Джейн Мэй - Он, она и собака

Однако сама площадка мне не понравилась. Это было довольно небольшое пространство со скамейками и деревянными помостами для тренировок. Здесь было полно собак, причем почти каждая оказалась психованной.

Джейн потянула за поводок:

– Тебе понравится, Майлсик. Будет весело.

Ага, но не так, как я люблю веселиться.

Я отказывался идти в этот ад. Присоединяться к безумцам, которых было слишком много, – увольте!

– Неужели не хочешь поиграть?

Нет.

– Какой застенчивый. Даже удивительно.

Дело было не в ложной скромности. Просто меня раздражали чересчур активные четырехпалые создания, носившиеся кругами по площадке и поднимавшие тучи пыли.

Я решил, что буду их игнорировать. Возможно, в этом случае на меня не обратят внимания, подумал я. И ошибался.

Первым, кто проявил ко мне интерес, был лохматый терьер невнятного происхождения. Он подлетел и замер столбом сбоку от меня. Только выпученные глаза и мотыляющийся туда-сюда хвост указывали, что терьер все-таки не умер стоя.

– Смотри, Майлс. Ты ей нравишься.

Не ей, а ему. И кстати, мне этот болван не нравился совершенно.

К терьеру присоединились еще несколько мелких прохвостов. Терпеть не могу, когда на меня оказывают давление. Особенно такие жалкие существа, что наводняли собачью площадку. Пошли вон!

Я зарычал, обнажая зубы.

Идиоты ничего не поняли. Оставалось объяснить им на пальцах. В смысле на лапах.

Я рванул зубами бок терьера и налетел на пекинеса, который тотчас жалко захрипел, словно астматик. К нам бросились несколько возмущенных людей.

– На нашей площадке не приветствуется агрессивное поведение.

– Здесь не место неуравновешенным собакам.

– У вас ужасный пес!

Почему-то я был уверен, что если б Джейн была обладательницей хвоста, она бы поджала его между ног.

А вот меня все устраивало. Особенно то, что нас прогнали с собачьей площадки.

Джейн говорила по мобильному и не всегда замечала, что тянет меня за собой, не давая оставить ни единой метки. Создавалось мнение, что болтовней она заполняет душевную пустоту.

Стоило нам зайти в квартиру, как зазвонил домашний телефон.

– Миа! Привет, милая! Нет, я только вошла. Как Барселона?

Джейн села на кровать. Я развалился на полу и перекатился на спину. Мне было жарко, к тому же хотелось, чтобы почесали животик. Однако Джейн озабоченно кусала ноготь.

– О, как здорово… неужели? Ухты! Твой отец тратит деньги так, словно завтра никогда не наступит… не глупи, я рада, что он тебя развлекал.

Нежность в голосе хозяйки начала меня убаюкивать, я закрыл глаза и удовлетворенно вздохнул. Долгая прогулка меня вымотала.

– А Мэрилин ездила? Правда? Я рада, что вы повеселились… Что-что? Ты поменяла рейс? Опять? Да-да, я понимаю. Давай, запишу номер… конечно, встречу в аэропорту. Угу… угу… Ладно, Миа, до встречи. Позвони перед вылетом. Жду встречи! И я тебя люблю, детка.

Джейн повесила трубку и затанцевала по квартире.

– На следующей неделе из Лондона приедет Миа! Миа едет домой, ура!

Я и раньше слышал, как Джейн упоминает это имя, причем много раз. Однако я понятия не имел, кто такая эта Миа.

И зачем ей приезжать к нам? И что значит «домой»?

И как мне – главному охраннику – ее принимать?

Глава 20

Я услышал, как Джейн говорит с кем-то в коридоре. Голос был женским, но я не знал его обладательницу. Кто там? Я залаял.

– Полагаю, это Майлс?

– Да, он у нас очень бдительный.

– Но ты же говорила, что он маленький. А лает, как огромный сторожевой пес.

– Да, Майлс думает, что он ротвейлер.

– Наверное, страдает комплексом Наполеона.

– Как твой отец.

– Мама, прекрати, – засмеялась девушка.

Я неистово вертелся под дверью, ожидая, когда она откроется.

Когда это все же случилось, я разлаялся так сильно, что едва не подавился слюной.

– Хватит, малыш, хватит. Это я, – смеясь сказала Джейн и втащила в квартиру два больших чемодана.

Тебя я видел. А вот кто пришел вместе с тобой?

Юная девушка, обвешанная тремя сумками сразу, вошла за хозяйкой.

– Майлс, помолчи. Познакомься с Мией. Это твоя… сестра.

– Боже, мам! Что за чушь ты несешь? Какая я ему сестра? Он же пес, а я человек. Мы совершенно разные, правда, Майлс? Хотя и произошли оба от простейших. Привет, короткие лапки!

– Ну, я говорила в переносном смысле…

– Надеюсь, что так.

– Ладно, давай попробуем… – Джейн хлопнула в ладоши. – Майлс?

Я настороженно поднял уши.

– Я хочу представить тебе свою дочь. Это Миа. Дочь? Миа? А что это означает? Я все еще тупо смотрел на незнакомку.

– Привет, короткие лапки, – повторила, смеясь, Миа.

Я таращил на нее глаза.

Миа присела на корточки и попробовала меня погладить.

Убери руки! Девушка отпрыгнула.

– Ух! Ну и характер! Внешне он очень мил, но манеры…

Я насупился.

– Он очень ранимый и ласковый, – бросилась на мою защиту Джейн. – Но как я и сказала, немного недоверчивый. Ему надо дать возможность привыкнуть к новому, а уж потом протягивать руки.

Я насупился еще больше. Мне не нравилось, что я кажусь людям таким предсказуемым.

– Ладно, короткие лапки, – сказа Миа, садясь прямо на ковер и стягивая кроссовки, – привыкай к новому.

Я настороженно приблизился к ней и понюхал ногу. Девчонка пахла иначе, чем Джейн, но что-то неуловимо общее в их запахе было. Внешне они были довольно похожи. Глубоко посаженные глаза, носик-пуговка, текстура волос (хотя длина и цвет были разными) – сходство было удивительным. Кстати, держалась Миа очень похоже на Джейн и даже морщила лоб и кусала губы так же.

В общем, эти женщины были похожи внешне, и это меня нервировало.

Я подошел к Мие вплотную и понюхал ее щеку.

– Ты ведь не собираешься откусить мне нос?

Что за глупая мысль? Сиди тихо и не трепи языком. Мой язык осторожно коснулся теплой кожи. Даже на вкус девчонка была похожа на Джейн. И, наконец, до меня дошло! Они были родными людьми, а это сильно меняло дело.

– Мам, что у тебя со спальней? Там вся мебель переставлена!

– Я знаю, что переставлена. Я же и переставила, – гордо сказала Джейн. – Мне нужен был новый старт, и я начала со спальни.

– Жаль, что вы расстались. Боб мне нравился. Ты расскажешь, какая кошка между вами пробежала?

О, я бы мог многое поведать об этой кошке! Джейн ушла от ответа, просто подошла и обняла Мию.

– Рада, что ты дома, дочка.

Я смотрел на них, и почему-то мной овладело нехорошее чувство… словно я чужой в этой квартире.

– Майлс свистит носом, мам.

– Ревнует, я полагаю. – Хозяйка обернулась ко мне. – Не волнуйся, милый, ты всегда останешься мужчиной номер один в моей жизни.