Карен Роудз - Сердцу не прикажешь

– Она хочет поговорить по поводу вчерашнего банкета, который я устраивала по заказу фирмы, выпускающей поздравительные открытки. Судя по тону, она осталась недовольна моей работой.

– А разве она чем-нибудь вообще бывает довольна? – спросил Грант, принимаясь собирать обрывки газетной бумаги. – Кстати, сегодня выходной, и ей не мешало бы подумать, что для разговоров на повышенных тонах существует рабочее время.

Элизабет грустно усмехнулась. Иногда она представляла себе, что с наслаждением вцепляется в прическу Мадж Холт и пускает по ветру клочья крашеных черных волос. Как бы Элизабет ни старалась и какие бы замечательные результаты ни приносила ее деятельность, Мадж всегда находила, к чему придраться.

Мадж Холт была создана для того, чтобы третировать окружающих. И она была уверена, что имеет на это право. Элизабет, у которой не хватало смелости противостоять своей начальнице, неоднократно становилась жертвой Мадж. Перед глазами Элизабет мгновенно возникали счета, которые предстоит оплатить за содержание Джейка в клинике, и неуклонно растущие суммы, обозначенные в них. Она слишком нуждалась в работе, чтобы позволить себе рисковать ею.

Паническая мысль, что в эту минуту Мадж, возможно, уже дописывает текст приказа об увольнении, на мгновение парализовала Элизабет. Но она быстро справилась с собой и, скрывшись в прихожей, уже через несколько секунд появилась на пороге в невзрачном шерстяном пальто с перекинутой через плечо сумкой.

– Не беспокойся, Лиззи. Я все приведу здесь в порядок, – крикнул ей вслед Грант.

Но Элизабет уже захлопнула за собой дверь. А через несколько минут она торопливо пробиралась по роскошному торговому центру города, точной копии одного из старинных кварталов Севильи. Морозный январский воздух обжигал легкие. Мелькали бронзовые памятники и фасады зданий, богато украшенные изразцами. Однако поглощенная заботами о своем туманном будущем, Элизабет ни на что не обращала внимания. Бой курантов на башне, возвестивший о наступлении часа пополудни, донесся до ее слуха, как сигнал из иных миров.

Очутившись на другой стороне живописной площади, Элизабет стремительно пересекла деловой квартал Вард Парквей и обогнула большую автомобильную стоянку перед зданием «Парквей Армз Отеля». Сыпавшиеся с небес крупинки снега, словно крошечные иголочки, впивались в раскрасневшиеся от быстрой ходьбы щеки. Подняв воротник, Элизабет направилась к парадному входу в отель, где под навесом праздно мерцал отражающимися в блестящем корпусе огнями белый лимузин.

Роскошный автомобиль у входа в престижный отель вряд ли мог привлечь к себе чье-то внимание. В расчете на состоятельных клиентов здесь имелось несколько собственных машин, которые предоставлялись в прокат. Элизабет заметила на затемненном заднем стекле фирменный знак отеля и направилась дальше.

Вдруг мощный порыв ветра раздул ее пальто, словно парус, и повлек вперед. Пытаясь удержать равновесие, Элизабет вскинула руки и взмахнула ими, словно ветряная мельница крыльями. В это время задняя дверца лимузина распахнулась, и Элизабет по инерции налетела на вылезавшего из салона пассажира.

– Черт побери! – услышала она низкий мужской голос.

Пара сильных рук подхватила Элизабет и, обняв за плечи, прижала к широкой груди. Взгляд девушки уперся в галстук с ярким орнаментом. Запрокинув голову, Элизабет увидела перед собой искрящиеся смехом темные глаза.

– Квинтон Лоренс, к вашим услугам, – галантно представился мужчина. – Можно попросту Квинт.

На мгновение Элизабет утратила дар речи. Она никогда бы не узнала в этом мужчине Квинтона Лоренса. Он не был похож на фотографию, украшавшую обложку нашумевшего бестселлера «Время жить». В первую очередь бросалось в глаза отсутствие очков. «Наверное, он надел контактные линзы», – мелькнуло в голове Элизабет. Без очков взгляд Лоренса казался пронзительным.

Порыв ветра взъерошил густые каштановые волосы над широким лбом. Прижатая к атлетической груди Лоренса, Элизабет невольно ощутила мощь мускулистого тела. Она успела разглядеть дорогой, сшитый на заказ костюм и небрежно наброшенное на плечи черное кожаное пальто. Мужественная красота Квинта произвела на Элизабет сильное впечатление.

– Элизабет Мейсон, – сдавленным голосом наконец выговорила она, овладев собой.

– Мое почтение, Элизабет. – Глаза собеседника слегка прищурились. На губах появилась приветливая улыбка. – Вы только что приехали? – осведомился он.

– Я здесь работаю, – ответила Элизабет.

– Вот как?! Это замечательно.

«Интересно, что он хочет этим сказать», – подумала Элизабет. Попробовав высвободиться из объятий Лоренса, она почувствовала, что его руки только сильнее сжались. Краска залила ее щеки.

– Я перевел из Нью-Йорка в Канзас-Cити свое бюро по изучению трудовых ресурсов. – Лоренс кивнул направо, словно Нью-Йорк находился как раз за углом. – С завтрашнего дня я начинаю в вашем отеле цикл семинаров.

– Да, я в курсе, – ответила Элизабет.

В отеле, вероятно, не нашлось бы человека, которому это не было известно. Хотя Квинтон Лоренс жил в своей квартире в городе, на коммутатор «Парквей Армз Отеля» для него ежедневно поступало не менее пятидесяти звонков. В стране он пользовался огромной популярностью. За последнее время ни одна телевизионная ток-шоу программа, имеющая высокий рейтинг, не обходилась без его участия. Ходили слухи, что обложку следующего номера «Тайм» также должен украсить портрет Квинтона Лоренса.

И вот теперь руки этого человека покоились на ее плечах.

– А кем вы здесь работаете, Элизабет? – осведомился он.

– Менеджером ресторана.

Густые брови заинтересованно изогнулись.

– Любопытно. Ведь параллельно с семинарами я буду ежедневно проводить в зале ресторана сеансы психологического тренинга. Их организация, разумеется, потребует обеспечения.

– Понимаю, – ответила Элизабет. В возникшей ситуации она, казалось, утратила способность изобрести более пространный ответ.

Это развеселило Квинта.

– Если уж вы проявили такую осведомленность в моих делах, Элизабет, не будете ли вы столь любезны, чтобы проводить меня к своему начальству?

– Вы имеете в виду менеджера отеля?

– Я имею в виду его владельца.

Элизабет почувствовала, как от волнения у нее пересохло в горле. «Парквей Армз Отель» был собственностью Джорджа Кина. Как правило, этот бизнесмен не слишком баловал город своими присутствием. Он владел еще четырьмя роскошными отелями, разбросанными в разных частях света. Однако прошедшую неделю Кин провел в Канзас-Cити, о чем возвещал сине-золотой вымпел, развевающийся над зданием отеля.