Симона Элькелес - Как разрушить летние каникулы (ЛП)

Я завязала волосы в высокий хвост, почистила зубы, прополоскала рот бутилированной водой сзади грузовика и быстро побежала назад в спальный мешок О’Дейда. Я растираю плечи руками, чтобы разогнать кровь, но это меня не согревает.

– Тут так холодно, – говорю я, ни к кому не обращаясь.

Только Эйви лежит в своем спальном мешке, остальные куда–то ушли.

Открыв мешок, я заглядываю внутрь.

– Что ты делаешь? – спросил Эйви.

– Проверяю, нет ли змей, – убедившись, что в мешке никого нет, я залезла вовнутрь. – Знаешь, ты тоже должен это сделать. Я бы не хотела, чтобы тебя укусили.

Он сел, изучая меня большими темными глазами.

– Бьюсь об заклад, ты бы хотела, чтобы меня укусили.

– Нет. Я бы хотела, чтобы ты оставил меня в покое. И вообще, разве ты не должен служить в армии? Тебе же уже восемнадцать. – говорю я, устраиваясь в спальном мешке О’Дейда.

Неожиданно я поняла, что я пытаюсь лечь на плоское место. Подушки нет. Эйви приподнялся, достал свою и кинул мне, попав в лицо. Я улыбнулась и взяла мягкую вещь. Эйви лег, положив голову под согнутые руки. Я должна чувствовать себя виноватой, взяв его подушку, но я этого не испытываю.

– Через два месяца, – прошептал он.

Я села.

– Что?

Он не отвечает. Вместо этого он сказал:

– Lyla tov, Эми.

Я не знаю много слов на иврите, но я достаточно долго пробыла в Израиле и знаю, что «lyla tov» означает «спокойной ночи». Он пытается взбесить меня. Я знаю это.

Открыв спальный мешок, я встала. Подойдя к Эйви, я присела рядом с ним. Его глаза были закрыты. Притворщик.

– Хэээээй!

Он открыл один глаз.

– Что?

Я громко вздохнула.

– Секунду назад ты сказал два месяца. Что будет через два месяца, кроме того, что я покину это ужасное место, где днем жарко, словно в аду, а ночью холодно как на Северном Полюсе?

Он не двигается и будто во сне говорит с закрытыми глазами.

– В сентябре я пойду на базовую подготовку для АОИ 27.

– Что такое АОИ?

– Армия Обороны Израиля.

Базовая подготовка для Армии Обороны Израиля? Я чувствую себя немного плохо из–за того, что Эйви уходит в армию, независимо от того, хочет он того или нет.

– Мне жаль.

На этот раз он открыл оба глаза.

– Почему? Я горжусь тем, что в состоянии защитить свою землю и свой народ. Что ты сделаешь, чтобы защитить свой?

Как мучительно горько, друг мой.

– Достаточно. Если бы Израиль не доставал своих соседей, возможно… – Я наклонилася вперед. У него суровое выражение лица.

– Не смей судить о моей стране. До тех пор, пока ты не побываешь на нашем месте. Ты не представляешь, что значит быть израильтянином.

Я пытаюсь не нервничать, но от его тона меня немного трясет.

– Да, конечно, но и ты не суди о моей стране.

Я поднимаюсь. Он схватил меня за руку и потянул вниз.

– В этом и заключается наше различие. Я сын своей страны, ты – всего лишь продукт своей.

Я отдергиваю руку.

– Эйви, это не единственное различие. Я пойду в колледж и после окончания высшей школы достигну успехов. А ты, вероятней всего, так и останешься на всю свою жизнь глупым израильским пастухом овец.

Топая, я возвращаюсь к спальному мешку О’Дейда. Сейчас, когда я доказала ему, что я действительно сучка, я чувствую себя намного лучше.

Я подняла спальный мешок, чтобы проверить есть ли там клыкастые насекомые, которые решили свить гнездо в моем спальном месте. К счастью, я не нашла ни одного, поэтому я подняла застежку и легла.

Я посмотрела на Эйви. Он повернулся ко мне спиной, ну и ладно.

К несчастью, как только я удобно устроилась, О’Дейд и ребята вернулись. Я стараюсь занять как можно меньше пространства, но это невозможно. Этот мешок не рассчитан на двух человек.

О’Дейд встал на колени и забрался ко мне в мешок. Я ему улыбнулась. Не хочу, чтобы он думал, будто я неблагодарна ему за то, что он поделился со мной своим теплым спальным местом. Разумеется, я также не хочу, чтобы он думал, будто я кокетничаю с ним.

Он может подумать, будто я хочу сорвать с себя одежду или сделать еще что–нибудь в этом духе. Как будто я такое делала. Я только целовалась со своим парнем, нечего более. Ты можешь назвать меня медлительной девушкой в плане секса, но я знаю о сексе лишь то, чему нас учили. Секс до свадьбы чреват серьезными проблемами.

Например, СПИДом.

А так же другими хроническими заболеваниями, передающимися половым путем или рождением нежеланного ребенка, как я!

Пока я не выйду замуж за любимого человека, я не собираюсь рисковать и рожать ребенка. В отличие от моих родителей. По правде говоря, о чем они думали? Не поймите меня неправильно, я радуюсь жизни. Вся моя жизнь сплошной кошмар: это путешествие и умопомрачение моей мамы, согласившейся выйти замуж за Марка, чтобы разрушить мою жизнь.

Хочу сказать, если бы мы были нормальной семьей, сейчас я бы была в небе, а не в Израиле.

Превосходно. Сейчас я теснюсь с парнем, который даже отдаленно мне не нравится. И к тому же, я знаю, что ему нравится моя двоюродная сестра.

Как я могу изменить ситуацию в свою пользу? Этот спальный мешок чертовски маленький для двоих. Мне больно, так как моя огромная грудь прижата к спине О’Дейда

Закрыв глаза, я молюсь побыстрей заснуть. Но сейчас, когда я ничего не вижу, все мои чувства усилились. Я слышу звук полыхающего огня и стрекот сверчка, чувствую мужественный и мускусный запах Эйви, сохранившийся на его подушке. Надеюсь, мои замерзшие соски не упрутся в спину О’Дейда, потому что на улице ужасно холодно. Я не могу уснуть, но к счастью мне в голову пришла прекрасная идея.

Прежде чем захрапеть я выжидаю пять минут.

Мне нужно убедительно сыграть свою роль, но к счастью я сообразительна. Прежде чем начать я убедилась, что мой рот рядом с ухом О’Дейда. Сначала я издала медленный и длинный звук, который скорее похож на громкое дыхание, нежели на храп.

Лежа с закрытыми глазами, я громко вдыхаю и выдыхаю, пытаясь сымитировать гортанные звуки.

О’Дейд зашевелился, пытаясь разбудить меня. Я не сплю, поэтому это не помогает.

Я похрапываю немного громче, на этот раз совмещая гортанные и носовые звуки. Я не обращая внимания на суетливые и беспокойные движения О’Дейда. На самом деле, за этот спектакль я должна быть номинирована на премию Оскар. Некоторые говорят, что нехорошо обманывать людей. Но послушай, сон – это самое главное в жизни. И если я хорошо не высплюсь, утром я буду в еще более плохом настроении, чем обычно.

Тяжелое дыхание. Громкий выдох. Чередую носовые и гортанные звуки. Мягкий выдох. Только нос. Громкий выдох. Тяжелое дыхание. Обычный выдох.