Развод. Моя (не) желанная (СИ) - Зорина Лада

Но есть планы, а есть реальность. И она не стесняется вносить в твои планы безжалостные корректировки.

Очнулась я в восемь утра от громкого стука во входную дверь.

Сегодня… вторник? Вроде бы вторник. Поставщик удобрений для восточной части сада приедет не раньше четверга. Я точно помню, что мы на четверг договаривались. Так кому там не спится?

Я махнула рукой выглядывавшей из дверей своей спальни Ули, мол, не суетись, я открою.

Даже халат поверх не натянула. После вчерашнего балагана чувствовал себя настолько разбитой, что всё было сейчас ни по чём.

Может, доставка гравия? Я для садовых дорожек заказывала и…

— Какого чёрта? — из распахнувшейся двери на меня дохнуло осенней прохладой и преступно дорогим парфюмом. Весь дверной проём заняла могучая фигура Громова, смотревшего на меня, как на врага.

Карий взгляд скользнул вниз, и я с ужасающей отчётливостью поняла, что моё тело естественным образом отреагировало на холод.

Стянув на груди пижамную футболку, я застучала зубами:

— Т-т-тебе чего надо?

— Митина, ты сдурела? — он поднял взгляд от моей футболки. — Марш в дом, идиотка! Ты забыла про уговор? После свадьбы ты живёшь в моём доме!

— Девицу свою попроси! Вот пусть она с тобой и живёт! — какого-то чёрта рявкнула я и попыталась закрыть дверь.

Попыталась.

Но не сумела.

Глава 4

— Яр?..

— М? — он лениво чертил на спине Илоны невидимые узоры. Эта ненасытная женщина знатно его укатала.

И он был не против. Ему требовалось стряхнуть с себя неимоверное напряжение последних дней.

Всю эту дикую кашу, которую они от безысходности заварили.

— Эта твоя свадьба ведь ничего не изменит? Ты же не променяешь меня на эту… там же ни кожи, ни рожи. Страшненькая.

Ему вспомнились светлые локоны и выразительный взгляд. Ну, не красавица, может, но не страшная, это уж точно. Хотя сложно сказать, когда помнишь её ещё тощей, угловатой девчонкой со стёсанными коленками.

— Брось. Иначе подумаю, что ты ревновать вздумала.

Илона приподнялась на локте, уставилась ему в глаза едва ли не умоляюще.

— Нет, Яр, я серьёзно. Ты же теперь на жену свою не переключишься?

— Я сейчас где? — вместо ответа вопросил он.

Она улыбнулась.

— То есть ты с ней… вы с ней вообще — нет?

Ярослав закатил глаза и вздохнул:

— Я её голозадой девчонкой помню, бегавшей по нашему саду, как сумасшедшая. Алька — наша прислуга. Как были её родители, и родители их родителей, и так далее. У Митиных с Громовыми длинная история, которая тянется на пару веков назад. И нет, я с ней вообще — нет. Моя женитьба на ней ничего не изменит. Этот брак мне нужен для бизнеса. Это всё, что тебе положено знать. Ясно?

— Ясно, — успокоилась она после его экспресс-экскурса по ситуации и снова легла к нему под бок. — Потому что я делить тебя с этой блондиночкой не намерена.

— А вот давай я сам буду решать, с кем себя делить, — нахмурился он. — Мы с тобой договаривались. Чистый секс. Никаких лишних привязанностей.

Илона снова на него посмотрела, надула и без того пухлые губы:

— Ну а, может, я уже не считаю их лишними.

— Не мои заботы.

Зелёные глаза прищурились:

— Ну ты и холоднокровное, Громов. Правду о тебе говорят: тело у тебя горячее, а сердце — ледяное.

— Ого, — хмыкнул он. — Так обо мне говорят?

Илона пожала плечами:

— Можно подумать, армия твоих бывших будет держать язык за зубами. Столичная тусовка ненавидит тебя и обожает по одним и тем же причинам. Ты умудряешься быть её частью и оставаться недоступным. Как у тебя это выходит?

Настал его момент пожимать плечами:

— Врождённый талант.

Врал, конечно же.

Навык. Умение выживать. Никого не подпускать достаточно близко, чтобы этот кто-то после тебя не уничтожил

В мире больших денег и власти подпускать к себе всех без разбора — так себе, если честно, стратегия.

Как и стремление понравиться всем.

