Бывший муж. Я хочу нас вернуть - Анастасия Дмитриевна Петрова

прошло достаточно, вряд ли это Карина что-то забыла. Но и я ведь не в Питере…

Усмехаюсь мыслям, потому что человек явно попал в парадную, а значит, либо у него ключ, либо это снова чёртова любительница собачек.

Открываю дверь, но там вижу Озерова.

— Эм, привет, — неожиданно и излишне в рамках нашей ситуации.

— Хочу забрать тот презент, который тебе передали, — уверенно озвучивает он, а на самом лица нет.

— Конечно, проходи, — немного растерявшись, открываю шире дверь.

Он входит, но не двигается дальше прихожей.

— Оно там, на балконе, — говорю я, потому что хотела утром уже вынести эту дрянь.

— Ок, — Саша разувается и уверенными шагами двигается в гостиную.

Дежавю накрывает с головой. Но это скорее не по той причине, что я уже получала подобные «подарки», а из-за вина. Я даже вижу, как его голова чуть ведёт в сторону моего импровизированного столика.

Он уходит на балкон и возвращается с тем самым пакетом. Челюсти стиснуты, губы плотно сжаты. Он вообще ведёт себя странно, как-то отстранённо и будто сам не в этом мире находится.

— Извини за это и за то, что помешал, — озвучивает он хмуро.

— Это же не ты сделал, Саш, — резонно замечаю я.

Он ничего не отвечает и уходит обратно в прихожую. Снова шлёпаю за ним, хочу сказать, что Карина уехала, только вот не успеваю. Он вдруг резко разворачивается и бросает на меня свой пронизывающий взгляд, а потом глухо спрашивает.

— Юль, у тебя кто-то есть, да?

Глава 35

Саша

Юлька замирает от моих слов, ежится словно от ветра, обнимая себя обеими руками. Я кладу пакет с этой дрянью на по и делаю уверенный размашистый шаг в сторону бывшей жены.

От Юли вкусно пахнет, и дело совершенно не в ее духах, которые она по всей видимости сменила, потому что аромат у нее новый и незнакомый мне. От нее пахнет домом и уютом, по которому я так сильно соскучился.

Нам кажется порой, что дом — это просто дом. Что он сам по себе такой уютный и комфортный, поэтому в него хочется возвращаться. На самом деле это люди делают его таким важным для нас.

Этот комод может тебе нравится только потому что его когда-то твоя мать купила на распродаже, притащив домой. И вы сложили в этот комод все свои вещи, а потом он простоял двадцать лет.

Однажды комод сломался и больше не подлежит починки, приходится отнести его на мусорку.

И тебя сковывает дикая боль от того, что ты его выбрасываешь. Это не просто комод. Это сгусток любви, воспоминаний и боли. Там много всего.

Именно каждая деталь в доме создана людьми.

Когда-то мой дом был там, где Юля и дети. И он был максимально комфортным для меня потому что рядом были они.

За последние пять лет я ни на йоту не приблизился к этому забытому и сладкому чувству.

— Саша, — она выдыхает мое имя с новой для меня интонацией, то ли это усталость, то ли это просто арктический холод в ее голосе, — Почему ты так настойчиво в последнее время пытаешься пробраться туда, куда тебе вход воспрещен? Даже если у меня кто-то есть или был, почему для тебя вдруг стало это важным?

— Это всегда было важно для меня.

Я пожимаю плечами.

Конечно, я очень много думал о том, как живут девочки в Питере. Как они обустроились, какую квартиру купили. Я у Даши интересовался, но чувствовалось, что дочь делилась не очень охотно информацией.

Она обходила стороной любые разговоры про маму, как бы я не пытался выяснить, как поживает Юля.

Дашка часами рассказывала об успехах в школе, о друзья и своем досуге. Но абсолютно ничего не говорила о своей маме.

— Юль, Даша никогда ничего не говорила мне о тебе за эти пять лет. Это была твоя просьба, да?

— Я не считаю нужным, чтобы бывший муж лез в мои дела. Дети — да, ты им нужен. Но с тобой мы поставили точку, довольно жирную точку, Саш. Ты ушел к другой женщине, дав мне понять, что я больше не нужна. Знаешь, я заметила, что мужчины не выдерживают изменения в женщине и слишком легко отказываются от нее. Даже после многих лет брака. Мужики бросают жен, даже если те прибавили лишние пять килограммов. Для меня это абсурдно, но ведь и ты отказался от меня, когда тебе стало неудобно. Не виню, Саш, ты свой выбор сделал. Но в мою личную жизнь не лезь, пожалуйста. Как и я не лезу в твою.

— Юля, блядь, все же не так просто, как ты говоришь. Тебе оказалось слишком просто уйти от меня, хлопнув дверью?

— Что? — она громко восклицает, — Что ты несешь? Где мне было просто? Я сбежала в другой город, лишь бы не испытывать ту боль, которую ты мне причинил своей изменой. Не смей! Не смей говорить так, будто ты понимаешь, какой ад я прошла.

— Ну тебе легко было поверить в измену и жить с мыслью, что я дерьмо. Ты даже ни разу не спросила, а спал ли я с другой, пока мы были в браке. До тебя долетели слухи, а ты и поверила. Легко и просто.

Я чувствую, как начинаю заводиться, окунаясь в прошлое с головой.

Но мне это нужно. Я хочу понять.

— Саша, ты даже не попытался переубедить меня в том, что измены не было. Эта сука заявилась к нам домой, она унизила меня, а потом оболгала. И ты поверил ей, а не мне. Почему? Разве мужчина — это не опора и защита? Где все это было пять лет назад, когда ты на лестничной площадке выбрал ее своими действиями?

— Алена была обычным другом, который меня поддерживал. Я ни разу не позволил себе даже ее обнять, про поцелуи и секс я вообще молчу. Наши с ней интимные отношения начались через полгода после нашего с тобой, Юль, развода. Я жутко был зол на тебя за то, что ты поверила слухам, что ты стала лепить из себя ту, кем не являлась. Ты забила на дом, на детей. И я ждал, что ты вернешься. Долго ждал. А оказывается ты мечтала скорее со мной развестись и сбежать. Может тебя уже кто-то тогда