Люси Рэдкомб - Я нашел тебя

— Может быть, ты права. Вот и мне кажется, что я для тебя не очень подхожу.

— Не будь ханжой, ты прекрасно знаешь свою цену на рынке любви.

— Не надо рассуждать обо мне, будто о куске мяса перед тем, как начать его готовить.

— Не уводи разговор в сторону, Вилли! Ты отлично понимаешь, о чем я говорю. Меня устроит только вариант, когда ты, не ставя никаких предварительных условий, ответишь себе и мне всего на один вопрос: любишь ли ты меня и хочешь ли, чтобы мы были вместе? Хотя я задала, пожалуй, два вопроса...

— Памятуя о том, что ты юрист, легко могу себе представить, как в суде ты таким тоном наводишь страх на своих оппонентов.

— Еще раз призываю: не заговаривай мне зубы. Я поставила вопрос, ты должен на него ответить.

— Отвечаю. По два «да» на каждый из вопросов. Что же ты замолчала? Давай комментируй!

— Ты уверен, что у нас получится?

— Абсолютно!

Вилли, уложив мальчика, сидел на кухне со стаканом крепкого чая и размышлял. Почему-то его мысли сконцентрировались на вопросах Гизелы, касавшихся семьи его брата.

Близнецы росли довольно разными, словно каждый из них получил свой особый набор генов и черт характера. Они были удивительно похожи внешне, в школе девочки их путали и мальчики не раз пользовались этим, заменяя друг друга на свиданиях. Иногда попадались на мелочах, но чаще такие розыгрыши сходили им с рук.

Когда мальчики подросли, выяснилось, что старший — старший всего на несколько мгновений — очень застенчив с девушками, а младший, наоборот, уверен в себе и девушки ведут себя с ним покорно: Вилли заводил бурные юношеские романы, но пока не переходил опасную черту. Это не было порождено страхом за последствия. Просто родители сумели и ему, и брату внушить, что настоящий мужчина просто обязан отвечать за женщину, находящуюся рядом с ним. Неважно, в каком качестве.

У Бруно подход к жизни был еще более ортодоксальным. Пока Вилли, которому его гуманитарные науки давались легко, носился по увеселительным заведениям с очередной подружкой, Бруно грыз гранит точных наук. Но жизни было угодно распорядиться так, что именно он, а не Вилли первым перешагнул грань, отделяющую мальчика от мужчины.

Однажды в библиотеке Бруно увидел девушку, которая понравилась ему с первого взгляда. Для своих восемнадцати лет он был излишне застенчив, однако тут его словно прорвало. Когда юноша заметил, что незнакомка собралась уходить, он подошел к ней и тихо поинтересовался, можно ли проводить ее. Оценивающе поглядев на парня, девушка дала согласие. Родители недавно подарили каждому из братьев по довольно скромному автомобилю, взяв с них честное слово, что они не будут нарушать правил, превышать скорость и тем более употреблять за рулем спиртное. Бруно водил машину спокойно и обстоятельно, как он вообще все делал в жизни. Девушка назвала адрес. В дороге разговорились, и она рассказала, что живет в этом городе одна, снимает квартиру. Родители уехали работать за рубеж.

Вскоре они подъехали к ее дому. Еще в начале поездки они легко и естественно перешли на «ты», это ведь не проблема в столь юном возрасте. Лиза предложила подняться к ней, выпить по чашке кофе. Он, не без трепета душевного, согласился.

Кофе пили на кухне. Потом перешли в гостиную, и она включила телевизор. Шел сериал о жизни их ровесников. На экране парень с девушкой не очень умело, но страстно целовались. Бруно робел, но мысль о том, что они одни в квартире и явно нравятся друг другу, приводила его в волнение. Правда, он не знал с чего начать. А как поступил бы Вилли? — подумал он и взял Лизу за руку. Она вздрогнула и так посмотрела на него, что он понял: ее возбуждают и тревожат те же мысли, что и его самого. Робко притянув ее к себе, Бруно поцеловал нежные губы. Лиза не сопротивлялась. Наоборот, она стала проявлять инициативу. Все шло так, как они только что видели в кино. Однако им не нужно было разыгрывать застенчивость и смущение: они поняли, что хотят друг друга. И для обоих это новое, острое ощущение стало открытием.

— Пойдем? — Она не сказала куда, но Бруно и так понял, что она приглашает его в спальню.

— Пойдем, — просто согласился он и, взяв ее на руки, понес к месту своей первой в жизни встрече с неизведанным.

Бруно смутно помнил, как все это происходило, как он ласкал ее, как стал мужчиной. Лишь потом он понял, что Лиза готовилась к подобному событию в жизни. Когда Бруно осмыслил, что произошло; то деликатно поинтересовался:

— Слушай, а не будет никаких последствий, ну... ты понимаешь, о чем я...

— Я позаботилась обо всем, не пугайся. Я пью нужные таблетки... — Лиза хихикнула.

На Бруно эта фраза подействовала отрезвляюще. До него дошло: на его месте мог быть любой другой парень. Ей просто надо было это сделать, и, может быть, потом, показав его подругам, похвастаться: вот, мол, этот красавчик был в моей постели. Он стал молча одеваться. Лиза тоже молчала, ничего похожего на смущение ее лицо не выражало.

— Мы еще увидимся? — поинтересовалась девушка.

— Обязательно, — буркнул Бруно. — Хоть завтра в библиотеке. — И, поцеловав Лизу в щеку, вышел из квартиры.

Больше они не виделись. Лиза не пришла в библиотеку ни завтра, ни послезавтра, ни позднее. А потом и он перестал туда ходить, наступили каникулы. Осенью все произошедшее весной казалось ему таким далеким и нереальным, что он задавал себе вопрос, а не приснилось ли ему это приключение. Нет, не приснилось. Потому что в душе осталась смутная тревога. Впервые в жизни Бруно понял, что женщина может оказаться в реальности совсем не такой, какой ее видишь или представляешь.

Следующая встреченная им девушка стала его женой.

— Даже не представляю себе, где его можно сейчас найти. — Говоря это Гизеле, Лора выглядела совершенно растерянной. — Может быть, он на озере. Попробуй пройти через опушку леса. Ты сократишь расстояние и выйдешь прямо куда надо. Только обязательно надень что-нибудь теплое, сегодня прохладно. — Лора дотронулась до руки Гизелы и ощутила, что молодая, упругая кожа ее собеседницы холодна как лед. — Ты что, хочешь умереть от простуды? — Добрая женщина была искренне встревожена. — Ну-ка немедленно иди к камину и согрейся.

Лору поразил отсутствующий взгляд девушки. Неожиданно на сцене возник Петер. Его глазенки сверкнули радостью, когда он увидел Гизелу. А у той сердце зашлось: мальчуган был так похож на отца! Лора пояснила, что Вилли, собравшись в свой поход, попросил ее на пару часов заняться малышом.

— Ты ведь хороший, послушный мальчик, — обратилась она к Петеру. Тот снисходительно кивнул. Переведя взгляд на Гизелу, Лора снова встревожилась: на глазах у девушки блестели слезы. — Что с тобой, дорогая, что произошло? — участливо поинтересовалась Лора. Она уже привыкла к мысли, что Вилли, Петер и Гизела — одно целое. Гизела прикусила губу, чтобы не разрыдаться.