Реши это - Мэри Калмз

– Да, – заверил я его.

– Ударь его, – приказал он Шоу, который захихикал. – Знаешь, – сказал он, вернув внимание на меня, – до того как Бранн и Крой ушли, с тобой было весело общаться.

Нэш Миллер был, пожалуй, самым спокойным, добрым и покладистым парнем, которого я когда-либо встречал в своей жизни. Было бы здорово, если бы мой хмурый взгляд испепелил его.

– Ты обманул нас, заставив полюбить тебя, когда ты был очаровательным, и мы все хотим вернуть того парня. Мы все надеемся, что он появится.

– Я бы не стал ждать чего-то подобного, – ехидно сказал я.

– Отстань, Барнс, – проворчал он, и его глубокий, хрипловатый голос успокаивающе подействовал на мои расшатанные нервы. – Тебе нужно поскорее отвлечься, потому что ты уже вывел Кроя из строя, а остальные начнут падать как мухи в любую секунду.

Я вздрогнул, и мой голос стал низким и угрожающим.

– Можешь поцеловать меня в задницу, Нэш. Я не имею никакого отношения к тому, что Крой ушел...

– Лок.

Я повернулся, чтобы посмотреть в сторону входной двери, и вот, пожалуйста, мой босс, Джаред Колтер, стоит с мужчиной и двумя женщинами, и все они смотрят на меня.

– Блядь, – выругался я себе под нос.

Я совсем забыл, что в то утро клиент проходил собеседование. Джаред сообщил нам об этом еще вчера и сказал, что они будут работать в нашем конференц-зале. Конечно, когда они уже были готовы начать, именно я был пойман на том, что вел себя как засранец. Так оно и было, но все же. Единственный человек в мире, чье доброе мнение мне было нужно, - это Джаред Колтер, но, судя по тому, как он на меня смотрел, я чувствовал себя так, словно наступил в кучу собачьего дерьма.

– Ты проснулся, – сказал Джаред своим голосом, который доносился до любого места, где бы ты ни находился, а затем оседал в груди, словно вдыхая холодный воздух. Мысль о том, чтобы разочаровать его, причиняла физическую боль, и, судя по тому, как на меня косились, я догадывался, что уже разочаровал.

Я ненавидел его. Мне было тридцать пять лет, черт возьми. Я не должен был беспокоиться о том, что, черт возьми, думает обо мне мой босс как о человеке. Как о сотруднике? Конечно. Но не как о человеке.

Встав, я указал налево, на двойные двери, которые вели по короткому коридору в конференц-зал.

– Там?

Он кивнул.

Я подождал, пока он дойдет до дверей, и придержал одну сторону открытой, чтобы все могли пройти раньше меня. Когда Джаред подошел ко мне, мне пришлось задрать голову, потому что, хотя я был высоким, мой босс был массивным. Темные угольно-серые глаза были еще темнее, чем обычно, когда он сверкал на меня взглядом.

– Это не моя вина, – проворчал я, защищаясь и чувствуя, как раздраженно звучат мои слова. – Шоу сводит меня с ума.

Он хмыкнул.

– Я…

– Сегодня утром придет подруга Кроя, которая раньше работала в УБН в Гвадалахаре, Элла Гузман, хочет поговорить со мной о том, чтобы занять его место, так что в зависимости от того, как долго это будет продолжаться, мне, возможно, придется выйти.

– Я думал, она живет в Сан-Франциско, – сказал я, потому что встретил ее на свадьбе Кроя, где мне пришлось выступать за него, меня и его приятеля Серджио, и она сказала мне, что после двух лет, проведенных вдали от семьи, она собиралась на некоторое время вернуться домой.

– Так и было, но, видимо, ей нужны были большие перемены, а быть агентом УБН, как выяснилось, она больше не может. Да и вообще, ни на какие правоохранительные органы она не способна.

Я это понимал. Я проработал копом тринадцать лет после окончания колледжа в двадцать один год, и, когда это стало слишком, на меня обрушилось все разом.

– Лок?

– Да? – пробормотал я, несчастный и уставший.

Накануне вечером я был в засаде вместе с Купером Дэвисом, и она продолжалась до трех часов, когда парень, за которым мы следили, наконец-то закончил и отправился домой с двумя стриптизершами, вместо того чтобы сжечь ресторан, как он угрожал. Он и его брат вымогали у нашего клиента деньги за покровительство, и пока Нэш и Раис возились с милой парочкой, следя за тем, чтобы мужчина, его жена и их новорожденный ребенок были здоровы, мы с Купом в поте лица носились по городу - в Чикаго ведь был июнь - следя за Марио «Факел» Риотта и его командой из одного захудалого заведения в другое.

На следующее утро Куперу пришлось явиться в суд присяжных, поэтому он отсутствовал. Бедный ублюдок.

– У тебя есть что сказать о Гузман?

– Нет. Она показалась мне милой, когда я встретил ее на свадьбе Кроя, – ответил я.

Он выглядел удивленным, как будто то, что я не угрюмый ублюдок, было сюрпризом. Это было не очень хорошо. Это говорило обо мне нелестные вещи. Единственная положительная сторона его пристального взгляда заключалась в том, что он смотрел на меня, уделяя мне все свое внимание, а значит, и я мог делать то же самое в ответ. Его серебристые глаза, седые пряди в коротких густых светлых волосах, щетина на сильной квадратной челюсти - он был одним из тех, на кого мне нравилось смотреть. Я понимал, почему в него был влюблен совсем юный Оуэн Мосс.

Оуэн был нашим механиком, техническим специалистом, чинившим все аппаратное/программное/какое угодно оборудование. Если что-то работало на любом чипе, от телефона до автомобиля или спутника, Оуэн мог взломать его, перепрограммировать и заставить выполнять свои злые приказы. Все это было выше моих сил. Меня, да и всех остальных, раздражало то, что, когда Оуэн считал, что вы не в состоянии что-то понять, он бросал на вас жалостливые взгляды. Единственным человеком, с которым он никогда не разговаривал свысока, был наш босс.

Я знал почему.

Оуэну, без сомнения, нравился Джаред Колтер.

Я мало что знал об Оуэне, но за все время знакомства с ним заметил, что он легко пугается, как дикая кошка: все его тело вздрагивает и тут же отшатывается. Очевидно, у него была какая-то травма, но с Джаредом все прошло. Он был единственным, кто мог подойти к Оуэну, толкнуть его, прислониться к нему или, не дай бог, съесть с его тарелки. А