Доброта не работает. Искренность смертельно опасна.

Чувства — яд. Одинаково эффективно убивают и тебя, и окружающих.

Прибавить ко всему этому то, что последний год был непростым. Нет, не непростым. Последний год был сплошным, непреходящим кошмаром. Гибель родителей. Жуткие новости об оставленных ему в наследство долгах. Лихорадочные поиски выхода из положения… И потом ещё это. Свадьба на пигалице из фамильного сада.

Звучало как бред.

Как бред сумасшедшего.

Как бред пьяного сумасшедшего, ещё и на чём-то сидевшего.

Но, может, крайняя идиотичность ситуации сыграет им на руку. Может, представители «Фонда Наследия» ни за что не поверят, что Громов, будучи в своём уме, совершенно осознанно решился на подобную авантюру.

К слову об авантюре. Удовольствия удовольствиями, но и про обязанности забывать нельзя.

Он скосил глаза на прикроватную тумбочку — будильник высвечивал семь утра. Самое время начинать готовиться к спектаклю под названием «Теперь я женат».

Чем раньше начнётся спектакль, тем раньше закончится.

Он наверняка и глазом моргнуть не успеет, как проект окупится, он приведёт в порядок дела и с чистым сердцем подаст на развод. Этот бред закончится. И он забудет о нём как о дурном сне.

Но пока…

Пока ему придётся строить из себя если не примерного, то хоть какого-нибудь, типа, мужа.

— В душ, — скомандовал он Илоне. — Тебе в офис пора. И у меня сегодня дел полно.

— Жестокий, — протянула Илона. — А знаешь, что?

— Что? — он поймал её смеющийся взгляд.

— Выходит же, что я даже больше твоя жена, чем твоя бледная блондиночка. Ты ведь со мной свою первую брачную ночь провёл, а не с ней.

Ярослав скривил губы:

— Тебя этот факт каким-то образом утешает? Заводит? Радует?

— Вероятно, всё сразу, — хихикнула Илона и голышом поскакала в душ.

Яр откинулся на подушки. На душе было не сказать чтобы светло.

Зачем-то вспомнилась вчерашняя дурацкая ссора с Митиной в коридоре.

Девчонка сверкала глазами и что-то там ему выговаривала. Он и помнил-то плохо.

Башка гудела от произошедшего.

Надо её разыскать и поговорит по-людски.

Нравится или нет, им вместе тянуть эту лямку.

Нужно искать какие-то компромиссы.

А полчаса спустя он, матерясь сквозь зубы, уже шагал к коттеджу садовников Митиных на самом краю угодий Громовых.

К чертям компромиссы! С этой занозой они не сработают!

Глава 5

— Даже не думай!

Широкая ладонь впечаталась в дверь и оттолкнула её с такой силой, что я едва кубарем не покатилась вглубь прихожей.

— Вали отсюда, Громов! — ощетинилась я, не оставляя бесполезных попыток всё-таки оттеснить его от порога и закрыть дверь.

— Какого чёрта ты этот цирк разводишь? — прорычал незваный гость и, очевидно, устав от моих потуг от него избавиться, шагнул в коттедж и запер за собой дверь.

Тёмный взгляд метнулся поверх моей макушки, и тучи на его лице на мгновение разошлись:

— Привет, красавица. Не против, если мы с твоей сестрой наедине поговорим?

Я обернулась. Стоявшая на выходе из коридорчика в наши спальни Уля переводила круглые глаза с Громова на меня и обратно.

Я смахнула со лба прядь, вывалившуюся из лохматой после сна косы, и кивнула двоюродной сестре, мол, всё в порядке.

Уля кивнула в ответ и умчалась в свою комнату.

— Тебе заняться нечем? — прошипела я. Тело начинало вибрировать от резкого выброса адреналина. — Какого чёрта ты мне с самого утра жизнь портишь? Свадьбу сыграли? Сыграли. Я свою роль выполнила? Выполнила. Так и отвяжись от меня хоть ненадолго! Возвращайся в постель к своей как-её-там.

— В твоей башке хоть какое-то представление о логике существует? — рычащая двухметровая гора мускулов надвинулась на меня, будто Громов намеревался силой мне втолковать то, чего я ещё не уяснила. — По условиям договора, с этих пор ты живёшь под моей крышей! То ты мне о правилах напоминаешь, то сама же их нарушаешь! Мне сюрпризы сейчас ни к чему!