Секретная невеста - Катарина Маура

Ее глаза расширились, и я криво улыбнулся, удивленный не меньше, чем она. Я даже не планировал этого говорить. Даже не осознавал, что хочу этого, пока слова не слетели с губ. До встречи с Райей я был уверен: я поставлю границы и не позволю их нарушить. Но с ней у меня просто не получается.

Она права — отправить ей цветы было для меня нехарактерно. Я не думал тогда, не анализировал, как обычно. Единственное, чего я хотел, — это увидеть ее улыбку.

— Мне не нравится эта дистанция между нами, — признался я. — Я не хотел тебя обидеть. Не хотел оттолкнуть.

Черт, я хочу больше того, что я чувствовал, когда мы танцевали в моей гостиной, того, как она стонала, когда я ее целовал, и тех истин, которыми мы делились. Я устал чувствовать себя таким чертовски опустошенным, таким одиноким, когда она прямо здесь, освещает мои тени и прогоняет их своим присутствием. Та ночь с ней заставила меня почувствовать себя более живым, чем за последние годы. Я не могу позволить страху лишить меня этого.

— Что это значит? — спрашивает она, выглядя более уязвимой, чем я когда-либо ее видел.

— Пока не знаю, — шепчу я. — Райя… есть вещи, о которых я не могу тебе рассказать. Вещи, которые я пережил. Они изменили меня. Навсегда. Я понимаю, что это несправедливо — просить тебя понять меня, когда я даже не могу рассказать всю правду… но моя маленькая фея… я обещаю тебе, я попробую. Попробую быть тем, кого ты хочешь видеть рядом с собой. Дать тебе то, что тебе нужно.

Мое сердце сжимается, когда она берет мое лицо в ладони и смотрит мне в глаза, ее прикосновение нежное.

— Я была бы так счастлива, если бы ты дал нам настоящий шанс, Лекс, — прошептала она. — Я не прошу тебя измениться. Ты мне нужен таким, какой ты есть.

Глава 22

Райя

— Ты выглядишь потрясающе, — говорит мама, и слезы блестят в ее глазах, когда она смотрит на мою белую лехенгу.

Это идеальное сочетание культур – ее и папиной. Рейвен создала настоящий шедевр, воплотив мои самые смелые мечты. Наряд элегантный и сидит идеально, подчеркивая фигуру. Я никогда не чувствовала себя такой прекрасной.

— Ты тоже, мама, — шепчу я, оглядывая ее в роскошном желтом сари. Она выглядит именно так, как я всегда представляла ее в этот день — благородной, сияющей.

— Райя… — мама берет меня за руку, и в ее взгляде отчаяние. Я никогда не видела ее такой эмоциональной, как сегодня. — Тебе не обязательно это делать, если ты не хочешь, моя дорогая. Еще не поздно все отменить. Мы найдем другой выход.

Я качаю головой и сжимаю ее руку крепче.

— Нет, мама. Я не передумаю. Я знаю, что ты хотела для меня чего-то другого, но он хороший человек. Он любит свою семью, он предан своей работе. Лексингтон не только спасет компанию, но и поможет нам воплотить нашу мечту.

Время и расстояние сделали именно то, на что я надеялась, — дали мне возможность взглянуть на все иначе. Я больше не принимаю поступки Лекса так близко к сердцу. Сделав шаг назад, я смогла рассмотреть их в истинном свете — он просто защищался. Это не делает ситуацию менее болезненной, но теперь я хотя бы понимаю его мотивы. И потом, вопреки здравому смыслу, я верю ему, когда он говорит, что попробует.

Мама глубоко вздыхает, опуская взгляд.

— Я знаю, ты всегда мечтала о пышной индийской свадьбе, наряду с западной церемонией, а теперь… теперь у тебя этого не будет. Он действительно хороший человек, но я просто хотела, чтобы у тебя было все, чего ты желала. А я знаю, что это — не то.

Я смотрю на свои руки — пустые, без мехенди и браслетов, которые я всегда представляла на себе в этот день. Она права — все не так, как я себе рисовала. Я мечтала о свадьбе, как в любимых болливудских фильмах. Да и о браке по любви тоже.

— Все в порядке, мама, — успокаиваю я ее. — Честно, я действительно в порядке.

Мама собирается что-то сказать, но в этот момент в дверь стучат.

— Войдите, — отзывается она, и мое сердце сжимается, когда в комнату входит отец.

Он замирает, увидев меня, глаза широко распахнуты, а слезы быстро наполняют их.

— О, моя малышка… — его голос срывается. Он подходит ближе, берет меня за руки, с трудом сглатывает. — Ты такая красивая.

Слеза скатывается по его щеке, и я стираю ее большим пальцем, мягко касаясь его лица.

— Спасибо, папа.

Он с трудом подавляет рыдания и качает головой.

— Давай не будем этого делать, а? Просто пойдем домой.

Я смеюсь и качаю головой, чувствуя, как внутри разливается тепло.

— Я не могу заставить жениха ждать у алтаря, правда?

— Конечно, можешь, — уверяет он меня. Его глаза полны боли и вины, и видеть его таким — просто невыносимо.

Я протягиваю мизинец, улыбаясь.

— Обещаю, что вернусь домой, если хотя бы на миг почувствую себя несчастной, ладно?

Отец сцепляет свой мизинец с моим, запечатывая обещание.

— Такие обещания нерушимы, — напоминает он мне, и на его лице мелькает улыбка. — Так что я знаю, ты сдержишь слово.

Я киваю и встаю на цыпочки, чтобы поцеловать его в щеку. Это лишь окончательно ломает его, и он начинает рыдать. Он сжимает меня в крепких объятиях, и мама тут же присоединяется, заключая нас обоих в теплую, трепетную хватку.

— Простите, что прерываю, — раздается за спиной чей-то мягкий, понимающий голос. — Но пора.

Папа глубоко вдыхает, стараясь взять себя в руки, пока мама быстро поправляет мой макияж. Ее взгляд тревожный. Она откидывает мои длинные волны с лица и заглядывает мне в глаза.

— Khush raho — шепчет она, и ее глаза вновь наполняются слезами. Будь счастлива.

Я киваю, молча обещая сделать все, чтобы исполнить ее пожелание. Она еще раз внимательно оглядывает меня, убеждаясь, что я действительно в порядке, после чего передает меня отцу. Только тогда я замечаю стройную женщину с красными волосами в углу комнаты, с теплой улыбкой на губах и легкой тоской в глазах, когда ее взгляд скользит от моих родителей ко мне.

Фэй