Влюблённый социопат (СИ) - Эвелина Шегай

забытый городок, где проживают какие-нибудь людоеды. И это ещё в лучшем случае.

— Ну что за ребёнок… насмотрится всяких ужастиков, а потом мать пугает.

— Как будто тебя так легко испугать, — устало усмехнулся Маркус.

Лиа повернула голову к окну и стала безучастно следить за проскакивающими перед глазами толстыми и голыми стволами деревьев. Её тело и разум изнывали от чувства, когда хочется спать, но не можешь и пяти минут вздремнуть: опускаешь веки, а глаза всё равно продолжают отмечать сквозь тонкую кожу редкие вспышки света.

Проснуться в два часа ночи, чтобы доехать до аэропорта, после чего насладиться пятью часами перелёта, ожиданием, пока отец возьмёт напрокат машину, и теперь ещё шесть часов непрерывной езды, — что может быть лучше? Но, к счастью, их поездка подходила к концу, судя по внезапно оборвавшемуся лесу.

Показались первые дома: симпатичные, будто только отстроенные коттеджи. Вокруг некоторых хозяева возвели символический забор — не выше метра, служащий исключительно для отваживания диких животных. У одних был вырыт декоративный пруд, у других — раскинулась клумба с цветами. Маленькие участки при доме не давали широкого раздолья для фантазии, поэтому основные ухищрения сводились к экзотическим в этих краях разновидностям растений.

— Нам очень повезло повстречать доктора Штерна, — певучим голосом снова заговорила Кейла. — Огромная редкость повстречать настолько неравнодушного человека. Мало того, что помог с переездом, так ещё предоставил огромную скидку на свой отчий дом. Существуют же светлые люди.

— Либо выгодно сбагрил халупу, которую долго продать не мог.

— Лиа! — её тонкие брови возмущённо взметнулись вверх, а серо-зелёные глаза отыскали в зеркале заднего вида невозмутимое лицо дочери. — Прикрути-ка ты свой сарказм, милая. Иногда необходимо быть кому-то благодарной и желательно без злых усмешек.

— Кейла, ты порой тоже чересчур уж оптимистична. Я, конечно, не считаю, что он «сбагрил нам халупу», — Маркус в одно движение ловко припарковал машину и повернул ключ в замке зажигания, — но и не думаю, что он такой уж святой человек. Я бы назвал это взаимовыгодной сделкой.

— Вечно ты на её стороне, — буркнула Кейла, раскрыла дверь и покинула салон автомобиля.

Лиа выбралась следом.

Их новый дом выглядел как миниатюрный замок: с правой стороны закруглённый угол восьмигранной башни плавно врастал в здание, а из многощипцовой крыши возвышалась ещё одна — короткая и круглая. Облицовку стен явно недавно обновили, чего нельзя было сказать о выцветшей, местами треснувшей черепице и старинных, ещё деревянных оконных рамах.

На фоне затянувшегося свинцовыми тучами неба строение походило на дом из фильма ужасов, и для полного погружения в мистическую атмосферу не хватало разве лишь заунывного свиста ветра.

— Надо же, дом в викторианском стиле, — задумчиво произнесла Лиа.

— Не хочешь там пожить, принцесса? — мотнул головой Маркус в сторону одиноко возвышающейся над крышей башни с острым куполом, плавно переходящим в декоративный металлический шпиль.

— Я больше подхожу на роль старой злобной ведьмы, — отмахнулась она с ехидной улыбкой, — следовательно, подвал и котёл для зелий — мои.

Дверь соседнего дома с громким хлопком распахнулась, и на не застеклённой летней веранде возникла женщина средних лет. На первый взгляд, она выглядела как бизнес-леди, одетая в строгий деловой костюм. Но по мере её приближения всё больше деталей опровергало первоначальное впечатление: юбка-карандаш оказалась слишком приталенной, обтянув эластичной тканью мельчайшие изгибы пухлых ног, а из-под застёгнутого на одну пуговицу пиджака не выглядывало ничего, кроме нижнего белья. Несмотря на свой возраст, а ей явно было под пятьдесят, она не стеснялась выглядеть вульгарно, и хриплый низкий голос от тонны выкуренных сигарет лишь подчёркивал это.

— Вечерочек добрый. Я ваша единственная адекватная соседка — Мартиша Локксен, — она остановилась всего в метре от Маркуса и плотоядно ему улыбнулась. После чего небрежно кивнула головой на соседний дом и не без нотки отвращения добавила: — Там живёт впавший в глубокий маразм старик. У него сейчас новый виток паранойи из-за его драгоценной и не знавшей улицы кошки — он уверен, что её похитили и теперь пытают в каком-нибудь подвале… Ополоумевший маразматик… А дома на противоположной улице: крайние пустуют, а тот, что как раз напротив вашего…

Её перебил грубый мужской голос:

— Снова обрабатываешь не успевших въехать соседей, Мартиша?

Лиа перевела заинтересованный взгляд на незнакомца, небрежной походкой приближающегося к ним со стороны дороги. Ассоциация прилетела оттуда, откуда её совсем не ждали. Мужчина необъяснимо сильно напоминал одного брутального персонажа из затёртой ею до дыр инди-хоррор игры: Хьюби — массивного дровосека, который в свободное от рубки леса время занимался выслеживанием жертв и изощрёнными убийствами. Вся же суть компьютерного квеста сводилась к тому, чтобы миновать участи быть им съеденной.

— Кейла Лагвури, — запоздало отреагировала Кейла, обратившись к Локксен, а затем посмотрела на остановившегося возле них мужчину и, указав рукой в сторону семьи, добавила: — А этой мой муж — Маркус, и дочь — Анналиа.

— Хьюго Бьёрк, — здоровяк протянул для рукопожатия массивную ладонь Маркусу, выглядящему на его фоне совсем юным мальчишкой. Он и так казался Лии слишком молодым для того, чтобы быть её отцом, а когда перед глазами находился такой яркий контраст: бородатый и коротко стриженный — она не удержалась от их сравнения.

— Когда же тебя кто-нибудь правилам хорошего тона научит, скотина, — сквозь зубы выплюнула Мартиша, не глядя на Хьюго. Она достала из кармана пиджака тонкую пачку «Мarlboro» и одним нервным движением вытряхнула фильтр сигареты, который тут же накрыла ярко-красными губами.

Маркус неловко улыбнулся и позволил стиснуть в мозолистой ладони свои длинные и тонкие пальцы, после чего заговорил, обращаясь к Бьёрку:

— Должно быть, здорово жить в маленьком городке – каждый друг друга знает. Мы сюда перебрались прямиком из центра шумного мегаполиса. Решили, так сказать, кардинально сменить образ жизни. И как-то немного непривычно, что люди столь общительны и дружелюбны.

— Насчёт маленького городка — обижаете. У нас почти сорок тысяч населения! Это очень даже внушительная цифра для Идляндии. Вы же переехали из Титановой долины? Акцент. Он вас ещё долго будет выдавать. А остальное дело наживное — к хорошему быстро привыкаешь.

Краем глаза Лиа заметила движение сбоку: по тротуару с их стороны приближался парень примерно её возраста. Он быстро перебирал ногами в неряшливого вида джинсах, словно едва себя сдерживал, чтобы не перейти на бег. Из-под надетого на голову капюшона серой толстовки торчали русые