Лэйси Дансер - Свет и тени

Кейс всегда считал Мэтта толстокожим. Сейчас он был настолько потрясен глубиной его чувств, что не сразу нашелся с ответом. — Ты не преувеличиваешь? — спросил он наконец и тут же мысленно обругал себя идиотом, когда Мэтт поднял голову и Кейс встретился взглядом с другом. Наверное, такое же выражение появлялось у него самого при мысли о страданиях Лайлы.

Мэтт криво улыбнулся.

— Ты думал, я заговоренный? Черт возьми, почти все так считают. — Он отхлебнул большой глоток бренди. — Я и сам так думал еще несколько дней назад. Да будет тебе известно, что если судьба тебя бьет, то и про меня она не забыла. Миранда — это лабиринт проблем, с которыми мне никогда не приходилось сталкиваться. О ее чувствах я могу только догадываться, мне приходится все время двигаться на ощупь. Я готов душу за нее положить, она меня притягивает как магнит, но о некоторых вещах я даже думать не смею.

Он сделал паузу и отпил еще глоток.

— Ее семья прозябала в нищете. В этой семейке только мужчин считали за людей, а женщин ни во что не ставили. Им отводилась роль стирально — кормильных и детородных агрегатов. Сказочный принц, ставший ее мужем, оказался отъявленным мерзавцем и нанес ей такие раны, которые не зарубцевались до сих пор. Мне нужно ее доверие, и, как ни странно, отчасти мне удалось его завоевать. Но этого недостаточно. Я хочу ее всю — целиком. А просить ни о чем не могу, потому что другие так часто и так много от нее требовали, что ей больше нечего отдать. Поэтому отдаю я. А награда за это — благодарность, — последнее слово он выплюнул с глубоким презрением к этому унизительному чувству, на которое невольно себя обрек.

Кейс хорошо понимал, что такое благодарность. Кому, как не ему, было знать, что это палка о двух концах.

— Тебе нужно больше?

— Мне нужна ее любовь.

— Зачем?

Мэтт поднял голову, удивившись неожиданному вопросу.

— То есть как это — зачем?

— Я задал простой вопрос. И мне нужен простой ответ. Зачем тебе ее любовь? Ты ни словом не обмолвился, что сам любишь ее.

— Откуда мне, черт возьми, знать, люблю я ее или нет? Эта женщина вошла в мою жизнь, и мне никуда от этого не деться. У нее тьма проблем, и я хочу ей помочь. Хочу, чтобы она улыбалась, смеялась, шутила. Мне невыносимо видеть в ее глазах боль, когда она вспоминает о прошлом, которое вцепилось в нее когтями и не отпускает ее.

— Если дело только в этом, оставь ее в покое. И ей, и мне, и другим людям, вроде нас, меньше всего нужны благодетели. Мы по горло сыты крохами с чужого стола, которыми нам всю жизнь приходилось довольствоваться, потому что за нами не признавали права на кусок от общего пирога.

Мэтт в упор посмотрел на Кейса, ошеломленный его реакцией.

— Я и не строю из себя благодетеля.

— Разве? — Кейс угрюмо пожал плечами. — А мне сдается так. Ответь мне, только честно. Ты бы хотел Миранду, если бы она не была женщиной с такой сложной, исковерканной судьбой?

Жалость — дьявольское чувство. Еще почище благодарности.

Этот неожиданный выпад попал в точку, безжалостно обнажив притаившееся в глубине души сомнение.

— Нет, — медленно произнес Мэтт, не в силах кривить душой перед самим собой.

Глава 9

— Тогда оставь ее в покое, — посоветовал Кейс.

— Не могу.

— В таком случае вы оба дойдете до ручки. Ты-то переживешь, а она может не выдержать. Хочешь, чтобы это было на твоей совести? — резко бросил Кейс.

Мэтт почувствовал, что заводится. Они с Кейсом были в одной весовой категории. Если дело дойдет до драки, неизвестно, чем это закончится. Оба были взвинчены до предела.

— Нам лучше сменить тему, — натянуто предложил Мэтт. — Мне не хотелось бы расквасить тебе нос.

Кейс неохотно кивнул. Он заметил воинственный огонек в глазах Мэтта и сам не прочь был помериться силами.

— Мне всегда было интересно, кто из нас положит другого на обе лопатки. Со мной не так просто справиться.

Мэтт снисходительно усмехнулся с сознанием собственной силы.

— По-твоему, я тепличное растение? Да будет тебе известно, что у меня есть свои преимущества. Строители — это последнее племя нецивилизованных дикарей. Мы теперь хоть и обучаемся в колледжах, но выживаем исключительно благодаря своим первобытным инстинктам. Работа у нас опасная, физически тяжелая — только сильным по плечу. — Он поднял руку и взглянул на шрамы и следы царапин. — Мне тоже доводилось драться, , чтобы выжить, так что не пугай меня. Кейс уставился на мускулистую руку.

— Думаешь, ты бы со мной справился? — Подобная мысль, казалось, слегка его позабавила. — Это еще никому не удавалось.

Мэтт посмотрел ему прямо в глаза.

— Справился бы. Я всегда добивался того, чего хотел.

— Самонадеянный нахал!

— Возможно.

Кейс склонил голову набок, и его суровые черты внезапно осветились улыбкой, на миг рассеявшей угрюмость.

— Может быть, ты и вправду не тянешь на благодетеля.

Он потянулся к столу и, ухватив бутылку с бренди, подбросил ее на руке.

— Давай по последней? Говори тост. Мэтт протянул стакан.

— Какой еще тост?

Он уже здорово захмелел, но, несмотря на далеко не трезвую голову, видел, что Кейс тоже изрядно набрался.

— За двух забияк, которых слабый пол поставил на колени! За терпение и стойкость, потому что бывают ситуации, когда выручить могут только они! За то, чтобы выигрывать — или проигрывать — с честью! — Он чокнулся со стаканом Мэтта.

— Выбирай любой. За что пьем?

Мэтт пожал плечами.

— Давай выпьем за все сразу и на этом закончим.

Мужчины опустошили свои стаканы.

— Я уже не в том возрасте, чтобы напиваться в стельку, но сегодня это пришлось чертовски кстати, — пробормотал Кейс.

Мэтт с усилием поднялся на ноги.

— Пожалуй. Но тебе лучше вызвать такси. Или ночуй здесь.

Кейс, пошатываясь, выпрямился и свирепо уставился на маленький диванчик, где он только что сидел.

— Только не на этой фитюльке.

— Не будь идиотом. Переночуешь в комнате для гостей. Там есть телефон. Если хочешь, можешь позвонить в больницу и справиться, как там Лайла. Заодно предупреди, что ты будешь здесь.

Кейс кивнул, держась рукой за голову.

— Ох, и тошно же мне будет утром. Мэтт криво усмехнулся.

— Мне тоже. Не помню, когда я в последний раз так надирался.

Он, пошатываясь, пересек холл.

— Не думаю, что благодетелям следует напиваться. Это портит их имидж.

— Кто-то утверждал, что он не благодетель. — Кейс привалился к косяку у комнаты для гостей, пытаясь разглядеть Мэтта в полумраке.

Мэтт распахнул дверь своей спальни и уставился на пустую кровать.

— Я — либо благодетель, либо святой, либо дурак. В данный момент даже не знаю, что хуже.