Шеррилин Кеньон - Любовник из фантазий

Он быстро стащил с нее футболку и провел ладонью по ее плоскому животу.

– У тебя чудесная грудь. – Юлиан выпрямился и теперь возвышался над ней, словно башня. – Она идеально подходит для мужской руки. – Он тут же взял в каждую руку по груди.

– О, Юлиан, – простонала Грейс; ее тело пылало. – Ты же обещал.

– Я веду себя вполне пристойно, – сказал он слегка осипшим голосом и, опустив руки, проскользнул под ее штанишки.

– У тебя прекрасное тело. – Он осторожно погладил ее лоно, потом поцеловал в шею, продолжая ласки внизу.

– О, Юлиан! – выкрикнула Грейс, понимая, что если не положить этому конец прямо сейчас, то потом они уже не остановятся.

– Тише, у меня все под контролем. – Юлиан проник пальцами в самое сокровенное место ее тела.

Грейс застонала, снедаемая огнем желания, когда Юлиан припал губами к ее губам долгим страстным поцелуем.

Потом он поднял ее на руки, не отрываясь от ее губ, и, перенеся на постель, устроился рядом, продолжая целовать.

Грейс вся горела от его прикосновений и от его удивительного запаха, а еще от того, что он лежал рядом с ней. Раздвинув ее бедра коленями, Юлиан лег поверх нее, не снимая одежды, и Грейс почувствовала, что ей нравится ощущать его вес и его эрекцию.

Словно под гипнозом она подалась бедрами ему навстречу.

– Вот так, вот так. – Юлиан продолжил массировать телом ее лоно. Грейс было так хорошо, что она поняла – будь он сейчас в ней, она уже достигла бы вершины наслаждения.

– Чувствуй, как я дотрагиваюсь до тебя. Чувствуй мое желание. Не сопротивляйся своим эмоциям.

Грейс снова застонала, когда Юлиан принялся целовать ее шею и грудь, покрывая их паутиной нежных прикосновений. Она исходила желанием, чувствуя, как он подвергает ее сладкой пытке, доставляя доселе незнакомое удовольствие.

Юлиан дрожал от напряжения – таких усилий ему стоило оставаться в одежде. Он так сильно хотел ее, что постепенно разум начал покидать его. С каждым взмахом ее бедер он хотел кричать в голос от нарастающего желания. Это была самая настоящая пытка.

Грейс погладила его по спине, а затем просунула руки в задние карманы джинсов и сжала ягодицы, что явно не облегчило Юлиану жизнь.

– О да, – промурлыкала она, когда он ускорил темп.

Голова Юлиана шла кругом. Ему хотелось оказаться внутри ее, и если он не может это сделать одним способом, то, именем всех храмов Афине, сделает другим.

Юлиан принялся целовать ее живот и спустился ниже, одновременно снимая нижнее белье.

Тело Грейс сотрясалось от предвкушения.

– Скорее, – только и смогла прошептать она.

Он раздвинул ее ноги шире, потом поднял ягодицы и подставил плечи под бедра.

Грейс распахнула глаза, когда он прикоснулся языком к сокровенному бутону, потом откинулась назад. Никогда еще она не испытывала ничего подобного. Снова и снова Юлиан творил такие чудеса языком, что она боялась навсегда лишиться дыхания.

Юлиан тоже наслаждался их интимной близостью; стоны Грейс будоражили его. Он чувствовал, как отвечает ее тело на каждое его прикосновение, и ему хотелось показать ей, чего именно она была лишена все эти годы. Когда Грейс выйдет из этой комнаты, она уже не сможет жить прежней жизнью.

– Юлиан! – ахнула Грейс, когда к языку присоединился палец, но он только ускорил движения, лаская ее, как никто никогда не ласкал.

Грейс думала, что лучше уже быть не может, и тут разразилась немыслимым, неописуемым, восхитительным оргазмом, а Юлиан все продолжал и продолжал до тех пор, пока она снова не достигла пика наслаждения.

Когда это случилось в третий раз кряду, Грейс подумала, что так можно и вовсе раствориться в блаженстве.

Ослабев от сладостных мучений, она замотала головой из стороны в сторону.

– Юлиан, прошу тебя. – Ее тело вновь содрогнулось от его прикосновений. – Я больше не вынесу.

Только после этой мольбы он оставил ее, и дыхание Грейс начало постепенно успокаиваться, хотя она все еще дрожала от макушки до самых пяток. Такого наслаждения она еще не испытывала никогда в жизни.

Юлиан поднялся поцелуями по ее телу до самых губ.

– Скажи мне правду, Грейс, ты когда-нибудь испытывала что-либо подобное?

– Нет, – прошептала она, сомневаясь, что кто-то из женщин вообще мог испытать нечто похожее. – Я и понятия не имела, что такое бывает.

Юлиан осмотрел ее голодными глазами, словно не прочь был продолжить, и Грейс, почувствовав его эрекцию, поняла, что он в отличие от нее не довел дело до конца. Он сдержал слово, данное ей, и теперь она решила помочь ему, невзирая на отсутствие должного опыта.

Опустившись ниже, она принялась расстегивать его джинсы, и он, поймав руку Грейс, поднес ее к губам и поцеловал раскрытую ладонь.

– Это сладкая мысль, но не утруждай себя.

– О нет, Юлиан. – Грейс шумно вздохнула. – Я знаю, мужчинам вредно не…

– Нет, – упрямо сказал он.

Грейс нахмурилась:

– Но почему?

– Я не могу кончить.

Грейс широко раскрыла глаза. Неужели он это серьезно?

– Таково проклятие. Я могу доставить тебе несказанное удовольствие, но не себе. Если ты продолжишь, от этого мне будет лишь больнее.

Грейс быстро отдернула руку.

– Тогда зачем ты…

– Просто хотел показать тебе.

Грейс огорченно заморгала.

– Хотел или был должен? Это часть проклятия, не так ли?

Юлиан взял ее за подбородок.

– Нет. Я борюсь с проклятием, иначе уже давно был бы в тебе.

– Тогда я не понимаю.

– Я тоже. – Он поймал ее взгляд, словно надеялся в нем найти ответ. – Просто полежи со мной, прошу.

Грейс поморщилась. Бедный Юлиан, что они сделали с ним…

Он поднял книгу и протянул ей:

– Ты обещала почитать мне.

Грейс раскрыла книгу, а Юлиан тем временем взбил подушки и, сложив их у изголовья кровати, лег сам, а затем притянул Грейс к себе и, накрыв их одеялом, стал баюкать ее в колыбели своих рук.

Наслаждаясь ароматом сандалового дерева, Грейс принялась читать вслух историю о Уэнди и Питере Пэне, и это длилось около часа.

– Мне нравится звук твоего голоса, нравится, как ты говоришь, – сказал Юлиан, когда она переворачивала очередную страницу.

Грейс улыбнулась:

– То же самое я могу сказать тебе. У тебя удивительный акцент, он очень приятен для слуха.

Юлиан забрал у нее книгу и положил на ночной столик. Грейс молча посмотрела на него. В его глазах горело желание, от которого у нее перехватило дыхание.

Он поцеловал ее в кончик носа, потом протянул руку и, взяв пульт управления, убавил свет до минимума. Потом прижал Грейс к себе и откинул непослушные пряди с ее лица.