Секретная невеста - Катарина Маура

прислал мне этим утром, пока Адам и я идем на следующий урок. Селеста буквально умоляла меня написать ему, чтобы подтвердить, что я получила цветы, которые она принесла, и с тех пор он шлет мне сообщения каждое утро и вечер: «Хорошего дня» и «Сладких снов». Каждый день. Без исключения.

Я совсем не понимаю, чего он хочет. Он уверяет, что ему не нужны отношения, но его поступки говорят об обратном. Рано или поздно нам придется обсудить это и прояснить наши ожидания. Я не хочу, чтобы меня водили за нос или чтобы я начала видеть в этом больше, чем есть на самом деле.

— Бесит, что мы не в одной команде, — ворчит Адам, придерживая для меня дверь. — Мы же отлично работаем вместе. А теперь просто будем тормозить из-за элементарной неэффективности.

Я поднимаю голову и улыбаюсь.

— Ты еще даже не познакомился со своими сокомандниками, Адам. Вдруг они не так уж плохи?

— Он сделал это специально, я уверен, — продолжает он, и по моей спине пробегает холодок.

В первый раз я отшутилась, когда он сказал это, но вдруг он прав? Это ведь не первый раз, когда Лексингтон подстраивает обстоятельства.

Мы поднимаем головы, когда к нам приближаются дроны Windsor Motors, ведущие студентов к рабочим станциям. Я восхищаюсь этой технологией, но одновременно она внушает страх. Печально осознавать, что вряд ли что-то из того, что мы создадим в этом классе, сможет сравниться с изобретениями Лекса. Но, несмотря на это, мне хочется попробовать.

— Райя Льюис, верно? — спрашивает парень, лицо которого кажется мне смутно знакомым.

Я киваю, чувствуя, как щеки начинают гореть, когда замечаю, что вся моя команда пристально изучает мой проект.

— Джон, — представляется он с доброй улыбкой, затем кивает в сторону высокой девушки в нежно-розовой блузке и идеально подобранном под нее хиджабе. — Это Халима. — Потом поворачивается к низкому блондину. — А это Саймон.

— Рада познакомиться, — говорю я, слегка смущенно.

Последние несколько дней были таким вихрем событий, что у меня даже не было времени задуматься о том, какая ответственность ложится на меня как на лидера команды.

Халима протягивает мне список материалов.

— Надеюсь, ты не против, но я проверила, что есть в лаборатории, и подобрала замену для того, чего нет в наличии. Нам сказали, что мы можем заказать недостающие материалы с одобрения профессора Виндзора.

Я бегло просматриваю список и улыбаюсь.

— Это просто идеально. Спасибо, что взяла инициативу. Давайте соберем, что нужно?

Она согласно кивает, но тут Саймон присвистывает. Я прослеживаю за его взглядом и замираю. Лексингтон входит в зал, уткнувшись в экран своих часов, нахмурившись. Затем он поднимает глаза. Наши взгляды встречаются. Я краснею, когда он изучает мое лицо, и уголки его губ поднимаются в медленной, чуть насмешливой улыбке.

— Черт, — протягивает Саймон, тяжело вздыхая. — Может, мне провалить этот курс, чтобы потом предложить все, что угодно, ради дополнительного зачета?

Я ошарашенно уставилась на него, а Халима бросает мне сочувствующий взгляд.

— Он всегда такой, — поясняет она. — Как только хоть один мало-мальски привлекательный мужчина оказывается в радиусе его зрения, он начинает думать вслух. Ты привыкнешь. Просто игнорируй.

Саймон вздыхает.

— Я это вслух сказал, да?

Джон расхохотался и покачал головой.

— Даже не знаю, могу ли тебя винить, — проговорил он, прижимая кулак к губам, чтобы сдержать смех. — Этот мужчина, конечно, умеет носить костюм.

Он снова бросает взгляд на Лекса и хмурится.

— Я пытался выяснить, на ком он женится, но даже малейшей зацепки нигде нет. Семья Виндзор тщательно скрывает его невесту, но, думаю, долго это не продлится. В «The Herald» писали, что Лексингтон недавно купил желтый бриллиант за бешеные деньги на одном престижном аукционе. Теперь осталось дождаться, пока этот камень появится у кого-то на пальце.

На мгновение мои глаза опускаются на мой пустой безымянный палец, и тоска захлестывает меня. Я всегда думала, что получу грандиозное предложение, и желтый бриллиант – это то, о чем я всегда мечтала. Больно осознавать, что этой мечте не суждено сбыться. Лекс ясно дал понять, что не заинтересован в романтике, поэтому, даже если эта история правдива, бриллиант не для кольца. Возможно, подарок на день рождения для Сиерры. Для кого бы он ни был… это не для меня.

— Давайте начнем, — говорю я, нуждаясь в отвлечении. — Конкуренция будет жесткой, и, честно говоря, я не думаю, что у нас есть хоть какое-то преимущество. Все, что я знала о том, как заставить этот дизайн работать, я прописала в проекте. Так что все команды, которым досталась моя разработка, имеют ровно столько же информации, сколько и мы. Единственный выход — работать быстрее, чтобы осталось время на исправление ошибок. И, поверьте, оно нам точно понадобится.

Моя команда кивает, их лица быстро становятся сосредоточенными, когда я распределяю задачи и проверяю, что все довольны своей частью работы.

Первые двадцать минут мы работаем как единый механизм. Именно за это я люблю колледж Астор — здесь почти у каждого есть великая мечта, ради которой он готов пахать. В школе меня часто дразнили за мою любовь к учебе, и я ни капли не скучаю по тем временам.

— Вижу, вы уже собрали материалы и наполовину закончили каркас дрона, — говорит Лекс, подкрадываясь сзади.

Я ахаю и подпрыгиваю, роняя паяльник. Он усмехается и обхватывает мою талию рукой, поддерживая меня.

— Прости, — говорит он, его взгляд скользит по моему лицу. Он держит меня на несколько мгновений дольше, чем необходимо. — Не хотел тебя напугать.

Я поворачиваюсь к нему лицом и поднимаю взгляд, мое сердце бьется немного быстрее. Даже сейчас он смотрит на меня так, будто я единственная девушка в комнате, и я ненавижу это. Я ненавижу, сколько надежды он дает мне каждый раз, когда он рядом.

— Прошу прощения, профессор Виндзор, — говорю я нерешительно. Стоять здесь с ним и притворяться, что он просто незнакомец, не так легко, как мне хотелось бы. — Когда я концентрируюсь, все остальное исчезает, я становлюсь ужасно невнимательна к окружающему.

Его рука касается моей, раз, два.

— Тогда я постараюсь больше не подкрадываться, — говорит он, прежде чем взглянуть на нашу работу. — Это был выигрышный дизайн, но это не значит, что ты не можешь адаптировать его в процессе. Иногда то, что выглядит