Елена Веснина - Сила предсказания

Но в это время послышался шум подъезжающей машины, и Буравин успокоился:

— Ну, до этого, похоже, не дойдет! Должно быть, Алешка приехал.

Катя бросилась на лоджию и посмотрела вниз. Она увидела то, что хотела, — жениха Алешу. Когда она уже исчезла из виду, вышедший из машины поднял голову — это был не Алеша, а Костя, выполняющий распоряжение родителей.

Однако Катя уже неслась в прихожую с криком:

— Приехал! Лешка приехал!

— Катя! — предупреждающе окликнула ее мать.

— Тише ты! Убьешься! — поддержал жену Буравин.

Не обращая на них никакого внимания, радостная Катя открыла дверь и замерла, увидев вместо своего суженого Костю. Радостное выражение сошло с ее лица.

— Привет! — сказал Костя.

Всякий, кто побывал в подобной ситуации, знает, как не хочется в таких случаях что-то говорить.

— Что тебе надо? — сухо спросила Катя.

— Ничего. Приехал предупредить, что Лешка задерживается.

Костя излучал спокойствие и доброжелательность. В такие минуты именно за это спокойствие человека хочется убить.

— Спасибо, что предупредил, — подчеркнуто вежливо сказала Катя и попыталась закрыть дверь перед самым Костиным носом, но Костя успел подставить ногу, по которой и пришелся удар. Костя нарочито громко вскрикнул, засмеялся и придержал дверь руками.

— Ну ладно тебе… — примирительно сказал он, и не думая обижаться.

— Ой, извини, я, кажется, тебя ударила? — язвительно спросила Катя.

— Да нет, ну что ты! — Костя смотрел на нее влюбленно.

Тогда Катя еще раз хлопнула дверью. Теперь удар пришелся и по ноге, и по рукам. Но на Костю это совсем не подействовало, наоборот, он улыбнулся и тихо сказал:

— Какая ты красивая, когда злишься…

Сказать по совести, Костя был совершенно прав. Оставшись одни, супруги Самойловы какое-то время помолчали, думая каждый о своем. Наконец Самойлов решил поделиться с женой своими сомнениями.

— С чего это он такой послушный? — спросил Борис.

— Кто? Костя? — переспросила жена.

— Да. То ничего не допросишься, а то вон… сам побежал.

— Так он же любит ее, — пояснила Полина.

— Кого? — не понял Борис.

— Катю.

— Что???

Мужчины, понятно, в таких делах более наивны, чем женщины. Часто им нет дела до тонкостей, нюансов и прочих мелочей в человеческих отношениях.

— Я думала, ты знаешь… — удивилась Полина простодушию супруга.

— Откуда я могу знать? Об этом что, в газетах пишут?

— А ты все только из газет узнаешь? Иногда мог бы раскрыть глаза и посмотреть, что у тебя в семье творится.

Это уже не касалось свадьбы, а затрагивало какие-то давние проблемы и споры по поводу этих проблем. Полина не начинала новый разговор, а как бы продолжала тот нескончаемый диалог, который ведут все супруги с момента вступления в брак.

— С некоторых пор, Полина, я стараюсь не замечать, что творится в моей семье, и ты знаешь почему.

— Не начинай опять.

— Но начала-то ты! Что, нашла предлог, чтобы с Виктором увидеться?

— Боря, да ты что, серьезно? Ты же знаешь, я стала с тобой встречаться уже после того, как рассталась с Витей. И за те 25 лет, что мы вместе, ты не можешь меня ни в чем упрекнуть!

Полина хорошо знала, как прекращать подобные разговоры, и в этот раз ей все удалось. Самойлов действительно успокоился, в конце концов речь-то шла не об их сложных супружеских отношениях, а о детях. Дети — это святое! И муж вернулся к сути начатого разговора.

— Ну хорошо, извини. И что? Давно это у них?

— Давно.

— А что же Лешка? — поинтересовался Борис.

— Может, даже не в курсе, — ответила Полина.

Самойлов подумал о том, что мужчина редко понимает загадочную женскую душу.

— А она-то кого любит? — спросил он у жены.

— Ну Лешку, конечно, — безапелляционно ответила она.

— А Костя — ее?

— Похоже, так.

В этом месте разговор снова перескочил с отношений детей на привязанности родителей, потому что Самойлов не выдержал:

— Видимо, страсть к Буравиным — дело наследственное! — язвительно сказал он.

— Борис! — предупреждающе повысила голос жена.

Но муж уже и сам понимал, что продолжать в таком духе не следует:

— Прости, пожалуйста! Я за Алешку переживаю…

В это же время между Катей и Костей шел разговор не менее напряженный и также связанный с прошлой жизнью. Катя прохаживалась по своей комнате, расстроенная и возмущенная, пытаясь окончательно поставить точки над «i» в отношениях с Костей, которые имели место когда-то, но были совершенно лишними сейчас. Выбор сделан, назад дороги нет, а Костя, как дурачок, делает вид, что он этого не понимает.

— Я же просила тебя прекратить все это…

— Что это?

— Мне надоело, что ты преследуешь меня…

— Да, преследую!

— Ага, попался!

Кате хотелось все свести к быстрому выяснению отношений, чтобы Костя сразу уступил и согласился уйти. Хотелось показать несерьезность их отношений. Так, ерунда, по сравнению со свадьбой и всем, что с ней связано. Хотелось держать несерьезный тон. Но Костя не поддерживал ее игру и говорил очень серьезно:

— Преследую потому, что ты не хочешь услышать меня.

— Что же я должна услышать?

— Катя, неужели ты не понимаешь, что, выходя за него, ты совершаешь ошибку?

Это он, конечно, сказал зря. Люди не любят, когда им указывают на ошибки, действительные или мнимые. И Катя ответила совсем не то, на что он надеялся.

— Нет, я люблю его. А ошибкой были наши встречи с тобой.

— Быть такого не может! Ты не могла разлюбить меня, — в Костином голосе слышалась боль.

— Могла — не могла, а тебе все же придется смириться с тем, что сегодня я выйду замуж за Алешу! — отрезала Катя.

— Не выйдешь, — уверенно произнес Костя.

Уверенность в его голосе была настолько сильной, что Катя невольно замерла.

— А что мне может помешать? Ты? — тихо спросила она.

— Я не могу. К сожалению. А вот шторм может.

Костина уверенность исчезла. Катя успокоилась. Конечно, он ничего не может сделать. Все будет хорошо, именно так, как ей хочется, и волноваться не стоит.

— Меня предупреждали, что Леша может задержаться. Не вижу в этом ничего страшного, — сказала Катя.

— А если он вообще не приедет? — воскликнул Костя.

Так вот чего он хочет! Чтобы от нее отказались?!

— Даже не мечтай! — лишила его последней надежды Катя.

Ощущение третьего лишнего давило на Костю тяжелым грузом, но ведь он-то знал, кто на самом деле здесь лишний. Эта женщина будет его, и только его! Он посмотрел на едва сдерживающую слезы Катю и вышел из комнаты, хлопнув дверью.

Похожий хлопок прозвучал и в доме бабы Зинаиды, потому что ветер резко распахнул окно. Ветер стал гулять по комнате, и одна из бутылей с вином с грохотом упала на пол и разбилась. Пришла Зинаида, закрыла окно и стала переносить тяжелые бутыли в погребок, ворча и причитая: