Мирра Хьюстон - Охваченный огнем

Джо захотел сам сесть за руль, и Лора позволила, посмеиваясь про себя над стремлением мужчин распоряжаться всяческими имеющимися под рукой механизмами. Но когда они двинулись в путь, улыбка сбежала с ее лица. Что, если это снова желание главенствовать? — встревожилась она. Стоило им достичь взаимного согласия, и Джо тут же захотел ее опекать. А ее необдуманная уступка уже создала прецедент…

Но ведь то всего лишь машина, поразмыслив немного, решила Лора. Нет, Джо Лоузи ни в чем не напоминает Кена Бойла. И нет никакой причины спорить с ним из-за каждой мелочи.

Лора надела солнечные — очки и откинулась на спинку красного кожаного сиденья. Кружевные тени от придорожных деревьев скользили по ее запрокинутому лицу. Все хорошо, твердо сказала она себе, все будет хорошо.

К маленькому домику Лоузи они подъехали уже в сумерках. У Лоры бурчало в животе от голода, еще когда они въезжали в пригород, и Джо пообещал ей плотный, хотя и приготовленный на скорую руку домашний обед.

В блекнущем вечернем свете можно было разглядеть дом из желто-коричневого кирпича, выстроенный в фермерском стиле, с множеством окон, обведенных черно-белыми полосами. Кусты по обе стороны мощенной плитами дорожки давно нуждались в стрижке, но траву на маленьком газоне недавно скосили. Джо признался, что редко бывал дома во время летних каникул — в это время он, как правило, участвовал в раскопках где-нибудь за тысячи миль отсюда — и что дом служил ему скорее перевалочным пунктом.

Убранство коттеджа приятно удивило Лору. Хотя белые, без всякого орнамента стены и выглядели бедновато, но деревянные полы устилали мохнатые коврики цвета осенних листьев, в гостиной стояли простой, но элегантный обеденный стол и мягкая кушетка песочного цвета, достаточно длинная, чтобы на ней можно было с комфортом вытянуться.

Джо принес гостье бокал вина и снова исчез на кухне. Лора обошла комнату, потрогала археологические трофеи — африканскую маску, несколько глиняных черепков и старинную серебряную монету — они лежали на полках в уставленном книгами шкафу, занимавшем всю стену комнаты. Она нашла отделанную кафелем ванную и вымыла руки, потом села на раскладной парусиновый стул у окна и, отпивая вино из бокала, принялась размышлять, разумно ли поступила, согласившись на свидание на чужой территории, и есть ли у нее основания держаться настороже. Потом она представила глаза Джо, его ямочки, его губы, покрытые великолепным загаром руки. Вспомнила о его ненавязчивом юморе, интеллигентности, здравом уме и самоиронии. О его смелости, строгих нравственных принципах и способности великодушно прощать. И решила — пусть будет все, что будет. Все, кроме одной вещи, о которой и думать не хочется. Господи, сохрани от слепого чувства. Дай мне телохранителя от надуманной любви!

Лора вошла на кухню в тот момент, когда Джо отправлял в духовку кастрюльку с шестью фаршированными сладкими перцами — по два красных, жёлтых и зеленых.

— Как же вы сумели так быстро все это приготовить? — спросила она подозрительно.

— Я немного слукавил, — признался он. — Эти перцы лежат у меня в холодильнике со вчерашнего дня.

— И вы всегда вот так для себя готовите?

— Изредка, когда бываю дома. — Он положил на доску три чесночных зубчика и взял большой кухонный нож. — Но вы лучше меня поймете, если когда-нибудь попробуете ужасную пищу, которую мы готовим себе в походной печке в экспедиции. А это для приправы. Он нажал ладонью на лезвие ножа и раздавил чеснок. Лора уселась и, забыв о хорошем тоне, поставила локти на стол.

— А я ничего не понимаю в кулинарии, — весело сказала она. — Бабушка и мама предпочитали держать нас с Сью подальше от кухни. Они боялись, что мы затеем какую-нибудь шалость и рассердим нашего французского повара, который был очень вспыльчив. — Она поразмыслила. — Но мы все равно умудрялись напроказничать, поэтому, наверное, повар и бывал таким вспыльчивым. Так что они могли с тем же успехом и попросить его немного поучить нас готовить.

Пока чеснок шипел в масле, Джо ловко нарезал помидоры и лук-порей.

— У вас есть сестра? — спросил он, высыпая овощи в сковородку.

— Да, она носит фамилию родителей — Мортон.

Интересно, подумал вдруг Джо, захочет ли Лора когда-нибудь стать миссис Лоузи? Он добавил на сковороду каперсов и все тщательно перемешал. Нет, не надо забегать вперед. Пустые мечты! Лора вовсе не бездумный мотылек, каким хотела казаться, и все-таки, как ни старайся, трудно представить ее в роли степенной супруги. Силой воображения он, правда, мог поместить ее в свою постель, и то на очень короткое время.

Как заставить ее остаться подольше? Если бы найти подходящий предлог…

— Расскажите еще о своей семье, — попросил он.

— Наши родители почти все время бывали в отъезде, и мы со Сью жили с бабушкой и дедушкой. Они были людьми очень строгих правил и старомодных привычек. Нас пичкали рыбьим жиром, и считалось, что при этом мы должны улыбаться от счастья. Но на самом деле главой нашей семьи остается прадедушка Мортон. Он до сих пор жив, ему девяносто шесть лет, но он прикован к постели. В детстве он представлялся мне страшным огнедышащим драконом.

— О, значит, ваш покойный муж был не первый, кто стремился вами управлять.

Лора слегка нахмурилась.

— Наверное, нет… — Она вымученно улыбнулась: — Вы понимаете, почему я так рвалась к свободе? Но, возможно, хватила ее через край…

— И хорошо. Вы это заслужили. — Он говорил это искренне, но сейчас, наверное, хотел еще и отвлечь ее от неприятных мыслей. Он попросил Лору от-.крыть консервную банку с тунцом, а сам достал из духовки готовые перцы, смешал с рыбой спагетти, добавил шафрана и натертой лимонной цедры, разложил все по тарелкам, и они понесли угощение на обеденный стол.

Отложив самоанализ на потом, Лора с жадностью поглядывала на еду. Джо вернулся на кухню за вином. Гостья обмакнула ломоть хлеба в оливковое масло, которое заодно принес Джо, и подцепила вилкой большую порцию пасты.

— Вкусно, но уж очень много чесноку, — сказала она, приподнимая брови и глядя на Джо через стол. Он с улыбкой передал ей блюдо с разноцветными перцами, фаршированными сыром.

— Вы знаете, как говорят о чесноке? Его последствия сводятся на нет, если мы станем есть его оба. У Лоры дрогнули ресницы.

— Тогда ешьте побольше, дорогой Джо.

Оба энергично набросились на еду. Едва успевая прожевывать, Лора поинтересовалась, кто учил Джо готовить. Наверное, мать?

— Оба родителя. Отец итальянец, мать испанка, и они все время соревновались в приготовлении национальных кушаний. Любое мало-мальски подходящее событие у нас в семье отмечалось фестивалем средиземноморской кухни. Если вы любите сладкое, у меня в холодильнике есть еще и десерт. — Он добавил с небрежной усмешкой: — Неудивительно, что четыре мои сестрицы вместе весят полтонны.