуться до него, как он теряет голову, погружаясь в водоворот страстей. Он бы сейчас все отдал, чтобы остаться с ней и никуда не ехать, но… просто необходимо убрать преграду в лице деда. А когда он вернется… она станет его.

Глеб оторвался от её губ и прошептал:

- Женечка, если ты сейчас же не отойдешь от меня, я за себя не ручаюсь, - Глеб красноречиво посмотрел на аккуратно заправленную кровать. Женя проследила за его взглядом и усмехнулась:

- Я была бы не против, - она маняще смотрела в его глаза.

Глеб сделал над собой невероятное усилие и отпустил её:

- Мне надо идти.

Она кивнула, и он вышел, тихонько захлопнув за собой дверь.

Оставшись в комнате одна, Женя нахмурилась. Что-то он не договаривает. Вроде все хорошо, но почему тогда он так стремительно выбежал из спальни, когда позвонила Маргарита? Не доверяет ей? Или у него есть, что скрывать от неё?

«Ну вот, Осипова, опять тебя раздирают сомнения! Ну что он может скрывать от тебя? Ну хорошо, не захотел, чтобы ты слышала разговор с сестрой. Ну, мало ли… Перестань себя терзать! Ты здесь и ты счастлива! Не порть всего!»

Женя упала на кровать и посмотрела в потолок. Она слышала, как хлопнула входная дверь, как зазвучал мотор автомобиля, и ОН уехал.

В образовавшейся тишине её вновь сморил сон. И снова ей снился тот ужасный день со взрывом… Она металась по огромной кровати, несколько раз просыпаясь от собственного крика, и вновь беспокойно засыпала…

* * *

Даниил тайком выбрался из кабинета отца, где все семейство пыталось утихомирить этого дедка, который, не переставая, кричал и обвинял их во всех смертных грехах, начиная от убийства родителей Жени и заканчивая убийством самой Жени.

Даниил воспользовался моментом, когда этот дед собрался звонить в полицию, а отец пытался убедить того не делать поспешных выводов.

Он прошел в гостиную, налил себе виски и наслаждался тишиной. Голова его уже шла кругом от этой семейки, представителем которой он имел «честь» являться.

Парень сделал большой глоток и прикрыл глаза, опустив голову на спинку дивана.

«Да-а-а, жизнь прекрасна… Мой старший братец увез в неизвестном направлении Женю, стерва-сестра не желает говорить куда, мать в истерике от приезда деда… как его там? Петра Степановича? Отец по своему обыкновению пытается всех помирить и успокоить… А Вита…»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вспомнив вдруг о сестре, Даниил устремил взгляд в сторону камина, где лежали сегодняшние письма… Виолетта очень странно повела себя в последний раз. Стоило ему начать просматривать корреспонденцию, как она занервничала.