Элизабет Хой - Любовь и тайна

Погрузившись в свои мысли, Дженнифер не заметила, как прошла по коридору к столовой и распахнула дверь. Столовая была просторной, хорошо освещенной комнатой. Большинство столиков еще были свободны. Молодая пухленькая официантка с круглым личиком и задорным взглядом блестящих глаз проводила ее до углового столика. В зале прислуживали еще две официантки, такие же молоденькие и веселые. С трудом сдерживая хихиканье, девушки словно пританцовывали при ходьбе, так что подносы в их руках наклонялись то вправо, то влево.

«Все еще грезят о львах и тиграх, клоунах и канатоходцах», – подумала Дженнифер. Частенько официантки отрывались от своих непосредственных обязанностей, подсаживаясь к детям у столика недалеко от кухни. Они вновь и вновь делились с ними впечатлениями о цирке. Очевидно, это были дети хозяйки, потому что сама миссис Куин восседала во главе столика. Дженнифер понравилось, как весело и непринужденно официантки болтают со своей хозяйкой. Видно, здесь было принято запросто держаться с теми, кто выше тебя по званию. Вообще, жаловаться было не на что. Столы здесь сервировались аккуратно, а еда оказалась аппетитной и отлично приготовленной. Жаль только вот посетителей у такого хорошего ресторана было мало. Трое или четверо мужчин в твидовых пиджаках обсуждали дневную рыбалку, два священника за столиком у окна молча поглощали свою вечернюю трапезу, а остальные, судя по внешнему виду, были приезжими.

Вскоре Дженнифер заметила и кузена миссис Куин. Он сидел один, уткнувшись в книгу, лежавшую рядом с тарелкой. Почему он не присоединился к своей кузине? Девушка тайком разглядывала нового знакомого. Несмотря на молодость, выглядел он весьма солидно. Так выглядят те мужчины, которые еще в юности крепко встают на ноги. Хотя так ли уж он молод? Его виски уже тронула седина, черты лица были строгими и резковатыми, губы поджаты. Такое лицо может быть у человека, много повидавшего на своем веку и сумевшего преодолеть все превратности судьбы, не сдаваясь и не опуская руки. Теперь, наблюдая, как он сидит, задумчивый, одинокий и отстраненный, Дженнифер поражалась, как мог этот гордец вызваться таскать чемоданы посетителей.

Покончив с ужином, путешественница решила подняться к себе в номер, но тут к ней навстречу поспешила миссис Куин с неизменной улыбкой.

– О, мисс Грэй, я должна извиниться перед вами за не слишком радушный прием, – залопотала она. – Надеюсь, вы не откажетесь посидеть со мной в гостиной и выпить чашечку кофе?

– Спасибо, с удовольствием, – согласилась Дженнифер. Впереди ее ждут не слишком веселые времена. Так почему же не посидеть в хорошей компании? В отелях бывает так одиноко... к тому же очень дорого. И хотя цены в отеле «Куин» вовсе не поражали воображение, если Дженнифер задержится в Дэррили надолго, ей придется искать себе другое жилье.

В гостиной в камине горел огонь. «В августе вечера уже холодные», – пояснила миссис Куин, подбрасывая в огонь два брикета прессованного торфа. Хозяйка пригласила девушку в комнату и указала на широкий диван, перед которым стоял столик с чашками. Это был обещанный кофе. Они остались одни в небольшой, но уютной гостиной.

– Для постояльцев есть комната отдыха, она гораздо просторнее. А эту комнату мы оставили за нашей семьей и используем ее как гостиную, – принялась рассказывать миссис Куин. Дженнифер была польщена ее искренностью. Женщины принялись за кофе, когда в гостиную один за другим подтянулись все шестеро детей миссис Куин. Дженнифер показалось невероятным, что у хозяйки гостиницы такая большая семья. Выглядела она совсем молодо: кожа свежая, без морщин, щеки пухлые и румяные, а в густых волосах ни одной седой пряди. Внешне миссис Куин была типичной ирландкой – круглолицая, курносая, сероглазая и румяная. Полнота ее совсем не портила, даже наоборот, делала особенно миловидной и какой-то уютной, домашней. Наконец разобравшись в том, чего хотят дети, миссис Куин разрешила двум старшим сыновьям покататься полчаса на велосипедах вдоль набережной. Девочки хотели разложить пасьянс; мать усадила их за столик перед окном и вручила колоду карт.

– Какие замечательные у вас дети, – искренне умилилась Дженнифер, смотря, как младшие покорно ушли спать. – Мне кажется, все ирландские дети прекрасно воспитаны. Я заметила это еще в самолете, а затем и в поезде. Никто не ломается, не капризничает, не вопит. Просто ангелочки! И как вам это удается?

Миссис Куин добродушно рассмеялась:

– Наверное, оттого, что у нас, в Ирландии, принято иметь много детей. Поэтому дети и не портятся – некому с ними нянчиться.

– Как интересно, – задумчиво протянула путешественница. – Но мне кажется, причина не только в этом. Стоит над ней подумать.

– Работаете с детьми? – проницательно заметила хозяйка.

– Да, я учительница, – призналась Дженнифер. – Преподаю в большой общеобразовательной школе в графстве Кент.

– А сейчас у вас летние каникулы, и вы приехали в Ирландию, чтобы рисовать, – подхватила миссис Куин. – Я заметила у вас мольберт...

Девушка едва не засмеялась от удовольствия. О, чудесный, прекрасный мольберт! Благодаря ему она сумела скрыть от дотошного носильщика причину своего приезда в Дэррили. Нет сомнений, он еще не раз сослужит ей хорошую службу.

– Вы к нам надолго?

– Хотелось бы, – неуверенно начала Дженнифер. Как потактичнее объяснить радушной хозяйке, что, возможно, ей придется в скором времени съехать из этого отеля?

– Думаю подыскать себе подходящий коттедж, – с опаской продолжала девушка. – Знаете, для того, чтобы писать картины, нужно много места...

– А вам не будет тоскливо одной в коттедже?

– Я привыкла, – ответила девушка. – Я ведь круглая сирота.

Несколько мгновений миссис Куин не могла произнести ни слова.

– Бедное дитя! – наконец охнула она. В ее круглых серых глазах Дженнифер увидела искреннюю жалость к себе. Она сама не поняла, как это произошло, но через минуту уже рассказывала хозяйке о внезапной смерти отца, о том, как она осталась совсем одна. Чувство невосполнимой утраты, боль и горе наконец смогли вырваться на волю. Не только смерть отца угнетала Дженнифер, но и те неприятные открытия, которые за ней последовали.

«Я думала, мы с отцом все знаем о жизни друг друга, – хотелось признаться отзывчивой собеседнице. – Я считала, что заслуживаю его доверия. Но это не так. Я ничего о нем не знала. Даже его настоящего имени...» Вместо этого она произнесла:

– Сейчас я живу в небольшой квартирке недалеко от школы. И у меня есть любимая работа. Время лечит...

– Неправильно вы рассуждаете, – возмутилась миссис Куин. – Не надо ждать, пока время залечит душевные раны. Надо идти дальше. Вы еще совсем молодая. – Женщина сочувственно похлопала Дженнифер по руке. – Как я хотела бы вам помочь, моя милая! – Она посмотрела на дочек, самозабвенно шлепающих картами по столику. «Берите пример с меня», – словно говорил ее взгляд.